Этот удивительный потокДо того насыщен минералами,Что в него опущенный цветокСразу покрывается кристаллами.Ко всему житейскому остыв,Он в века шагнет,В тысячелетия…И увянут прочие цветы,Позавидовав его бессмертию.Даже вековечные дубы,Одному лишь только небу равные,Захотят себе его судьбы,Но, конечно, не увидят главного:Как цветок сожмется от тоски,Как, при внешней гордой безупречности,Тяжело заноют лепесткиВ леденящих,Мертвых пальцах вечности.
«ПОКРЫТАЯ СНЕГОМ, ОЗЯБШАЯ ЕЛКА…»
Покрытая снегом, озябшая елкаПрильнула к окну, подобравши иголки,И жадно глядела на елку в огнях,Мечтая о собственных радостных днях.А елка домашняя, в ярком уборе,Вздыхала о ветре, о снежном просторе,О том, что она променяла вчераНа пеструю роскошь и блеск серебра.
РОМАШКА
Не ведавший иных дорог,Чем в небеса — из черной глуби,Все знает маленький цветок:Кто любит нас, а кто не любит.Он разговор ведет всерьезИ не бросает слов на ветер.На каждый заданный вопросОн головой своей ответит.И самому себе не впрокДо лепестка себя растратит…Цветок,Как истинный пророк,За слово правдыЖизнью платит.
ЖУРАВЛИ В НЕБЕ
Синица никому не снится,По ней не сохнут от любви.И чем доступнее синицы,Тем недоступней журавли.Недосягаемые птицыПарят в несбыточных мечтах,И снятся журавлям синицы,Которые у нас в руках.
ПИНГВИН В ЗООПАРКЕ
В центре города,Рядом с Садовым кольцом,В суматохе людей и машин,Он живет в зоопарке,Как в фильме цветном,Черно-белая птица пингвин.Он выходит к народу.Серьезен и строг,Долго ищет кого-то в толпе.Но в цветном этом миреОн так одинок,Потому что он так черно-бел.И такая печальУ пингвина в глазах,Но в душе не питает он зла.И все так же с иголочкиСтаренький фрак,И манишка все так же бела.
ЦВЕТ
Чтобы время скоротатьОт зимы до лета,Стали спорить три кротаО природе цвета.— Он довольно мил на слух.— Нет, скорей на запах.— Но наощупь слишком сух,Натирает лапы.Кто их может рассудить?Надо, очевидно,Им у зрячего спросить.Да его — не видно.
ПЕСЕНКА О ВЕРБЛЮДЕ
У верблюда не сложилась судьба,Подвела верблюда жизнь, подвела:У верблюда на спине два горба,Нераскрывшихся к полету крыла,И бредет верблюд пешком да пешком,И свисают его крылья мешком,И застыла на реснице слеза,Заслоняя от него небеса.Что же делать, что же делать, верблюд,Если в небо нас с тобой не берут?Если самый никудышный подъемМы не крыльями берем, а горбом?Неизведанная даль голуба,Нас тревожит и зовет высота.Не у каждого сложилась судьба,Но у каждого сложилась мечта.
УТРО
Стоят заслоны тишины,Нам сладко спится.Ни с той, ни с этой стороныК нам не пробиться.Такую тишину вокругУслышишь редко.Но вдруг какой-то малый звукПошел в разведку.Он пробирался стороной,Глухой тропою,Старался слиться с тишиной,Стать тишиною.Разведчик опытный сполнаПостиг науку:В стране, где правит тишина,Не место звуку.Он шел. Его никто не ждал.Но ветер дунул —И встрепенулась тишина,И стала шумом.И, далеко вокруг слышна,Заслоны руша,Встревоженная тишинаЛетела в уши.И все смешалось: гул и гуд,Шипенье, пенье,И не было ни там, ни тутОт них спасенья.Но вот — из самой глубины,Едва заметный,Росточек малый тишиныПошел в разведку.
ГОРИЗОНТ
Не имеет море высоты,Не имеет небо глубины.И, вполне возможно, потомуТак они друг в друга влюблены.Им на свете нечего делить,И они сливаются вдали —Там, где нет высот и нет глубин,Где остались только даль и ширь —То, что им обоим по плечу.Не имеет море высоты,Не имеет небо глубины.Потому отныне и навекВсе у них проблемы решены.Ну, случается — не без того,Море вверх швырнет свою волну,Небо сверху молнию метнет,Но ведь это так легко понятьИ друг другу так легко простить.Не имеет море высоты,Не имеет небо глубины.Значит, им живется так, как всем,Раз они чего-то лишены.И в полоске тонкой, будто нить,Поместился общий их простор,Два простора — моря и небес,Вся их глубина и высота,Что тоскуют в мире друг без друга.
«ВСЯ ЖИЗНЬ — МЕЖДУ ПОЛОМ И ПОТОЛКОМ…»
Вся жизнь — между полом и потолком,Они неразлучны друг с другом.Но быть потолком в этой жизни легко,А полу приходится туго.Вся жизнь — между небом и твердью земной,Все наши дела и заботы.Но небо сияет голубизной,Земля же — черна от работы,И в этом как раз заключается жизнь,Безмерно любимая нами:Над головой — недоступная высьИ прочная твердь — под ногами.
ХОДИТ В ЗОЛОТЕ ЛУНА…
Ходит в золоте луна,В серебре — вода.Ходит в мягком тишина,В зябком — холода.Ходит в пышном торжество,В пестром — суета.И совсем без ничегоХодит доброта.Ей бы серебро воды,Золото луны, —В мире не было б нужды,Не было б войны.Это не ее вина,А ее печаль…Ходит в мягком тишина,Голубеет даль.
ТОСТ
От глуби вод до поднебесья.Во всей безбрежности своей,Да будет мир просторный тесен,Чтоб чаще видеть в нем друзей.От моря синего до моря,От берегов до берегов,Да будет тесный мир просторен,Чтоб реже видеть в нем врагов.
РАЗМЫШЛЕНИЕ В ПОЛНОЧЬ У ГОРОДСКОГО ФОНАРЯ
Ночь-еретичка на огне горит,От фонаря сбегая робкой тенью.Ее никто ни в чем не укорит,И все-таки не будет ей прощенья.Не думал день, светлейший государь,Что, не спросивши у него совета,Его соседку вздернут на фонарьВо имя торжества добра и света.За темноту не стать благодарить,Но и сжигать — неважная привычка.От мыслей этих хочется курить,И я в волненье зажигаю спичку.Испуганно попятясь от меня,Дрожала ночь и всхлипывала глухо.Ну вот, и я добавил ей огня,Как Яну Гусу добрая старуха.Все добавляют. Ведь о том и речь.Какая-то, простите, сигарета,Сомнительная дама полусвета,Едва пыхтит, а норовит припечь.Огни, огни, полночные огни,Пронзая ночь, над городом повисли.Но мысли зажигаются от нихНе светлые.Совсем другие мысли.И я гашу,И я гоню их прочь.Вопросы оставляю без ответа…На всех огнях горит большая ночьИ, кажется, совсем сгорит к рассвету.
БЕЛЫЙ СВЕТ
Свет называют белым,быть может, и неспроста,Но есть у него места,где он нисколько не белый.То ли он разлагаетсяна составные цвета,То ли еще сложитьсякак следует не успел он.Вовсе не от старостивыцветают цвета,Вовсе не от странностименяют одежды.Есть у черной завистиголубая мечта,Есть у зеленой тоскирозовая надежда.
VI. Дети русалок
ГОРОД КОНОТОП
Два зеленых тополяПо дороге топали:Топ,Топ,Топ.И дорогой спорили:Скоро ли, не скоро лиГород Конотоп?Дули ветры встречные,А они, беспечные:Топ,Топ,Топ.Ой ты, поле чистое,Далеко ли, близко лиГород Копотоп?Поспешили б тополи —Только в землю вкопаны:Коп,Коп,Коп, —Эти ноги длинные,Что бредут долиноюВ город Конотоп.А вокруг тревожныеЗнаки придорожные:«Стоп!Стоп!Стоп!Разве здесь не любо вам?Не дойти вам, глупые,В город Конотоп!»Но листочки малые,Плясуны бывалые —Хлоп,Хлоп,Хлоп, —Подбодряют тополей.Только не прохлопать быГород Конотоп!