Чтение онлайн

Затем Ди оттолкнула руки Джойи, почти нетерпеливо, и склонила голову к её груди. Она осыпала грудь поцелуями, а потом взяла в рот сосок. Внезапно Джойа почувствовала восхитительное удовольствие и выдохнула: «Ох!»

Ди переместила рот на другую сторону, затем снова обратно, так, что Джойа одновременно чувствовала и нетерпение, и трепет. И был ещё один трепет, от того, что она делает такие интимные, такие сокровенные вещи не с кем-нибудь, а с Ди.

Ди снова двинулась, взяла руку Джойи и положила её себе на промежность. Джойа никогда не касалась ничьей, кроме своей собственной, и это показалось ей странным. Она немного пошевелила рукой, пробуя, и Ди сказала: «Да».

Джойа хотела сделать всё, что угодно, чтобы доставить удовольствие Ди. Кончик её пальца нашёл маленькое влажное местечко, такое иногда случалось, когда она ласкала себя. Ей захотелось протолкнуть палец внутрь. Это было бы шокирующе интимно, и именно это её возбуждало. Она никогда не делала этого даже с собой. Но она чувствовала, что Ди хочет, чтобы она это сделала. И она сделала, и Ди тихо застонала от удовольствия.

У неё было странное чувство, будто она больше не в привычном реальном мире. Они с Ди делали самые странные вещи. Но Ди нравилось то, что они делали, а что до Джойи, то она никогда прежде не чувствовала себя так хорошо, никогда. Она надеялась, что это не сон.

Ди положила руку на руку Джойи и надавила, затем начала ритмично двигать бёдрами. Движение было таким же, как у той девушки, что лежала на ней на Гуляниях. Но та девушка закрыла глаза, а Ди с любовью смотрела на Джойю, двигаясь. Она, казалось, была в трансе, сосредоточена. Повинуясь порыву, Джойа поцеловала её, и поцелуй произвёл немедленный эффект, словно Ди только этого и ждала. Ди издала тихий крик, который мог быть и болью, и восторгом, и замерла на долгое мгновение, затем она обмякла, говоря: «Спасибо, спасибо, спасибо».

Пока Ди переводила дух, Джойа сказала:

— Это было так прекрасно.

— Это ещё не конец, — сказала Ди. — Ложись на спину.

Она опустилась на колени между ног Джойи и начала целовать её тело. «Неужели, — подумала Джойа, — она не поцелует меня там, внизу», но Ди сделала это. Джойа была рада, что искупалась в реке в тот день, а потом подумала, что Ди всё равно было бы на это наплевать.

Ди, казалось, знала тело Джойи лучше, чем сама Джойа. Всё, что делала Ди, было в меру настойчиво, в нужном месте и в течение нужного времени. Она была потрясена, почувствовав язык Ди внутри себя, и подумала: «Неужели люди действительно так делают?» Она перестала задавать вопросы и, опустив руку, зарылась пальцами в волосы Ди, чувствуя, как её голова движется из стороны в сторону и вверх-вниз. Теряя себя в чистом восторге, она услышала свой собственный крик, а затем, медленно, ощущение угасло, и ей показалось, будто она просыпается ото сна.

Постепенно она пришла в себя и через некоторое время сказала:

— Так вот из-за чего все эти разговоры.

*

Джойа проснулась окрылённая. Прошли ещё один день и одна ночь, а земледельцы так и не напали.

Этим утром поднять первый камень и закрепить его на санях оказалось куда проще, чем в прошлом году. Тогда они разбирались, как это сделать, прямо по ходу дела. Сегодня они знали, что делать на каждом шагу. К восторгу Джойи, к середине утра камень был готов к отправке.

— Я была права, — торжествующе сказала она. — Это возможно.

Джойа и Джара повели первый отряд. Проложенная Сефтом дорога из брёвен облегчила первый подъём, и они вскоре покинули Каменистую Долину.

Боли была в первом отряде. Сефт предложил включить по одному быстроногу в каждый отряд, чтобы они могли поддерживать связь. Ди тоже была в этом отряде. Просто потому, что так хотела Джойа. Она снова стала прежней. Любящей и разговорчивой. Пока они шли, Джойа сказала:

— То, что было прошлой ночью… ты ведь этого хотела.

— Надо же, ты заметила?

Джойа хихикнула, но у неё был серьёзный вопрос:

— Почему ты мне просто не сказала?

— Потому что тогда ты бы притворилась.

Джойа была ошеломлена, но вынуждена была признать, что Ди права. Она бы сделала всё, о чём попросила бы Ди, невзирая на собственные чувства. А покорность, это было не то, чего хотела Ди. Она сомневалась, влечёт ли Джойю к ней плотски.

«А теперь она знает», — подумала Джойа, улыбнувшись своим мыслям.

Они протащили сани между двух холмов. Джойа, чей разум теперь шёл новыми путями, подумала, что они напоминают ей груди Ди. К полудню отряд вышел на равнину. Когда они шли по прямой линии дороги через пасущееся стадо, Джойа с изумлением увидела одинокую плачущую девочку лет трёх, одетую лишь в крошечные башмачки.

Она подбежала к ней и взяла на руки.

— Ты Лим? — спросила она, вспомнив младенца, которого носила Рево.

Девочка перестала плакать лишь для того, чтобы закричать:

— Хочу к маме!

Вероятно, она отбилась от матери и затерялась в стаде. Рево где-то там, в отчаянии ищет её. Джойа окинула взглядом стадо, но никого не увидела.

Сани всё ещё двигались, и она шла рядом с ними, неся Лим. Она надеялась, что Рево увидит или услышит добровольцев. Двести человек и гигантские сани создавали много шума. Она продолжала осматриваться во все стороны.

И тут её настиг шок. Дорога ночью была разрушена. Добровольцы бросили тягловые верёвки, и сани остановились.

Джойа посмотрела на ветки, разбросанные по лугу, и почувствовала отчаяние. Ущерб нанесли не коровы. Дорога была разрушена слишком основательно, слишком тщательно. Это сделал Трун. Он всё-таки не отказался от своей затеи. Он всё ещё был настроен помешать их плану. Теперь, ко всем обычным трудностям перемещения гигантских камней, Джойе предстояло ещё и справляться с диверсиями врагов.

Затем она увидела тела.

На земле лежало два мёртвых тела, женщина и мужчина, и у Джойи возникло ужасное чувство, что она знает, кто они. Она отвернула Лим, чтобы та ничего не видела.

Сефт перевернул тела. Было ясно, как они умерли. У обоих были множественные раны. Проколы от стрел, порезы от острых кремней и раздробленные раны от дубин. Должно быть, они пытались помешать земледельцам разрушить дорогу.

За это их жестоко убили.

Это были Даб и Рево. Слёзы навернулись на глаза Джойи и хлынули ручьём. Они, без сомнения, прожили мирную жизнь, пася скот, но их время было жестоко прервано, и теперь их не было, а тела их были безжизненны.

А у Лим не было ни матери, ни отца.

Рядом появилась Ди и взяла у неё Лим.

— Ты должна решить, что делать с дорогой, — сказала она.

Джойа взяла себя в руки.

Она подумывала передвигать камень без дороги, тащить его по голой земле. Самая трудная часть пути была позади, и дальше дорога шла в основном по ровному месту. И всё же продвижение было бы медленным, и она наверняка не сдержала бы своего обещания про девять камней за десять дней. Нет, решила она, лучше потратить время на починку дороги. В конечном счёте так должно быть быстрее.