Чтение онлайн

Я буду готовить ее сначала на школьные олимпиады, потом на краевые. Вот увидите, ваша дочь еще всем покажет, - я была в этом точно уверена. Для меня это стало делом принципа.

– Лин, - откашлялась Марта, - Мне очень нравится твой настрой, но с кем будет заниматься Миланья. Кто твои ученики, и кто их родители? Я их хотя бы знаю?

– Точно, не знаете и никогда раньше не встречались. У меня обычные дети из неполных семей. И все занятия индивидуальные по одному ученику просто в разное время. А сами дети, не поверите, умеют разговаривать, едят руками, у них одна голова, две руки и две ноги. Ничем от нас с вами не отличаются.

Марта даже подавилась от моего сарказма. Она думала, что мы взяли таких же богатеньких и избалованных деток, как Милины одноклассники.

– Послушай, Лин, я думаю, извини меня, конечно, что это не самая лучшая идея. Нам по статусу это не подходит. Зачем Миланье такие знакомства и общение? Что она возьмет от них? Станет еще более не управляема?

– Марта, это вы меня искренне извините. Но насколько я знаю, у Мили нет друзей, как вы говорите, среди вашего статуса. И ее даже на дни рождения не зовут. Так что дети из вашего статуса ничего хорошего вашей дочери не принесли.

К тому же я думаю, ваш муж и сын будут не против. У Кирилла можем уже сегодня спросить. Как вы думаете?

Марта вся напряглась. Я так и думала, что решающее мнение в этой семье, слава богу, остается за мужчинами.

– Хорошо, Лин, - сказала, скрепя зубами, женщина, - Ты, молодец, умеешь убеждать. Зачем отвлекать мужчин на такие несерьезные вещи. У них более серьезные игры. Пусть Миля станет твоей ученицей. И я, конечно, буду ждать тех результатов, которые ты мне обещала.

– Даже не сомневайтесь. Они не заставят себя долго ждать. И еще я бы хотела, чтобы Миля иногда оставалась ночевать у меня. Так как вам нет до нее особо дела, я бы с удовольствием забрала бы ее к нам.

Но думаю, опять же ваш муж и сын этого не поймут. А была бы ваша воля, вы бы с удовольствием уже давно бы отправили свою дочь подальше в какой - нибудь пансионат или интернат. Но хорошо, что именно в вашей семье голова на плечах есть у всех ваших мужчин.

И еще знаете, как бывает часто в жизни? Именно такие дети, которые не получают любовь и ласку от родителей, чаще всего остаются с ними до конца их дней. Ухаживают за ними, не спят ночами, тратя свое время и свою жизнь.

Вам, конечно, это не грозит. В одиночестве вы не останетесь. Вам наймут кучу сиделок. И они также, как предыдущие няни у Мили, будут вас купать, кормить, разумеется за деньги.

А потом скажут вашим детям, что вы очень истеричная и тяжелая старушка и с вами очень тяжело.

Марта закурила какую по счету сигарету. Видимо, действительно старости она очень боялась.

Марта дрожащими пальцами взяла стакан воды и жадно отпила из него. Потом снова взяла сигарету и крепко затянулась. При этом повернулась в сторону и смотрела на сына, который продолжал срывать свою злость на корте.

– Кирилл - моя самая большая гордость, - продолжила Марта, выпуская дым, - У меня большие надежды на него. Ради него я многое стерплю. Смотрю на него и понимаю, что только ради того, чтобы мой мальчик появился на свет, стоило и мне родиться.

Наша семья была дворянских каких - то там аристократических корней. Моя мать не уставала постоянно это всем и всюду говорить. Но это не спасло нашу семью от разорения. Я помню, как она закладывала в ломбард фамильные украшения, которые должны были достаться мне по наследству.

Вырученные деньги она тратила на свои наряды, которые одевала всего раз в жизни, чтобы выйти в свет. Потом относила на барахолку, не сама, конечно же. И все по новой. Чтобы блистать на каком - то очередном приеме.

Со временем и прислуги в доме не осталось. Только повар и еще одна горничная. Так как мать была не приспособлена к работе совсем, не могла готовить, убирать. Говорила, что рождена не для этого.

Отца постоянно гнобила за то, что не может разбогатеть и удержать состояние. Считала его неудачником и ничтожеством, о чем ему постоянно говорила.

Марта снова сделала глубокую затяжку.

– Мы перестали принимать гостей в своем доме. Надо отдать должное, маман была очень удачной актрисой и придумывала различные поводы, чтобы избегать приемов именно у нас дома.

Ведь нужно поддерживать статус и скрывать от всех пошатнувшееся состояние нашей семьи. Иначе все быстро отвернуться от нас и самое страшное перестанут приглашать на приемы и вечера.

Когда мать поняла, что надежды на отца нет никакой, она быстро принялась за меня. Пыталась всунуть меня куда только можно. На балет, но там, как ты понимаешь, мне ничего не светило.

Твоя тетя была вне конкуренции, а я даже не на десятом месте. А где - то в конце. Музыка, живопись, везде все самые лучшие места доставались другим детям, наследникам из обеспеченных семей, но не мне.

И тогда моя родительница решила, что меня надо выгодно выдать замуж. Всю мою юность она посвятила этому. Она постоянно знакомила меня с сыновьями своих подруг, везде таскала меня за собой, как верную собачонку.

Говорила, что мне не обязательно получать высшее образование, достаточно выйти выгодно замуж, быстро забеременеть и родить здорового наследника, желательно мальчика.

А там дальше, если муж захочет, купит мне диплом, и я смогу открыть свое дело. Конечно, не прям им заниматься, просто нанять людей и все. Моего присутствия и не надо.

Вот так рассуждала моя мать. Слава богу, я встретила Женю. Мне он сразу понравился. Не скажу, что прям чувства были на разрыв, но он был мне симпатичен.

Ты, кстати, знала, что ему нравилась в молодости твоя тетя?

– Кристина? Нет, я не знала, - честно ответила я.

– Да это и неважно совсем. Женя понимал, что Тина относится к нему, как к другу, не больше, и не питал особых надежд.

Мы так и поженились, когда мне исполнилось восемнадцать. Я едва успела окончить школу. И в то время, когда все мои подруги поехали поступать и позже стали учиться, я уже ждала своего любимого сына.

Надо отдать должное моему мужу, он никогда не вспоминал при мне Тину, никогда не сравнивал нас, и вообще за всю нашу совместную жизнь ни разу не давал повода для ревности.

На нашей свадьбе моя мать радовалась, кажется сильнее, чем мы с Женей вместе взятые. Потом она и вовсе потеряла всякий стыд. Решила, что, если она меня родила, то имеет полное право залезть своими ручищами в состояние Лебедевых.

Ее просто несло. Кажется, что в последние годы своей жизни, она решила по полной оторваться. То ей виллу подавай в Италии с виноградниками, то пентхаус в Нью - Йорке. Про другие хотелки я вообще молчу.