Чтение онлайн

– То есть ты была не в больнице? Почему?

– Потому что я рожала в школе, это был закрытый пансион специально для девочек, которые забеременели. В школе постоянно дежурила акушерка, которая и принимала роды. Там было много таких, как я.

– И часто новорожденные умирали? – с горечью спросил Джек.

– Не знаю. Тех, кто уже родили, держали отдельно от беременных, в другом корпусе.

Джек помрачнел и нахмурился.

– Ясно.

– Нам объясняли, что у беременных и у молодых матерей разные потребности, там была еще детская палата….

– Ты ее видела? – перебил Джек. – Были в ней младенцы?

Мелани поёжилась и прошептала:

– Были, но мало.

Джеку вдруг захотелось схватить ее за плечи и встряхнуть, потребовать ответа, почему она не рассказала ему всего этого раньше, но он боялся наговорить лишнего, а уж прикоснуться к ней и вовсе было бы безумием. История, рассказанная Мелани, звучала слишком фантастически. Мелани глубоко и тяжело дышала, борясь со слезами.

– Может быть, малыш и правда родился мертвым, но мне даже не дали с ним попрощаться, я вообще его не видела, и мне трудно смириться…

Джек впервые понял, какую тяжелую ношу Мелани все это время носила в душе, не имея возможности ни оплакать свое дитя, ни даже поделиться своим горем с ним, своим мужем.

– И что же Майкл?..

Мелани встала и заходила по комнате.

– Примерно год назад мне позвонил Донован, я тебе о нем говорила. Он расспрашивал меня о том времени, когда я была в пансионе, и спросил, не была ли я беременна.

– А его-то это каким боком касается? С какой стати он вообще тебе позвонил?

– Он сказал, что до него дошли слухи, что на черном рынке был продан ребенок из семьи Эплтон.

Джек резко втянул воздух.

– Ребенок? Продан на черном рынке?

Мелани остановилась возле стула и положила руки на спинку.

– Сначала мне это тоже показалось невероятным, но через несколько дней я получила от него по почте фотографию.

– Майкла? – догадался Джек.

Мелани кивнула.

– Я не знала, что думать. Все это казалось каким-то нереальным, ребенок на снимке был подходящего возраста, мне даже показалось, что он похож на тебя, но ты ведь видел, какого качества фотография. Я еще не решила, как ко всему этому относиться, когда Донован позвонил снова. Он извинился за то, что обнадежил меня понапрасну, и сказал, что этот ребенок никак не может быть моим… нашим, он на год младше.

– Это все?

– В общем, да.

– А вдруг этот ребенок действительно наш?

Мелани яростно замотала головой.

– Больше я не позволяла себе надеяться, второго разочарования я бы не пережила, не забывай, что оба разговора состоялись на протяжении одной недели.

Джек убрал фотографию обратно в коробку.

– Зря ты мне не рассказала, даже если этот мальчик не наш сын, я бы мог что-нибудь для него сделать.

Мелани вдруг закрыла лицо руками и задрожала.

– Не надо!

– Я имею в виду…

– Я прекрасно поняла, что ты имел в виду. Ты бы постарался чем-то помочь тому ребенку, сделал бы его жизнь чуточку лучше… Я думала об этом, наверное, сотни раз.

Мелани опустила руки, и Джек поразился ее внезапной бледности.

– Я… нарочно тебе не сказала, по злому умыслу. Я повела себя как последняя эгоистка. Я не рассказала тебе про ребенка, потому что не хотела, чтобы ты ему помог.

Джек прищурился.

– Я тебя не понимаю.

– А ты подумай. Ты хорошо меня знаешь, меня нельзя отнести к числу разумных и рассудительных людей. Я мелочная и эгоистичная. – Мелани говорила все тише, на ее глазах снова выступили слезы. – Как я себя ненавижу за то, что бросила его! Я хотела помочь мальчику и не сделала этого только тебе назло!

– Мелани, что ты говоришь!

– Я давно затаила на тебя обиду.

У Джека от изумления отвисла челюсть.

– Но за что ты на меня обиделась?

Мелани не ответила. Она не знала, куда деваться от стыда, язык не поворачивался сказать правду.

– Мел?

Она вытерла слезы и еле слышно призналась:

– Я винила тебя в том, что потеряла ребенка.

Джек отшатнулся, как если бы она его ударила, потом отступил еще на шаг, уже осознанно. Ему не хотелось верить своим ушам.

– Как ты могла, ты же знала, что я был не меньше тебя сражен этой потерей.

– Если бы ты тогда на площади не бросил меня…

– Мелани, я тебя не бросал, меня уволокли силой!

– Умом я это понимала, но мое сердце отказывалось принимать доводы разума. Я хотела, чтобы ты был со мной, чтобы ты спас меня, вызволил из этого ужасного пансиона.

Джек почувствовал, что у него защипало в глазах.

– Мел, но я же не знал, где ты.

Он не стал добавлять, что после страшного избиения несколько месяцев был не в состоянии ходить и что головорезы, нанятые ее матерью, позаботились о том, чтобы в его ногах не осталось ни одной целой кости.

– Почему ты не сказала мне все это раньше? Чего ты ждала так долго?

– Помню, я панически боялась, что, если мы не найдем мальчика, с ним случится что-нибудь ужасное, я все время только о нем и думала и не могла отвлечься от этих мыслей. Я знала, что ты мог мне помочь, если бы вернулся домой, я была уверена, что если кто и может спасти Майкла, то только ты.

– Ты хочешь сказать, что развелась со мной из-за этого? Поверить не могу!

Мелани вцепилась в спинку ближайшего к ней стула так, будто боялась упасть.

– Я не хотела развода…

– Не хотела? – с горечью перебил Джек. – Не надо милая, не лги себе и мне. Ты была так зла на меня, что перестала со мной разговаривать. Ты отказывалась заниматься со мной любовью. Ведь это ты попросила меня переселиться в гостевую комнату. Все это происходило по твоей инициативе, а я только подчинялся.

Мелани отпустила стул и заломила руки.

– Пойми, Джек, я не хотела с тобой расставаться, просто я не знала, как остановить то, что я затеяла.

Он тихо выругался.

– Мелани, ты меня убиваешь.

– Но это правда. Я до смерти испугалась того, что сама же и начала, меня пугали собственные чувства. Да, я злилась, но со временем я поняла, что на самом деле мой гнев обращен не на тебя, а на судьбу, на жизнь, на всех и вся вокруг… На себя. Джек, прости меня, если сможешь.

– Это не так легко.

Мелани было поникла, но тут же встрепенулась и воинственно задрала подбородок.

– Ладно, пусть будет нелегко, я не ищу легких путей. Главное, дай мне шанс…