Чтение онлайн

Месяцеслов давал подробные сведения о церковных богослужениях и чтении отрывков из Священного Писания в этот день. Связь числа и церковного дня была глубоко укоренена как в календаре, так и в бытовых практиках: в письмах и дневниковых записях принято было указывать календарную дату и церковный день. Известная надпись «Победителю-ученику от побежденного учителя» Василия Жуковского на портрете, подаренном Пушкину, завершается датой «1820, марта 26, Великая пятница» (в пятницу Страстной недели Пушкин закончил поэму «Руслан и Людмила» и прочел ее в литературном собрании у Жуковского).

С помощью месяцеслова выбирали имена младенцам при крещении. Поскольку святых было много, то составители календаря не печатали полный список, а делали подборку из нескольких имен. Предпочтение отдавалось не деяниям малоизвестного святого (таких в святцах было большинство), а его благозвучному имени. Правда, герою «Шинели» Гоголя, как известно, с набором имен не повезло 28 .

Поскольку в месяцеслове часто не указывались дни недели (только числа), то отдельной таблицей печатался табель-календарь. Календарная неделя начиналась с воскресенья, и такой порядок сохранялся вплоть до начала советских 1930-х годов.

В месяцесловах гражданской печати последней трети XIX века появилась тенденция помещать народные приметы и пословицы. Одним из первых такой календарь подготовил Лев Толстой («Календарь пословиц», 1887) 29 . Образцом для писателя послужили издания европейских календарей, обильно заполненные изречениями и афоризмами. Толстой видел свою цель в соединении церковного месяцеслова и устного народного календаря. Издание месяцесловов в постсоветское время произошло по Толстому: издатели соединяют в одном формате элементы церковного и народного календаря (речь идет о популярных изданиях).

За месяцесловом следовал обязательный перечень царских дней, некоторые из них были неприсутственными. Этот список включал в себя тезоименитства (дни именин) многочисленных членов царского дома (император, супруга, наследник, остальные дети, братья и сестры императора, дяди и тетки), включая родственников в правящих домах Европы. В этот же раздел относились значимые события из жизни царской семьи 30 . Эти события время от времени менялись: добавлялись тезоименитства новых членов царской семьи (удалялись тезоименитства почивших), даты восшествия на престол и т. д. Так, в календарях появился неприсутственный день 17 октября, который официально назывался «День чудесного спасения Августейшей семьи от опасности на станции Борки в 1888 году» 31 , но ушло из числа неприсутственных дней 4 апреля – «Высокоторжественный день, в память избавления от опасности императора Александра II» (4 апреля 1866 года было покушение Каракозова).

Гражданские памятные даты как официальные праздники (в честь военных побед или исторических событий) в досоветском календаре не обозначались (это не значит, что они не отмечались). Исключением был Памятный день освобождения крестьян в феврале 1861 года, появившийся в календаре на волне либеральных реформ в начале XX века. Исторические и государственные даты упоминались в календаре только в связи с днем определенного святого. 25 декабря в календаре было обозначено Рождество Иисуса Христа, а также указано, что в этот день «воспоминается избавление России от нашествия французов» 32 . 29 августа, в день усекновения главы Иоанна Предтечи, совершалось поминовение «всех воинов, на поле брани убиенных», а 30 ноября, день апостола Андрея Первозванного, было отмечено в календаре как кавалерский праздник высших российских орденов. Для исторических дат в календарях выделялись отдельные разделы, публикуемые после месяцеслова и императорского дома.

Список неприсутственных дней, связанных с церковными и царскими днями, иногда помещался на отдельной странице для удобства пользователей календаря (праздников и праздничных недель в досоветской России было много). Перечень святых дней утверждался Синодом, а список царских дней – Сенатом, так что никаких вольностей в официальной части календаря издатель позволить себе не мог.

Календари, издававшиеся в России на иностранных языках (для проживавших в России иноземных подданных), печатались по новому и старому стилю одновременно, поскольку европейские страны вели отсчет по григорианскому календарю, а Россия жила по юлианскому. Вопрос перехода страны на новый календарь обсуждался давно, но решение о переходе на новое время откладывалось из-за боязни народного недовольства папским (католическим) влиянием (в 1918 году это было сделано в одночасье ленинским декретом без оглядки на народное недовольство) 33 . Раздел, посвященный царскому дому, в иностранных изданиях полностью повторял официальную часть российского календаря. В свою очередь, в отечественных календарях печатались списки праздничных дат по католическому, магометанскому и еврейскому календарям.

В справочном отделе набор сведений был различный, в зависимости от направленности издания и интересов потенциальных читателей календаря. Факты в справочной части касались астрономических (природных) явлений, бытовой жизни и социальной деятельности человека. К первым относились указания на астрономические явления (долгота дня, заходы-восходы Солнца, фазы Луны), а также предсказания погоды и советы по проведению садоводческих и огородных работ 34 . К социальной деятельности относились перечни разного рода мероприятий (от дворянских балов до военных смотров) и знаменательных дат (от тезоименитства знатных особ до дней рождения пламенных революционеров), а также расписания поездов и карты железных дорог, почтовые сборы, расстояния между городами Российской империи, адреса и порядок работы казенных учреждений, списки чиновников и занимаемых ими должностей. Бытовая информация отвечала на типичные вопросы: где купить, куда пойти, как доехать и что готовить. Печатные календари на протяжении долгого времени служили основным (а иногда единственным) источником востребованных гражданами статистических данных. Эти данные часто бывали недостоверными, перепечатанными из устаревших книг или переводных журналов (выход календарей из-под контроля Академии наук превратил календарную статистику в беллетристику), но массовую публику такая информация вполне устраивала 35 .

Из практических достоинств календарей – возможность служить одновременно справочником, дневником и записной книжкой. Календари XVIII – начала XIX века имели синие листы-вкладыши для записей на память (туда Фамусов велит своему слуге Петрушке черкнуть на память несколько заметок). Со временем появились календари, сочетавшие в себе функции записной книжки («Календарь и записная книжка на такой-то год»). Они имели удобный для ношения в кармане формат (четверть листа) и плотную гибкую обложку. Для записей были предназначены страницы перекидных календарей, лежавших на письменных столах чиновников и деловых людей последней трети XIX века.

Несмотря на практическую направленность печатных календарей, их содержание не ограничивалось сугубо утилитарными целями (хронологическими и справочно-статистическими). Календарь выступал в роли домашнего собеседника и друга семьи. Он воспитывал, учил, наставлял, забавлял, выполняя просветительские, образовательные, религиозные, идеологические, хозяйственные и досуговые функции. Он служил одновременно книгой, альбомом, журналом, газетой, плакатом, словарем, картой, оракулом и настольной игрой. С помощью календарей можно было учиться, разглядывать картинки и любоваться репродукциями, отгадывать загадки и ребусы, разыгрывать шахматные и шашечные партии, готовить по рецептам и лечиться по советам, вести огородное и садовое хозяйство.

Страница печатного календаря (на лицевой и на обратной стороне листа) позволяла разместить тексты разных объемов: от коротких надписей до полновесных описаний и повествований. Независимо от размера листа (от альбомного до миниатюрного), на нем обязательно помещалась соответствующая этому дню хронологическая, астрономическая, церковная и царская информация (дата, день недели, долгота дня, святые-мученики, церковный праздник, тезоименитство царского дома). В остальном объемы текстов зависели от назначения календаря: канцелярский и деловой календари содержали минимум информации, зато календари-альманахи со справочным материалом и разделами беллетристики отличались большим количеством текста для чтения. Календари росли в размерах, приобретая вид объемных томов в широкий лист (до 500–700 страниц!) и становясь универсальной домашней книгой. Но даже одностраничный табель-календарь с набором цифр и минимумом словесного текста выходил за границы утилитарного численника («говорящей» была календарная стенка с сюжетными картинками или изображениями узнаваемых личностей).

Тенденцией в развитии печатных календарей конца XIX – начала XX века было расширение их тематического разнообразия (церковный, придворный, военный, астрологический, сельский, хозяйственный, спортивный, кулинарный и многие другие). Тематика календарей была ориентирована на людей разного социального положения, материального достатка, пола и возраста. «Придворный календарь» читали дворяне (досуг за его чтением проводил батюшка Петруши Гринева в повести «Капитанская дочка» Пушкина), «Церковный календарь» был рассчитан на широкие массы, в том числе деревенских жителей. Интересы женского пола отражали календари для дам 36 , которые в советскую эпоху были «сброшены с корабля современности», но затем, на радость женской половине советского общества, возродились в виде «Календаря для женщин» (с 1956 года). От дамских календарей отличались календари для матерей («Друг матери»), просвещавшие женщин в области гигиены, здоровья и воспитания ребенка. Авторами таких изданий были европейские врачи-физиологи и российские педагоги. Семейные календари предназначались для совместного чтения родителей и детей («Семейный календарик» В. Готье).