Крыльвы
Шрифт:
– И вы встречались здесь с хийоаками из будущего?
– спросил Третий.
– Смешно сказать, но мы сейчас сами находимся в собственном прошлом.
– сказала Иммара.
– Те встречи происходили две тысячи лет тому вперед.
– Тогда, нам надо прыгать в будущее и искать своих.
– сказал Равран.
– Будете прыгать так или сначала подумаете о том что вам есть?
– спросила Иммара.
– Вы нам поможете?
– спросил Третий.
– Мы тоже можем что-то сделать для вас.
– Хин, я тут слышала, что ты знаешь, что нам нужно.
– сказала Иммара.
– Попробуй повторить ту фразу, которую ты всегда говорил.
– Я попробую.
– прорычал Хингрис, переходя на язык миу.
– Мы поможем вам сейчас, не требуя ничего взамен. Но когда нибудь, где нибудь, возможно, мы встретимся вновь. Тогда, быть может, нам потребуется помощь и тогда мы попросим вас сделать что-то, что вы будете в силах сделать. Вы должны будете это сделать не спрашивая зачем и для чего.
– Мы согласны.
– сказал Третий.
– Надеюсь, вы не станете просить нас уничтожить половину галактики.
– Тогда, нам остается лететь назад и дать вам все что нужно.
– сказала Иммара.
Корабль хийоаков спустился на планету. Над Рен-Рименом уже была ночь, но это не было проблемой для крыльвов. Оказалось, что и хийоаки хорошо видели ночью. Третий отправился вместе со всеми и крыльвы увидели у него то свойство, которого почему-то не было у хийоаков. Третий легко менял свой вид и спокойно становился даже машиной.
– Удивительно.
– сказала Иммара.
– У нас нет ничего подобного.
– Она смотрела на машину, в которую грузили продукты и системы жизнеобеспечения, которые предполагалось установить на корабле. Они предназначались для поддержания замкнутого жизненного цикла.
– Я мог бы передать вам несколько своих фрагментов.
– сказал Третий.
– По всем правилам я не имею права этого делать, но мы находимся в чрезвычайных обстоятельствах.
– Ты хочешь сказать, что можешь отдать нам своих детей?
– спросила Иммара.
– Нет.
– рассмеялся белый каменный зверь.
– Все мои фрагменты принадлежат мне одному. Лично мне достаточно иметь три или четыре фрагмента. Обычно у нас их по сотне. А у меня восемдесят. Двадцать были оставлены на одной дикой планете.
– Какой?! Там живут динозавры?
– спросила Иммара.
– Нет. Там никто не живет. Дикая, в смысле, не живая вообще. В той системе нет населенных планет и нет таких, которые могли подойти для вас или кого-то еще.
– Но она подходит для астерианцев?
– Астерианцам подходит любая планета.
– сказал Третий.
– Не считая слишком больших и планет с больший сейсмической активностью.
– Может, вы останетесь на некоторое время и расскажете нам все поподробнее?
– спросила Иммара.
– Или, скажем, оставите информацию о себе на каких нибудь носителях. А мы передадим вам информацию о нас и то что нам известно об истории галактики.
– Я думаю, это хороший вариант обмена.
– сказал Равран.
– Вы можете передавать информацию с большой скоростью?
– спросил Третий.
– Да.
– ответила Иммара.
– Мы можем и передавать и принимать информацию подобно компьютерам.
– Тогда, будет проще. Я объясню вам что надо делать и мы сможем быстро произвести весь обмен.
Третий начал объяснять. Он остался вместе с Иммарой, а остальные продолжили работу по погрузке необходимых материалов и грузов.
Вскоре Иммара и Третий оказались подключенными друг к другу подобно компьютерам. Информация передавалась миллионами байт в секунду и это продолжалось несколько часов.
Все уже отдыхали после работы, а Иммара и Третий все еще лежали ни с кем не разговаривая и только переговаривались друг с другом с огромной скоростью. Их никто не отвлекал.
Прошел день, другой, третий.
– Они словно заснули.
– сказал Хингрис.
– Я даже не знаю о чем они говорят.
– сказал Равран.
– У Третьего нет такой информации, что бы передавать ее столько времени.
– Может, его скорость слишком велика для Иммары.
– ответил Хин.
– А может, у Иммары так много информации. Лучше их не отвлекать. Думаю, после всего этого она заснет на несколько дней.
– Заснет?
– удивился Равран.
– Хотя, она же живая.
– А Третий не живой?
– спросил Хин.
– Живой, но он не такой как все. Ему не нужен сон. Он вообще никогда не спит.
– Он, случайно, не машина?
– спросила Рэй.
– Многие считают астерианцев машинами. Но они не подходят под определение машин.
– Какое определение?
– спросила Рэй.
– Машины это объекты, совершающие самостоятельные действия, но все их действия происходят от чужой воли. Все машины кем-то управляются. Они на что-то запрограммированы и выполняют заданные действия.
– А астерианцы?
– Астерианцы это машины, в которых вложено сознание живых существ.
– Как это вложено?
– удивились крыльвы.
– Представьте себе компьютер, объем свободной памяти которого выше, чем у многих разумных существ. И быстродействия хоть отбавляй. Астерианцы когда-то были живыми. Их планета оказалась выброшенной в космос из-за пролетевшей мимо звезды. Не Бегущей, а обыкновенной. Она пролетела рядом и изменила орбиту их планеты так, что та улетела в открытый космос. Они ушли под землю, создали эти самые машины и перешли в них.
– Я, кажется, поняла.
– Сказала Рэй.
– И теперь те существа давно погибли, а остались лишь астерианцы в машинах.
– Да. Фактически они бессмертны. Вся структура машин полностью самовосстанавливающаяся. Смерть может наступить только в случае убийства.
– Это значит, что и вы можете перейти в эти машины.
– спросила Рэй.
– Третий, кажется, говорил, что у него восемдесят частей.
– Да. Это самый последний вариант для нас. Мы не хотим покидать свои обычные тела. Мы еще молоды и это действие преждевременно.
– А когда вы состаритесь, вы так и сделаете?
– Либо так, либо иначе. Есть несколько способов борьбы со старостью. Некоторые хийоаки не желают менять себя и умирают как все живые существа. Все зависит от самой жизни.
– У нас говорят, пути господни неисповедимы.
– сказал Хингрис.
– У вас?
– переспросил Равран.
– Ты говоришь так, словно ты не такой как другие.
– Мы все разные.
– сказала Рэй.
– Из десяти крыльвов только Иммара родилась крыльвом. Хингрис родился человеком, Мерра и Ррниу терриксами, а все остальные ратионами.