Чтение онлайн

Он усиленно работал. Когда ему удалось очистить кусок земли, он поручил Томми отнести в сторонку срезанные прутья и сложить их в груду. Томми был не в духе и очень неохотно исполнил приказание отца. Срубив много кустов, Сигрев взял лопату, чтобы выкорчевать корни кустарников и поднять землю, Томми же позволил поиграть.

Целый час работал Сигрев, обращая мало внимания на Томми. Вдруг мальчик громко заплакал. Отец его спросил, что с ним; тот не ответил, но принялся кричать еще громче; наконец, он прижал руки к животику и начал прямо-таки вопить. Сигрев увидел, что мальчик сильно страдает, бросил работу и отвел Томми в палатку. Миссис Сигрев, испуганная плачем ребенка, вышла к ним навстречу.

Томми ничего не ответил на ее расспросы и только отчаянно кричал. Старый Риди услыхал его вопли и, заметив, что они не умолкают, пришел справиться, в чем дело. Услышав, рассказ м-ра Сигрева, он сказал:

— Поверьте, мальчик проглотил что-нибудь вредное. Скажите-ка, Томми, что вы ели на полуострове?

— Ягоды, — ответил мальчик.

— Я так и думал, — проговорил Риди. — Пойду, посмотрю, что там за ягоды.

И старик отправился на мыс. Миссис Сигрев боялась, что Томми отравился; ее муж пошел за своей аптечкой.

Риди вернулся как раз в то время, когда Сигрев собирался дать Томми прием касторового масла.

— Нет, сэр, — сказал Риди, держащий в руке ветку какого-то растения, — я думаю, ему не нужно касторового масла, он уже и то принял его слишком много. Посмотрите, сэр, насколько я помню, это клещевина, из семян которой выжимают касторовое масло. И мастер Томми покушал этих плодов. Скажите, Томми, вы это ели?

— Да! — прокричал Томми.

— Я так и думал, — сказал Риди. — Напоите его чем-нибудь теплым, и ему скоро станет лучше. Беды большой не случилось, но это его научит не есть незнакомых ягод и семян.

Риди сказал правду. Тем не менее мастер Томми был целый день сильно болен, и его рано уложили в постель.

Томми устраивает «сад» и слышит полезные советы. — Томми и коза. — Черепаший пруд.

На следующий день Сигрев, Уильям и Юнона уже работали, каждый исполняя свою задачу; миссис Сигрев сидела перед палаткой; крошка Альберт ползал около нее, а Каролина пробовала шить. Мастер Томми в это время копал маленькие ямки в почве и клал в каждую из них по камешку.

— Что ты делаешь, Томми? — спросил его отец.

— Играю; я сею семена, — ответил Томми, показывая на камешки.

— Камни не вырастут, мама? — заметила Каролина.

— Да, милочка, но семена растений прорастают, — ответила ей мать.

— Я это знаю, — сказал Томми, — я это понарошку; ведь семян у меня нет.

— Но ты сказал, что сеешь семена, а не камни.

— Да, но это «как будто» семена; значит, все равно.

— Не совсем, Томми, — заметила миссис Сигрев, — подумай, если бы вчера ты не поел «ягод», а только сделал вид, что ешь, было бы лучше. Правда?

— Я больше не буду их есть, — ответил Томми. В эту минуту маленький Альберт пополз к козленку, который за последнее время сильно вырос; схватив братишку, Томми ударил козленка по голове.

— Не надо, Томми, — сказала ему мать, — не то он забодает тебя.

— Мне все равно, — ответил Томми, держа одной рукой Альберта, а другой продолжая бить козлика Билли.

Но Билли это не понравилось; он наклонил голову, прыгнул и ударил Томми в грудь. Оба, и старший мальчик и крошка, повалились в траву друг на друга. Альберт закричал. Томми захныкал. Миссис Сигрев подбежала к детям и подняла крошку. Немного испуганный мастер Томми схватился за материнское платье, отыскивая защиты и поглядывая через плечо на Билли, который, казалось, собирался возобновить нападение.

— Да, ведь ты сказал, что тебе все равно, если он ударит тебя, Томми? — заметила миссис Сигрев.

— И все равно, — заметил Томми, видевший, что козлик отходит.

— Да, ты храбришься теперь, когда его здесь нет. Но стыдно не помнить того, что тебе говорят. Подумай-ка о льве в Каптоуне.

— Я не боюсь льва, — ответил Томми.

— Да потому что здесь его нет, но если бы перед тобой очутился лев, ты заговорил бы иначе.

— Я бросал в него камни, — сказал Томми.

— Да, без того лев не испугал бы тебя; Билли тоже не вздумал бы на тебя бросится, не бей ты его, — проговорила миссис Сигрев.

— А вот и Риди с мешком на плече, — сказал Томми. — Это хорошо; мне хочется пообедать.

Риди скоро подошел к миссис Сигрев и положил перед ней мешок.

— Я принес вам молодых кокосовых орехов и несколько старых, сняв их с пальм, которые срубил.

— О, кокосовые орехи! Мне так хотелось орехов! — закричал Томми.

— Но вам очень жарко, Риди? — заметила Селина.

— Да, миссис Сигрев, — ответил старик, отирая пот; — работать жарко, и в лесу совсем нет ветра. Не нужно ли вам доставить что-нибудь с той стороны острова? Я отправлюсь туда тотчас же после обеда.

— Зачем?

— За колесами для перевозки строевого леса. Я должен постепенно убирать бревна, пока не сделаю дорожки. Мастер Уиль отправится со мной.

— И, думаю, с удовольствием, — ответила миссис Сигрев, — вероятно, он устал перетаскивать тяжелые камни. Не помню, Риди, чтобы мне было особенно нужно что-нибудь, — прибавила она. — Но вон Уилли идет сюда вместе с Юноной; да и м-р Сигрев, я вижу, положил свой заступ. Итак, Каролиночка, присмотри за Альбертом, а я пойду и подам обед.

Риди помог Селине расставить посуду на земле, потому что они еще не привезли ни стола, ни стульев с прежнего берега.

Во время обеда Уильям сказал, что на следующий день они с Юноной окончат черепаший пруд, а м-р Сигрев объявил, что он расчистил достаточное полечко, на котором можно посадить полмешка картофеля.

После обеда Риди и Уильям отплыли, а к вечеру вернулись с колесами и осью и еще со многими вещами; между прочим, они привели на буксире несколько бревен и отделанных досок, остатков брига «Великий Океан». Они, по словам Риди, были необходимы для домовых дверей.

Ловля черепах. — Рыбная ловля. — Пруд окончен. — Испанцы и португальцы. — Возвышение и падение нации. — Мавры.

— Теперь, мастер Уильям, — сказал Риди, — если вам не очень хочется спать, вы, может быть, отправитесь со мной перевернуть несколько черепах. Время идет быстро, и они скоро уйдут с острова.

— Конечно, пойду.

— Дождемся темноты; сегодня не будет особенно яркого лунного света; тем лучше.

Тотчас же после заката солнца Уильям и Риди прошли на отмель и неподвижно уселись на камень.