Чтение онлайн

— А вариантов иных у нас и нет, — согласился Алексей. — Оторок верно заметил — из местной тюрьмы мы ни себе, ни тарам не поможем. Значит, будем пробиваться.

— Эй, чужеземцы! — загремел на улице голос. — Вы обвиняетесь в нападении на городскую стражу, находящуюся при исполнении! Выходите! Вас будет судить честный и справедливый суд городского совета Ремекесса! Не отягощайте своего преступления сопротивлением! Выходите и сдайтесь на милость городского суда!

— Проклятье обвалившейся штольни! — воскликнул гном, подскакивая к открытому окну. — Неужели вы считаете нас недоумками?! Неужели кто-то верит в справедливость городского суда, да и вообще любого суда, вершимого смертными?! Да еще смертными, находящимися в пленении у лживых и коварных колдунов?! Да никогда…

Он не успел договорить, потому что Зур, ухватив его за шиворот, сильным рывком отдернул от окна. И тотчас свистнула влетевшая стрела. Пронзив пустоту в том месте, где мгновение назад стоял гном, стрела вонзилась в противоположную от окна стену под самым потолком.

— Вперед! — прозвучала во дворе громкая команда. — Злобные еретики там, наверху! Взять их живыми или мертвыми! Вперед!

— Чолон и Эйра — в комнатах на окнах! — скомандовал Алексей, чувствуя, как меч начинает шевелиться в его ладони. — Мы с Отороком на лестницу. Зур в коридоре на случай, если они полезут где-то еще или кому-то потребуется помощь. А ты, Эльви, оставайся здесь. Наблюдай за всем происходящим. Если дело станет совсем плохо, создашь портал куда-нибудь. Только постарайся закинуть нас не слишком далеко.

— Ложись! — крикнул наблюдающий из окна Чолон и стремительно пригнулся.

Все незамедлительно подчинились, а в следующий миг в стены комнаты часто застучали стрелы, выпущенные из луков и арбалетов. Алексей на четвереньках выбрался в коридор, торопясь достигнуть лестницы. Снизу, из обеденного зала, доносился топот многочисленных стражников и бряцание оружия. Судя по всему, ни о каком прорыве не могло быть и речи. Оставалось только уходить через портал, созданный колдуньей. Благо после сегодняшнего вечера и «залечивания страшной раны» колдовских сил у нее должно быть предостаточно.

Рядом с Алексеем появился гном, держа на плече свою огромную секиру.

— Может, нам стоит сразу уйти через портал? — спросил он едва слышно, словно озвучивая недавние мысли своего господина.

Но какая-то несформировавшаяся мысль не позволяла Алексею принять такое решение. В голове звучали слова Эльви: «А Судьба не напрасно устроила это. Значит, все еще ждет в грядущем». Уйти через портал, созданный колдуньей, ума много не надо. Только это отбросит их с намеченного пути надолго назад. Если вообще продолжение этого странного похода останется возможным. Но ведь не в славном бою и доблестной смерти смысл того подарка Судьбы, о котором говорила колдунья. Алексей увидел на лестнице первых стражников в тускло отсвечивающих доспехах — двое арбалетчиков с взведенными арбалетами. Увидев приготовившихся к обороне, арбалетчики одновременно выстрелили. Алексей отшатнулся, прячась за угол, а Оторок умело прикрылся секирой. Один арбалетный болт вонзился в стену, разметав в стороны щепу. Второй, с громким звоном срикошетив от широкого лезвия секиры, унесся во тьму длинного коридора. Арбалетчики отступили, пропуская воинов с мечами и небольшими щитами. Алексей шагнул вперед, поднимая полностью сформировавшийся меч. Он все пытался понять, что за мысли не позволяют ему отступить и уйти через портал.

И в этот момент на улице метнулся жуткий рев, более всего похожий на грозный рык десятка разъяренных тигров. Алексей заметил, как побледнели лица готовых начать атаку стражников. Как замерли они, остановившись в нерешительности. С улицы донеслись разрозненные крики, сдобренные паническими нотками.

— Тебе нужно на это посмотреть, господин, — возник рядом оборотень.

— Останься с Отороком, — кивнул Алексей, не решаясь, несмотря на заминку стражников, оставить гнома на лестнице одного.

Он быстро прошел в комнату, где Чолон со своим коротким луком внимательно вглядывался в происходящее за окном. Там, в тылу окружившего постоялый двор отряда городской стражи, появились новые, гораздо более многочисленные персонажи. Огромные звери — то ли медведи, то ли тигры темного, почти черного окраса — гарцевали в свете фонарей, скаля жуткие клинки зубов. А верхом на них восседали вооруженные орки. И именно орки грозно рычали и потрясали оружием, готовясь к возможной битве. А городская стража, только что собиравшаяся штурмом брать постоялый двор, теперь жалась к его стенам словно стая дворняг, вокруг которых кружили голодные волки. От отряда орков отделился сидящий на огромном звере воин, в котором Алексей вдруг узнал того самого орка, за которого заступились они недавно в харчевне.

— Мне нужны те, за кем вы сюда пришли! — прорычал он грозно.

Капитан городской стражи несколько мгновений мялся, но потом, решившись, а вернее, отчаявшись, шагнул вперед:

— Мы посланы советом города и должны представить этих чужеземцев пред очи суда городского совета Ремекесса, — возразил он, потея от страха. — Мы находимся при исполнении, и любой, кто попытается противиться воле городского совета, окажется вне закона.

Орк от души расхохотался, совершенно не скрывая звучащего в его хохоте презрения и к городской страже, и к городскому совету, да и к самому городу тоже. Капитан городской стражи, слушая этот долгий издевательский хохот, то багровел от переполняющей его ярости, то бледнел от страха за последствия неверно выраженных в общении с орками эмоций.

— Совет Ремекесса — всего лишь игрушка ордена гноров. Послушная, готовая на любое унижение и подлость мелкая игрушка, — прорычал орк, наконец отсмеявшись. — Если ты горишь желанием, человек, я могу высказать свое мнение и о твоей городской страже, и о тебе лично. Впрочем, ты и твои люди могут вопреки разуму и плачу ваших мелких, трусливых душонок попытаться исполнить волю вашего презренного совета. Мы очень надеемся на такой исход. Мои воины с огромным удовольствием напоят свои мечи свежей кровью. А я многократно отплачу за обиду, нанесенную мне сегодня. И заметь, презренный, я даже не прошу отдать мне тех, кто начал сегодня эту мелкую ссору. Я найду их потом сам. А теперь довольно болтовни. Решай — смириться или умереть.

При последних словах вожака все орки осадили своих жутких зверей и замерли в одинаковой позе, отведя чуть назад и вбок ужасающие огромные мечи — готовые в следующее мгновение ринуться в неудержимую атаку и превратить в парное мясо все, что осмелится оказать им сопротивление.

Алексей с изумлением наблюдал за происходящим из окна своей комнаты. В середине разговора орка с капитаном городской стражи в комнате появился Зур.

— Что случилось? — повернулся к нему Алексей.

— Они все ушли, — пояснил оборотень, пожимая тяжелыми плечами. — Оторок на всякий случай остался на лестнице. Но я больше не ощущаю агрессии от них. Вряд ли на нас нападут вновь.

— Хорошо, останься, — кивнул Алексей и вновь повернулся к окну.

А во дворе тем временем происходили интересные вещи. Численность городской стражи стремительно сокращалась — рядовые стражники сначала медленно, таясь, а потом уже не скрываясь, разбегались, понимая, что в случае негативного развития событий все закончится для них кровью, болью и смертью. Орки не обращали на разбегающихся никакого внимания, пропуская их беспрепятственно меж собой. Ни один меч не дрогнул в сторону бегущих. Сталь жаждала крови сопротивляющегося врага, встречающего смерть без страха, с честью и доблестью. В конце концов у постоялого двора остался капитан городской стражи с от силы двумя десятками бойцов за его спиной. Да и те старались даже не смотреть в сторону жутких орков моля в душе своего начальника быть благоразумным.

— Ну что, человек, ты принял решение? — улыбнулся орк, показывая огромные клыки. — Мои воины больше не могут ждать.

Несколько секунд капитан городской стражи молчал, пытаясь сохранить лицо, затем махнул рукой и сразу сник.

— Да черт с ним. Пусть сами разбираются со вторым городом, — пробормотал он и понуро побрел прочь.

Следом, гордо вздернув подбородки, двинулись оставшиеся стражники. Теперь их совесть оказалась совершенно чиста, ведь они выстояли до конца и покидали поле противостояния со значительно превышающей их по численности стаей орков не по трусости, а лишь следуя за своим командиром. Теперь их имена обретут новое звучание, почти такое же, как если бы они приняли бой и с честью вышли из него.