Чтение онлайн

— А где все? Ночью, я вроде довольно ясно видела Терри, — спросила Лия.

— Если бы я знал, я бы обязательно сообщил тебе. Когда я зашел в спальню, они были здесь, вышел — пропали. Может прогуляться пошли? — Алар не уверенно пожал плечами, тревоги за друга не было, шума он не слышал, значит они ушли сами. Поставив тарелку на стол он подвинул ее девушке. — Ешь.

— Эстер пошла гулять с парнем? Который ее, можно сказать, выкрал? Не верю! Не, твой друг конечно симпатичный, но Терри, она же в жизни не подпускает к себе парней близко, влюбляет, мучает, но не пускает. Не верю!!! — принявшись усердно жевать яичницу, Лия недоумевала. — Она же как черная вдова. Выживших не было.

— То же самое могу сказать про Феликса. Но факт на лицо. Есть еще версия, что они поубивали друг друга, но остались бы трупы. Трупов же нет, значит живы.

— Нашла коса на камень?

— Возможно, — пожал плечами Алар. Он и сам не знал что думать, но лезть в отношения друга, дело не благодарное, поэтому стоило воздержаться.

— Почему, я еще не в стае? И что будет с Терри? — проглотив еду, Лия пила горячий кофе, любезно предложенный парнем.

— Ну, ты себя не очень хорошо чувствовала и тащить тебя было бы не разумно, — объяснить было трудно, потому что Ал не мог это сделать даже себе. Просто и сам не знал, зачем дал этот перерыв, говорил себе, что хочет все выяснить. Подсознательно он возможно понимал, что ему просто нравиться эта девушка, что наверно хочется побыть рядом подольше, понимая, что если отдаст ее Маркелу, больше не увидит.

— А Терри? Что будет с ней? Ее тоже стае? — в глазах Ливии зажглось понимание плачевного положения подруги по ее вине.

— Честно? — Ал прекрасно понимал ее боль, за друга, он не задумываясь отдал бы жизнь. Девушка кивнула в ответ, в глаза читалось отчаяние и бессилие. — Ты же понимаешь что ей грозит? Мы попытаемся скрыть факт, того, что она знает, скину ее где-нибудь ее вместе с Феликсом, отвезу тебя сам. Он за ней присмотрит, а потом уже решим. Может, вывезем ее куда-нибудь подальше — фальшивые документы и никто никогда ее не найдет. Все будет хорошо.

— Обещаешь? — решительно требуя клятвы спросила Лия, глядя ему прямо в глаза.

— Обещаю, — не сомневаясь ответил Ал, сказать по-другому, он просто не мог, доверчивый пронзающий насквозь взгляд был для него всем в этот момент. Казалось, что во всем мире нет ничего невозможного.

— Я уже смирилась что умру я, но хочу знать, что с ней все будет в порядке, — тихо произнесла она, опустив голову.

— Да, что ты такая глупая! Никто не умрет. Никто, слышишь, никто не собирается тебя убивать. — Ал схватил девушку за плечики и заставил посмотреть на себя.

— Это ты так думаешь. Я свой выбор сделала сама, Маркел предупреждал…

— Каких глупостей тебе наговорил мой брат? — при одном упоминании этого имени в глазах у Алара, загорелся гнев.

— Твой брат? Ты… ты… вы…? — не зная как воспринимать эту новость, Лия никак не могла найти подходящие слова.

— Да мы братья. Сводные, у нас матери разные, он старший, — рассказывать об этом родстве, Ал никогда не любил, но привык всегда говорить правду, а скрывать такие моменты, просто было бы глупо. Все равно выясниться. — Так что он наговорил?

— Твой…, твой брат, — Лия поморщилась как будто, сказала что-то неприятное, отвратительное.

— И? — Ал ждал продолжения, кровь закипала все сильнее, от одной даже мысли, что Марк мог наговорить этой девушке.

— Что я либо должна стать его женой, либо смерть, — Лия тяжело вздохнула, мысленно ругая себя за то, что гордость не дала ей согласиться, и, к чему все это привело.

— Что? Господи, опять эта дурацкая Легенда! Нет, я уже понял что он помешан на ней, но что он верит и в эту глупость, про наследника, это уже слишком, — Ал с бешеной скоростью нарезал круги по комнате.

— Стоп! О чем ты? — Лия смотрела на мечущегося, как зверь по клетке, парня.

— Ты не знаешь Легенду? — резко остановившись, Алар недоуменно посмотрел на девушку.

— Какая еще легенда? Объясни толком, — окончательно запутавшись, девушка требовала немедленного ответа.

— Подожди, ты сначала расскажи все сначала и поподробней. Жила ты среди людей — верно? Как ты там вообще очутилась? И что объяснил тебе Маркел? — он все больше запутывался, теперь уже ничего не было понятно.

— Да, все просто. Жила сначала со своими родителями. Мне было лет 6, когда они умерли, — голос у Ливии, заметно погрустнел, говорила она тихо и неэмоционально. Лив никогда ни с кем об этом не разговаривала, это была тайна за семью печатями. Впервые говоря об этом в слух, она чувствовала, как судорожно сжимается сердце.

— Как это случилось? — в полной мере понимая, что эта тема очень сложна для девушки, Ал старался быть чутким и не давить на нее.

— Мы жили в лесу. В небольшом домике. Тот осенний вечер, я не забуду никогда. За окнами шел ливень. Отец тогда отдал меня мальчишке-сироте, что у нас жил и наказал бежать не останавливаясь и не оглядываться, до ближайшей деревни, сказать там, что мы заблудились, что наш дом сгорел и мы сироты. Помню, как мама плакала, а отец сказал, что обязательно найдет меня, наказывая, никогда не показывать что я особенная. Помню как бежала по лесу и обернувшись увидела много людей вокруг нашего дома, дом горел, раздавались выстрелы. В тот момент я и поняла что больше никогда их не увижу. Что папа, не сдержит обещание, не придет за мной. Вместе с Лео мы так и добежали до деревни, бегала я конечно лучше чем он, хотя и был старше меня на год. Ему, как человеку, это далось нелегко, но без него я бы пропала. Не знаю, но на меня напал какой-то ступор я ни с кем не говорила, на вопросы не отвечала. Он соврал что мы брат и сестра, прикрыл сказав что я не разговариваю после трагедии. Местные жители ничего не заподозрили о моем происхождении. И хотя мы не были с ним похожи, я маленькая, хрупкая, бледная, с темными волосами и он светлый, высокий, сбитый, голубоглазый, все приняли его версию о родстве с готовностью, уж больно нежно он ко мне относился. Какое-то время мы жили у одной местной старушки. Жила она одна, детей не имела и поэтому нас приютила с радостью, отдавшись всем прелестям жизни бабушки. Пекла нам пироги, одевала, обувала. Мы в свою очередь тоже были милыми детьми. Лео всегда посильно помогал, а я была этакой красивой куклой. Ходили в школу. Я отлично понимала все, в том числе и размер благодарности который должен быть во мне к этой славной старушке. Поэтому не капризничала, но и не разговаривала. В принципе никто и не настаивал. Даже в школе, провинциальная учительница, одна на всю деревню, считала это не помехой. Училась я прилежно. Потом старушка мирно скончалась. Мы опять остались на улице мне тогда было 10. Вот здесь наши пути с ним разошлись. Нас отдали в детский дом. Меня почти сразу захотели удочерить. Конечно, этакий несчастный красивый ангелочек с огромными глазами. Двое детей в планы этой молодой бездетной пары не входили. Вот тогда за четыре года я впервые заговорила. Заговорила — это мягко сказано, я билась в истерике, кричала что без Кила никуда не пойду, что он мой брат, что это не честно. Мне пришлось давать снотворное, чтоб я успокоилась и уснула. Может под моим напором пара удочерявшая меня и сдалась бы, но на следующее утро, проснувшись, на одеяле я нашла записку от Кила, в которой он, прощался, говорил, что не хочет портить мне жизнь, что все равно я всегда останусь его любимой, маленькой сестренкой. Это был еще один удар судьбы, на этот раз меня бросили, я чувствовала себя ужасно несчастной. Казалось мир рухнул. Именно тогда я поклялась, никогда, ни к кому не привязываться. Меня удочерила та пара Альберт и Агнесса. Они оказались очень милыми людьми, я прожила у них до 16-ти. А вот потом. У меня было одно любимое место, я залазила на крышу шестнадцатиэтажки, стоящей рядом с моим домом. Могла сидеть там часами, наблюдая за людьми снующими внизу, слушая звуки города. Однажды я сидела там, на душе было как-то тоскливо, и вдруг я услышала тихие шаги. За столько лет никто не поднимался на эту крышу, а тут, на тебе. Бежать я не привыкла, поэтому пошла навстречу. И увидела высокого темного молодого мужчину — твоего брата. Уже тогда я почувствовала, что доверять ему нельзя, несмотря на то что парень был красивый, от него веяло опасностью и холодом. Ну, он мне рассказал, что каждый оборотень который не принадлежит семье, должен с шестнадцати до двадцати одного жить в стае, якобы пока не сможет контролировать голод. А дальше уже по выбору, хочешь, оставайся, хочешь, уходи. Я повелась, решив что терять мне нечего и пошла с ним, даже не забрав вещи и не попрощавшись, родители наверно и сейчас не знают, где я. Маркел, был очень дружелюбным пока мы ехали, и я даже решила, что ошиблась когда посчитала его опасным. Но как только мы приехали туда, он переменился, из гостьи я в ту же секунду стала пленницей, меня заперли в каком-то подземелье в клетке, как зверя и держали там около недели, наверно хотели запугать. Потом, когда я уже и не знала чего ждать и решила, что про меня забыли, пришли два крепких парня и притащили меня к этому… Маркел сказал, что он вожак стаи, что я особенная и помогу ему стать королем, но для этого я должна выйти за него и родить наследника. Сначала я решила, что это шутка или розыгрыш и рассмеялась, за это получила еще неделю карцера. И так повторялось раз пять или шесть, вытаскивают, спрашивают, соглашусь ли, я отказывалась, меня снова запирали. А затем я сбежала. Даже не знаю, как у меня это вышло, просто они наверно потеряли бдительность, решив, что я не опасна. Я смогла убежать и скрыться. Вот в принципе и все. Потом начались постоянные погони, преследования. Мне удавалось убежать, а затем все прекратилось, я стала жить в том городе, завела подругу против своих же правил. И дождалась вас, на свою голову. Вот, — Лия закончила повествование робко подняв глаза на Алара. Открывать душу, лишь сначала было нелегко, поняв что парень ее не осуждает, а понимает, рассказ дальше полился как на одной ноте, оставив все неудобства где-то позади, сейчас же, вылив все это, Ливия опять почувствовала страх, не зная как отреагирует Ал. Затянувшаяся пауза вносила еще больше неловкости в этот момент. — Вот, — еще раз тихо повторила она.

— Да, уж, мой братец всегда был скотиной — не зная что сказать, Алар посмотрел на девушку. — А я то думал, что на свете самый несчастный и гадит он только мне! — чтоб хоть как-то разрядить обстановку, отшутился он. Улыбнувшись Лия смахнула ладошкой блестящую капельку с щеки.

— Так что там за легенда такая? — решив избавить парня от неловкости, Лив направила разговор в нужное русло.

— А эта муть? Ну кратко излагаю. Эта сказка ходит у нас из семьи в семью, но ты как воспитанная среди людей вполне можешь ее и не знать. Рассказывает она о том что однажды последняя чистокровная из рода Фенриров вступит в брак с полукровкой, она возродит великий клан Синиота и поведет наш народ к процветанию и от этого союза появиться великий наследник, и возьмет начало из него новый род правителей, — быстро рассказал Алар.

— Хорошо. А причем здесь я? И твой сумасшедший братец? — любопытство сменилось недоумением.

— Ну, там еще есть пунктик про внешний вид оборотня — волка черного как вороное крыло с глазами цвета угасающего неба, и вот незадача, это как две капли воды — ты, — он улыбнулся. — А вот мой братец, как раз полукровка, ну как в принципе и многие. Только он упорно считает себя особенным.

— И что? Какая я к черту избранная? Как НЕО что ли? Скушай детка таблеточку, синенькую или красненькую, — весь этот бред начинал раздражать. И что же по легенде я должна сделать? Какое такое процветание?

— Ну…ты вообще знаешь легенду нашего происхождения? — Лия отрицательно мотнула головой и Алар продолжил — Мы, Гару (Garou), Люпины или Вервольфы — раса существ, рождающихся среди людей или волков и вырастающих среди них, обычно подозревая, что они, так или иначе, отличны от своих родителей. Достигнув совершеннолетия, вервольфы претерпевают Первое Изменение. К этому времени другие вервольфы — их истинная семья — находит их, чтобы забрать к себе. Так мы узнаем о своей истинной природе. Вервольфы или Гару, как мы сами себя зовем, это воины Геи — защитники Матери Земли — великого духа Природы и самой Земли. Собираемся в тайных местах и сливаемся в стаи, чтобы сражаться с врагами Земли. Существа неистовой ярости, великой силы и неуловимой скорости, дети Земли и Луны. Можем быть ранены или убиты, но излечиваем свои раны со сверхъестественной быстротой, если только они не нанесены серебром. Ужасно, ужасно сильны. Вервольфы — вымирающая раса, последние защитники диких мест, до которых еще не добралось Человечество. Наша цель — спасти ничего не знающих людей и весь мир от духа зла, поселившегося в сердцах людей и в глубине городов, который своим существованием уничтожает Мать-Землю. Сражаться против великого зла, духа разрушения и смерти, и имя ему Вирм. Их война близка к завершению, ибо верят они, что финальная битва уже началась. Скоро Вирм не сможет больше пожирать мир, если Гару будут достаточно сильны, чтобы предотвратить это. Это — Конец Времени. Это — время последней битвы — Апокалипсиса. По легендам Братства, Люпины происходят от детей Лилит — первой жены Адама, изгнанной из Эдема. Покинув Эдем, Лилит была беременна от дьявола и четверо детей родила она в диких пустошах. Их взяли на воспитание медведь, волк, тигр и змея. Выросшая среди волков дочь Лилит, Енойа положила начало расе Люпинов. Впоследствии она стала Патриархом вампирского клана Гангрел. У вервольфов есть еще одна версия этой истории. Вначале была Гея. Гея была миром, и мир был Геей. Но в этот Сад Эдема проник змей — Вирм. Никто точно не знает, что породило Вирма и что превратило его, великую силу равновесия, в великую силу разрушения, чем он является теперь. Но Вирм был неистов и болен подобно бешеному псу. Он погрузил свои клыки в тело Геи, и Мать кричала. Вирм и его создания были и остаются главными врагами Гару. Он порождает монстров и духов зла — легионы нечестивых существ, которые сражаются, исполняя его волю. И Дети Каина — одни из них. Гее нужны были воины. Тогда она обратилась к своим детям — всем существам Земли. Не один из них не был достаточно силен, чтобы сражаться с Вирмом в одиночку. Но одни из ее детей — люди — были умны, они учились использовать оружие, делать инструменты и создавали речь. Другие ее дети — волки — был великими охотниками и держались вместе, действуя все, как один. Тогда Гея взяла самых сильных и умных людей и самых быстрых и самых жестоких волков и слила их в новую расу. Она сделала их расой непобедимых воинов, существами, которые могли игнорировать боль, рвать в клочья врагов и быстро бежать на четырех ногах. Так родились Гару. В древние времена были другие Меняющие форму, также имеющие своей целью сражение с Вирмом. Но война вспыхнула между ними и вервольфами, и многие из этих рас исчезли. И если кто-то из них существует и поныне, они прячутся от глаз Гару, помня, насколько свирепыми были те с их предками. Сегодня вервольфы помнят это как Войну Гнева и сожалеют о ней. Распространившись по миру, Гару создали свои общества и законы, и один из главных из них — вступать в схватку с созданиями Вирма, встретив их — ибо в этом их долг и в этом их слава. Поэтому нет для Детей Каина врагов страшней и безжалостней, чем Люпины. Даже старейшины клана Гангрел, для которых дикая природа такой же дом, как и для вервольфов, не рискуют встречаться с ними. В общем все легенды приходят к одному, великое предназначение Гару — это защита Земли и людей. Борьба с нечистой силой. К сожалению, наше кровосмешение с людьми и животными всех сортов и мастей привело как к положительным так и отрицательным результатам. Да мы не вымираем как ваше племя — Фенриры всегда отличались чистокровностью, но мы стали деградировать, перенимая не самые лучшие. Фенриров же почти не осталось, отсутствие у вас страха, сыграло злую шутку. Вас перебили глупые люди считающие нас угрозой, такими же как вампиры, ведьмы, демоны и т. д.