Чтение онлайн

— Но мы все умрём. Кто-то раньше, кто-то позже. Нас судьба свела в этом всеми богами забытом форте. Сколько здесь уже народа легко — ужас! А всё из-за чьих-то непомерных амбиций.

Офицер удивился.

— Амбиций? Ты про Конрада?

Като отрицательно покачал головой:

— Нет! С ним всё понятно. Его-то как раз легко понять, мотивы очевидные. Вот представь: ты — батька в семье. Но вместо того, чтобы вся молодёжь к твоим словам прислушивалась, эти обнаглевшие пацаки возомнили себя умнее батьки. И каждый норовит жить так, как ему вздумается, вообще с батькой не считаясь. О! Дело разве это?

— Пацаки? — не понял офицер.

— Блин, это единственное слово, которое ты услышал? Животное такое редкое с далёкого острова Плюк. Ты смысл понял?

Десятник задумчиво протянул:

— Так это вроде как он порядок в доме наводит? Конрад в смысле?

— Ага, — кивнул Като. — Только всё сложнее. Потому что он скорее не батька, а староста деревни. И у него то одна семья решила посевную посреди зимы устроить, то другая яму посреди поля рыть. И вообще, разброд и шатание. Но это я тоже упрощаю, всё сложнее. Главное — Конрад не с перепоя решил Хартию прижимать. И не в амбициях дело, хотя и в них, но только отчасти. Власть он свою крепит, чтобы у его детей уже не было таких проблем.

Брайан решил перевести тему, пока Като не наговорил чего-нибудь лишнего.

— Ты говорил об амбициях, — напомнил одарённый.

Одержимый кивнул:

— Ага. Тот, кто там внизу командует, очень хочет показать, что он может захватить какой-то там форт. Выслуживается. А мы, злыдни такие, всего его хитроумные планы рушим и помирать отказываемся. И вместо доклада о героической победе только доклады о потерях. Вот поэтому первое время лоялисты осторожничали, людей берегли, а потом перестали.

Это было достаточно простое и не особо противоречивое объяснение, но совсем необязательно верное.

— А чем это грозит нам, ты можешь сказать? — спросил Брайан.

— Легко. Их командиру надо как-то оправдать потери. У них, конечно, есть такой замечательный я, и на меня повесить можно много. Но лучше ещё добавить сверху. Что у нас здесь не паршивый старый форт был, а целая крепость с многоуровневой фортификацией. И гарнизона человек тысячу, причём одних рыцарей под сотню. Вот тогда да, он — герой.

Десятника такая постановка вопроса удивила:

— Так по нам же видно…

— А чтобы было не видно, здесь все перепашут в мелкое крошево, и уже вообще ничего не разобрать будет.

Като сделал несколько шагов по башне.

— Я это к тому, что надо ждать ожесточённой атаки. Лоялисты в следующий раз лютые будут, — заявил он. — Хотя они и до этого не с цветами к нам шли.

Он остановился и вновь посмотрел на лагерь внизу.

— Вопрос в том, с чем именно они к нам пойдут. Если чисто солдатами — то это неприятно, но не более того. Рыцарями — а остались у них ещё достаточно отбитые смертники, чтобы из-за ничего на нас переть?

— Почему из-за ничего? Наследники же? — напомнил Брайан.

Като поморщился:

— Вот ты где-то дотошный, присосёшься, как клещ, а где-то очевидного не замечаешь. Три наследника, причём только Хароны хотя бы в Верховный Совет входят, не стоят всего этого мяса. Класть ради них народ тысячами не стали бы, но бравому генералу хочется отчитаться о победе. А признай он, что жиденько обосрался, и вместо медалей и орденов не только должности лишат, но ещё и голову от тела открутят. Я слыхал, Конрад на расправы изобретателен и жесток.

Десятник перевёл взгляд с одержимого на офицера и обратно.

— Так, а готовиться-то нам к чему?

Минакуро вздохнул.

— Да к бою, Бьёрн, к бою. Не забивай себе голову. Это мы так, мозги умными мыслями загружаем, чтобы не тупеть. Три к носу, в общем. Прорвёмся. Главное — не паниковать. Понял?

— Да, сир, — кивнул десятник, красочно демонстрируя, что он не понял ничего, но правильно отвечать на вопросы обучен, — разрешите идти поднимать боевой дух?

Брайан махнул рукой:

— Иди, — и, подождав, пока десятник покинут башню, спросил: — Ты по делу или от скуки над людьми измываешься?

— Я всегда по делу над людьми измываюсь, а не чисто от любви к процессу, — уже привычно отшутился Като.

Брайан поймал себя на мысли, что ожидал чего-то подобного.

— Вообще-то, у меня оздоровительная прогулка. Подышать свежим, промозглым воздухом, отморозить задницу на камнях…

Для демонстрации последнего утверждения одержимый присел на те самые камни.

— Словить головой пару пуль от замаскировавшихся егерей, чтобы выявить их лёжки, — продолжил он, оглядываясь за стену.

— Если тебе прострелить голову, ты умрёшь? — в лоб спросил Брайан.

— Не проверял, — пожал плечами Като. — Предположу, что да. А что?

— На случай если ты окончательно достанешь нас своими шутками, хочу знать, как тебя успокоить и упокоить, — мрачно отозвался офицер.

Минакуро улыбнулся и кивнул.

На башню взошли солдаты, закончившие с приёмом пищи. Сторожки на воротах больше не существовало, как и самих ворот. Вторая башня, то, во что она превратилась, не имела парапета, да и с прочностью камня были проблемы. Он крошился под ногами, наспех поднятый магией. В общем, оставались только две стены и одна башня. Даже с двух задних башен сняли людей, от них там не было толка. Без рыцарей заметить ночную атаку они не смогут, как не смогут и адекватно среагировать. От двух стражей на башне с пушкой, усиленных десятком солдат, было больше толка.

Като жестом ладони пригласил Брайана следовать за собой. Они отошли на заднюю башню, расположившись там.

— Давай по делу, — Като потёр восстановившееся колено. — Если отбросить лишние сантименты, то расклад у нас такой. Пока у лоялистов одни солдаты и минимум рыцарей — я их смогу сжечь хоть всех, сколько бы они ни атаковали. Но не сейчас, в лучшем случае — завтра. А значит, вам надо день простоять, да ночь продержаться.

Брайан кивнул, это и так было понятно, по большому счёту.

— Но ты об этом заговорил…

— Потому что генерал там внизу это тоже понимает. Не знает, насколько я был ранен, но допускает такое. Этой ночью атаки не было, а я очень ждал попытки тихо напасть силами рыцарей.

Офицер нахмурился:

— И не сказал?

— Я гонял демона по округе большую часть ночи, выслушав очень много в свой адрес, — признался Като.

— Но ты сказал…

Като остановил его жестом:

— Уточняю, демон наблюдал за округой, насколько мог. Не заморачивайся на мелочах. Главное — никто к нам не пожаловал.