Чтение онлайн

— Шурка, ты такая аппетитная

О Боже! Это же оно! Это пьяное чудовище рядом со мной! Улегся ко мне в кровать!

— Пошел вон скотина!

Я молниеносно выпрыгнула из-под одеяла и нащупала в темноте выключатель. В это время отчим тоже встал с кровати, но никуда не собирался уходить. Вместо этого он решительно стал ко мне подкрадываться, словно жирный кот к беззащитному мышонку.

— Мааам! — закричала я на всю комнату. На этот раз эта угроза не сработала.

— Маман спит

Я испугалась. Очень испугалась, когда он подошел совсем близко и протянул ко мне руки. Но стоять столбом не стала.

— Отвали! — рявкнула я и влепила по наглой морде пощечину. Рука моя сразу же загорелась ярким пламенем сильной боли, а я пожалела, что сделала именно это. Сколько раз Илья мне говорил, что пьяных людей лучше не трогать и не провоцировать. Это выводит их из себя еще больше. Лучше уйти. Но это была не та ситуация, я должна была себя как-то защитить. И мой удар сработал наоборот. Как ярко-красная тряпка для быка. Глаза его будто налились кровью. И в тусклом освещение он был действительно похож на грязное, свирепое чудовище. Не успела я подумать о дальнейшем развитии событий, как этот монстр схватил больно меня за руки и буквально швырнул на мою кровать. Я ударилась головой об стену, спина заныла от таких выкрутасов. А это чудовище уже пригвоздило своим жирным телом к кровати...

— Помогите! Мама! — завопила я во все горло, отбиваясь от его грязных домогательств. И случилось какое-то чудо. Не иначе. Мама проснулась. Она вошла в комнату в тот момент, когда отчим сел всей своей массой мне на живот, и я чуть не умерла от страха и боли.

— Ты чего делаешь сволочь!

Мама будто вмиг протрезвела. Она схватила его в охапку и отшвырнула от меня. Я тут же забилась подальше в угол. Сердце громко стучало, кровь билась о виски, и я не слышала и половину их диалога. Перед глазами пелена... И страх. Этот жуткий страх пропитал каждую клеточку моего тела, когда я представила, что могло быть, если бы мама не пришла на помощь.

Обычно он слегка боится моей мамы. Но сегодня был какой-то особенный день. Жуткий и мерзкий день, ставший началом конца моей жизни. Отчим тут же переключился на мать. Он врезал ей кулаком по лицу. Я увидела брызги крови на полу... Монстр не стал останавливаться. Его это не испугало в отличие от меня. Он тут же повалил маму на пол и послышались звонкие вопли и глухие удары... Не помню, что произошло со мной в тот момент. Сознание отключилась. Страх отошел на второй план. На первый вышла огромная ненависть к этому уроду. Я со всего размаха прыгнула ему на спину, царапаясь и кусаясь словно озверевшая кошка. Не подействовало. Отчим скинул меня на пол, словно надоевшее насекомое. Но и насекомые бывают опасны... Дальше все, как в тумане. Помню, как одной рукой схватила тяжелую вазу... Она мне показалась очень легкой, как пушинка. Удар. Громкий удар, после чего наступила звенящая тишина. Мама сидит на полу, закрыв кровоточащее лицо руками. Я опустилась рядом и обняла ее. Источника нашего страха больше не было слышно. Я мельком увидела, как он лежит возле ног матери, а на полу растекается вишневая кровь... Я уткнулась в плечо мамы, чтобы не видеть всего этого ужаса. И кажется потеряла сознание.

Слова следователя больно полоснули лезвием по моему помутневшему сознанию. 9 лет... В лучшем случае минус один, два года. Я не могла адекватно воспринимать данную ситуацию. Мозг и вовсе наотрез отказывался мириться с ужасающей реальностью.

— Неужели ничего нельзя сделать? — спросила я, вытерев рукавом серой кофты подступившие слезы из глаз.

— Думаешь судья с особым энтузиазмом будет разбираться в пьяной драке двух алкашей? Мне и самому неохота копаться в этом дерьме. Да и так все понятно — ответил далеко немолодой следователь и почесал свою жесткую щетину на подбородке.

— Нет, не понятно. Я вам битый час говорю, что мама защищала меня. Он хотел меня изнасиловать, а мама... Она ударила его по голове, чтобы спасти меня! А вы говорите 9 лет! За что?! За то, что мать защищала своего ребенка от этого чудовища?! — разгорячилась я. Голова шла кругом. Я не могла прийти в себя от осознания того, что могло случиться со мной и с мамой, если бы... Если бы не треснула этого урода по голове, а теперь другое. Маме грозит 9 лет тюрьмы! Целых 9 лет!

— Не было бы трупа, как-нибудь замяли, а так... Да и кому и что ты собираешься доказывать? Еще раз повторяю, учитывая, какой образ жизни вели твои родители... Уверяю тебя. Только время зря потеряешь. Отсидит выйдет. Может, даже раньше по УДО — ответил мне равнодушным голосом следователь. Отчасти он сказал правду. Не было бы трупа... Такие драки, даже с участием ножей, в нашем доме было обычное дело. Но теперь все вышло из-под контроля. Отчим был мертв. Видимо, в состоянии аффекта не рассчитала силы. Да и эта чертова ваза была тяжеленая. Может, он и заслужил этого, но из-за него теперь пострадает моя мать. Почему она, а не я? Да потому что.

Я практически не помню всего, что происходило далее, после того, как отчим упал замертво на пол. Сознание будто отключилось. Не помню, как мама вызвала полицию, скорую. Единственное, что я запомнила, а точнее мне пришлось запомнить это слова мамы. Мы сидели обе на полу в шоковом состоянии. Я с ужасом смотрела на лужу крови неподалеку. Мама вдруг взяла мое лицо в свои руки и быстро-быстро затараторила:

— Саша! Саша! Приди в себя! Ты слышишь меня? Саша!

Она начала меня тормошить из стороны в сторону, но я никак не могла оторвать глаз от разбитой головы отчима. Тогда я услышала резкий щелчок, а щека загорелась ярким пламенем. Мама влепила мне пощечину, чтобы привести в себя. Я, наконец, перевела свой безумный взгляд на нее.

— Послушай меня и не перебивай. Сейчас приедет полиция, скорая, соседи, люди, да неважно! Ты должна сказать, что это я его ударила, поняла? Ты поняла меня?! — мама снова меня немного встряхнула. У нее самой на лице виднелась кровь, глаз опух, а волосы торчали в разные стороны.

— Но это же я... — промямлила онемевшим языком я. Мама вновь меня ударила по второй щеке.

— Не смей этого говорить. Это сделала я. Я! Поняла? Никогда и никому не смей этого говорить, слышишь?! Я отсижу, а ты не вздумай себе калечить жизнь!

Я обняла ее за плечи и хотела заплакать и возразить ее доводам, но она оттолкнула меня.

— Не смей рушить свою жизнь! Не смей! — повторила она и подняла с пола вазу, чтобы вытереть отпечатки пальцев.

После нас всех забрали на допрос. Сначала долго опрашивали маму. Затем пытали меня. Поначалу я последовала совету мамы. Сказала, что это она ударила отчима по голове вазой, но только лишь для того, чтобы тот прекратил свои домогательства в мой адрес. Но когда услышала приговор в 9 лет лишения свободы, то испытала стыд и ужас. Мама не должна отбывать наказание за мое преступление. Я попыталась рассказать следователю правду, но тот меня уже не слушал. Он посчитал это пустой детской болтовней и попытками оправдать свою маму.

— И что же мне теперь делать? — спросила я, окончательно убедившись, что следователь истинно верит в мою ложь.

— Что делать? Даже не знаю... Сколько тебе лет? — спросил он и встал с кожаного кресла, при этом надевая пиджак на широкие плечи. Кажется, он собирался уходить.

— 18 — коротко ответила я.

— Только школу закончила?

— Да

— Ну, что тогда делать? Поступай дальше учиться, можешь пойти работать или замуж выйти. Я же не знаю, какие приоритеты сейчас у молодежи

Я непонимающе заморгала глазами.

— Ну, не надо на меня так глазки свои выпучивать. Живи дальше своей жизнью, ты молодая, нафиг тебе в лазить в это дерьмо?

— Речь идет о моей маме и это по моей вине она находится здесь — твердо ответила я.

— Я тебя умоляю! Что я не знаю, как вы живете? Как она бухает каждый день. Может, в тюрьме человеком станет. Иди давай уже домой. Устал я — отмахнулся от меня мужчина словно от назойливой мухи.

— Я так это все не оставлю! — разозлилась я и выбежала из кабинета.