Чтение онлайн

Только сейчас стало видно, как он измотался.

– А ты уверен, что теперь безопасно?
– тревожно спросила мама.

– Уверен. Меня сейчас беспокоит другое... Ну ладно, братцы, вам об этом знать не обязательно.
– Он прихлопнул ладонью по клеенке, поднялся.
– Я к Борису, потом в Ратушу и в редакцию. Так что до вечера. Салют.

Он пошел к двери, горбился, шагал тяжело, и недавняя радость поблекла, съежилась как-то. Коричневая обшарпанная дверь хлопнула, закрылась.

– Значит, сына... обедать будешь один, я в госпиталь через час, а ты уж как-нибудь осторожнее. Где что взять, знаешь?

Винтик кивнул:

– Я в слободу позже, с Вадимом, он вчера обещал... а пока в гавань.

– Ох, нет у Вадика дел, кроме твоих... Ладно, так лучше будет.

– -------------------------------------------------------------------------

– ---

Город оживал. По мостовой, выбитой, щербленой пулями, тарахтели, едва не рассыпаясь на ходу, грузовички с камнями, досками, цементом. Они плевались сизым выхлопным дымом, пускали кругом бензиновый перегар и хлопали брезентовыми крышами кабин. Шоферы орали на случайных прохожих. Сюда, на Городскую линию, тяжелые снаряды почти не залетали. Только дворец Норица Нэль Нако получил пару фугасок с броненосцев: целое крыло со статуями, гипсовым лицам и фальшивыми колоннами легло грудой белых камней. Винтик - с камня на камень - перебрался через завал и - бегом мимо горелого квартала. Отсюда неделю назад началась смута. Стекла были высажены, окна чернели гнилыми зубами. Пятна гари - повсюду на стенах, прежде белых, даже на мостовой черные мазки. Башенки, ветровые гребни на кровлях снесены, пробиты насквозь снарядами полевых пушек десанта, выставленных у Водного клуба. Тут бродили погорельцы, прикидывая ремонт или разыскивая уцелевшие вещи, люди подозрительные, осторожные, неприятные. Винтик заспешил.

– Украл что-нибудь!
– удовлетворенно бормотнула вслед толстая старуха, она была в потертом пальто и войлочных зимних сапогах, несмотря на жару.

Если бы не это, Винтик постоял бы у здешней церкви, послушал, глядя в небо, как гудит струнами и трубами ветровой гребень, уходящий крутым изгибом вверх, от малой башни к самой высокой.

За храмом до самого Восточного Форта курчавился густой жесткой порослью огородный пустырь, прорезанный оврагами, невидимыми под плотным здоровенным кустарником, разделенный надвое балкой, заостренной вкривь и вкось неряшливыми дощатыми сараями. Между оградами можно было пробраться к гавани сразу за Петушиным мысом. Траву в этом году никто не косил, она вымахала чуть не по плечи мальчишкам, иссохла и покачивала под ветром белые ершистые колоски. Винтик сорвал один, зажал в ладонях и слегка пошевелил ими. Колосок выскочил упруго, улетел в траву. Винтик счастливо засмеялся: значит, и завтра будет хороший день. Такая примета. В травах прятались плоские валуны, можно было пристроиться на любом, не опасаясь колючек, достающих через брезент старых шорт, зверски жалящих ноги в сандалиях.

Тропинка нырнула, как в пещеру, в серебристую тень плакучих ив, под ногами зашуршала, осыпаясь, земля. Винтик запрыгал через промоины, неприятно заерзали под пятками острые камешки. Он остановился, сердито дернув ремешок, расстегнул сандалию. И тут сверху, со старой ивы, служившей в прежние счастливые времена штабом "вольных стрелков", посыпался мусор, послышался осторожный сдержанный шорох. Внимание! Нервный холодок тронул тело. Неужели опять абрикосовские засаду устроили? Вот дураки-то, нашли время! Винтик медленно выпрямился, а потом резко глянул вверх, готовясь в случае чего махнуть через кусты, потому что абрикосовские разговорами дело не кончат.

– Ого...
– сказал Винтик немного смущенно. В развилке толстых, ребристых от старой коры ветвей устроился мальчишка на год или два постарше Винтика, его алый бархатный берет отсвечивал даже в тени золотым знаком летящего сокола... Правда, черная форменная курточка со стоячим воротником засалилась кое-где, а рукава не отблескивали командирскими угольниками, но все равно - Королевская юнггвардия! Да еще из клинковых, если по праву на шортах золотистые лампасы. Все-таки мог бы и не морщиться, как лимон откусил!

– Ну, чего стоишь, будто баран в столб уперся...
– При этом мальчишка глянул куда-то за спину Винтика. А сзади вдруг отчетливо застучали кованые каблуки, и тяжелое свистящее дыхание врезалось в лопотанье листьев.

– Беги...
– услышал Винтик вдруг отчаянный, вовсе не злой голос мальчишки.

– Стой!
– рявкнули над ухом. Проклятый расстегнутый сандаль подвернулся неловко, и колючая боль прошла из ступни под коленку. Винтик упал, проехав ногой по жесткой, рвущей кожу земле.

– О-ой...
– Перед глазами замерцало, а сверху надвинулись поля черной шляпы.

– Куда вы так торопитесь, молодой человек?
– Голос стражника шелестел, как змея в траве.

"Бульдожья морда", - беспомощно подумал Винтик. Стражник ухватил за плечо, больно дернув вверх, поставил, повернул к себе. Новый страх и тошнотворная боль в ноге выдавили слезы из зажмуренных глаз. "Гад... вот гад..."

– Ну!
– пальцы, сжавшие плечо, стали железными.
– Разве так ведут себя со взрослыми?

За спиной стражника затрещало, захрустело, посыпалось что-то, твердо стукнули о землю подошвы.

– Эй, Кен Виталь, говорят, вы меня искали?

Рука разжалась, Винтик покачнулся. Но устоял. Сквозь серую муть в глазах остро блеснул узкий клинок позади стражника. Тот не спеша оглянулся.

– Наконец-то, Алэ Этре Ольхель... Мы было потеряли надежду...

Коротко свистнул клинок у ремня, и Виталь растерянно повел рукой на месте кобуры.

– Отлично, - кисло улыбнулся он, - вас недаром учили. Но вы пойдете со мной.

– Посмотрим, - голос у мальчишки из Юнггвардии был чуть охриплый, и в нем дрожала яростная нота. Виталь усмехнулся, повернулся не торопясь, также неторопливо поднял к губам свисток на цепочке. А дальше - быстро. Трелью свисток, хлестнул сбоку выстрел, берет слетел на землю, Аль повернулся неловко, лег.

Винтик не понял, а потом дошло, как ледяная вода к горлу, сдавило...

Стражники теперь не обращали на него внимания. Винтик присел, и руки сами коснулись холодной кожи кобуры. Он поднял револьвер двумя руками, ребристая рукоять вдавилась в ладонь...

– Зачем? Ты спятил. Тут законы... Ты что?!

Револьвер жалко щелкнул. Виталь шагнул вперед, отобрал оружие и назидательно покачал им перед носом Винтика:

– Предохранитель, молодой человек. Такая маленькая защелка.
– Оскалился, гад... Неожиданно резко и зло: - Отвечай живо. Где и как ты познакомился с этим своим другом?

– Давно, - Винтик откинул голову, с прищуром глядя на стражника. Совсем рядом были горячие слезы...

– Ах, Нэль Норра, что за семья, - Кен Виталь вздохнул.
– Слушайте, Виннет Нэль... Какого дьявола вы дурачите нам головы?

Стрелок хмыкнул.

И тут снизу, от гавани, донеслись шаги. Кен Виталь пригнулся, слушал. Потом выпрямился. А из сходящихся над тропой зарослей акации шагнул Вадим и вслед - какой-то незнакомый моряк из Охраны.

– Вадик!

Но тот уже увидел и, вмиг окаменев лицом, двинулся вперед. Медленно отступил, косея от страха, стрелок.

– Аль...
– тихо сказал Вадим, опустился на колени и дотронулся до руки мальчика с той бесконечной нежностью, что взрывается смертным ударом.