Чтение онлайн

— Что это — спокойствие или безразличие, явное или показное, она всегда такая или притворяется? — я уже начал потихоньку сомневаться в правильности скоропалительного решения взять её к нам на «Крылья богов». Как бы чего не вышло — капитан человек не всегда предсказуемый.

Стоило подумать о Грайхе, и он тут же выскочил на трап яхты, как будто за ним гнались все демоны преисподней. Наверное, увидел нас на экране внешнего обзора.

Стараясь предотвратить неминуемый скандал, быстро отрапортовал:

— Кэп! Ваш приказ выполнил — ветеринара нашёл и доставил на борт! — моей лучезарной улыбке мог бы позавидовать самый лучший актёр имперских театров… Но на капитана моя радость не произвела никакого впечатления. Он ринулся с трапа вниз с такой скоростью, как будто от этого зависела его жизнь.

— Таррро, — пророкотал он, низко наклонив голову и исподлобья рассматривая нового доктора, — разве не с тобой мы были вчера в квартале Целительниц душшшшш? Или я что-то забыл, или ты чего-то не понял? С каких это пор ты начал проводить на яхту шлюх? — зашипел он сквозь стиснутые зубы, повернулся всем корпусом к доктору и вдруг приказал:

— Распусти волосы, — я от удивления выпал в осадок, а девчонка, бледностью своей сравнявшаяся со стенами столичного храма Всех богов, вытащила из растрёпанной копны волос какую-то спицу и тряхнула головой.

Волосы… Боги… Её волосы волнистым шоколадным облаком окутали хрупкую фигуру, чуть-чуть не доставая до талии. Мы с капитаном потеряли дар речи. А я судорожно начал вспоминать её имя и понял, что даже не обратил на него внимание в документах. И тут она подала голос:

— Я не поняла, это вольный торговец или передвижной бордель? Извините, господа, вы, вероятно, что-то перепутали и вам нужен не ветеринар, а штатная шлюха…, - с этими словами она быстро собрала волосы в бесформенный пучок и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, двинулась в сторону проходной. И тут капитану удалось удивить меня во второй раз за столь короткий промежуток времени.

— Стоять, — гаркнул он так, что вздрогнул даже я, знающий капитана не один год. Доктор же продолжала идти, как ни в чём не бывало. — Пять тысяч имперских кредитов за каждый рейс. Плюс премия в случае непредусмотренных договором обстоятельств. У меня отвисла челюсть. Это была капитанская доля в прибыли. Я с ужасом смотрел на своего друга и никак не мог понять логики его поступков.

— На один рейс, — шёпотом поведал мне свои планы капитан, — потом выйдет из отпуска наш док, и мы отправим дамочку восвояси. Как оказалось впоследствии, и капитан иногда мог ошибаться. Так у нас в экипаже появилось чудо, за которое мы впоследствии будем благодарить всех богов.

Я занимался предварительной прокладкой курса, когда сработал зуммер камер внешнего наблюдения — к яхте кто-то приближался. Присмотревшись внимательно, обнаружил нашего старпома с какой-то девкой, которую тот волоком тащил к трапу.

— Он что совсем обалдел, последние мозги растерял — шлюх на корабль таскать? Судя по всему, ветеринара найти не удалось, и он решил притащить хоть кого-нибудь на замену, — не успев додумать мысль до конца, я уже нёсся к трапу, чтобы расставить всех по местам и показать, наконец, «кто в доме хозяин».

Одетая в мешковатые штаны и не менее мешковатую кофту, с гнездом на голове вместо нормальной причёски, девка безучастно смотрела на меня и как будто даже не боялась. Это ж сколько ей заплатил наш драгоценный пилот?

— Ну, берегись, — подумал я, — сейчас я тебе надую холоду… На всю оставшуюся жизнь запомнишь, как шляться по космопорту. Меня аж трясло от злости — придётся вызывать Нестора, но пока он успокоится из-за сорванной в очередной раз свадьбы, пройдёт не одна неделя. Весёленький у нас ожидается рейс.

А Таро улыбался во всю челюсть и что-то там бодро рапортовал с блаженной улыбкой клинического идиота. Прислушиваться ни желания, ни настроения не было, всё катилось в демонову пасть и, даже сам рейс, был под огромным вопросом.

— Интересно, что такого нашел в этой полукровке старпом, если привёл её даже сюда. Благая Сайке, такими темпами он скоро притащит её в поместье — я был зол, нет, я был страшно зол! И мне захотелось вдруг так же сильно разозлить Лестариуса. Пусть и он побудет хоть немного в моей шкуре.

— А она могла бы быть ничего, если бы носила волосы распущенными, не сворачивая их в неопрятный узел, — мелькнула вдруг неожиданная мысль и сразу куда-то исчезла. Но даже я не ожидал от себя того, что произошло в следующий момент.

— Распусти волосы, — рявкнул вдруг я ни с того, ни с чего и впору было бы взять свои слова обратно, да только сказанного не воротишь. Вы когда-нибудь видели, чтобы кто-то бледнел в считанные секунды до состояния снежной белизны? Вот и я тоже не видел, до этого самого момента включительно. Полукровка прикусила нижнюю губу и стояла неподвижная, как мраморная статуя и потерянная, как маленький ребёнок, заблудившийся в лесу. Затем резким движением вытащила из волос какую-то спицу и тряхнула головой. И я задохнулся от восхищения.

А из скорлупы страшненькой, неприметной полукровки вдруг появилась прекрасная, как цветок, бабочка. Но очарование момента было тут же разрушено. Бабочка вдруг тихо вздохнула и ехидным голосом спросила:

— Я не поняла — это вольный торговец или передвижной бордель? Извините, господа, вам нужен не ветеринар, а штатная шлюха — с этими словами она опять собрала в жгут свои волосы, заколола их всё в тот же пучок, повернулась к нам спиной и двинулась в сторону выхода.

Всё решали считанные минуты. Я понял, что оскорбил её, и я же должен был спасти ситуацию.

— Стоять, — гаркнул я не столько для того, чтобы напугать её, сколько для того, чтобы задержать хоть на минутку.

— Пять тысяч имперских кредитов — громко объявил я, сам не ожидая от себя такой щедрости. За один рейс я не обеднею, а там выйдет из отпуска наш док.

Таро стоял с выпученными глазами и хватал ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег.

— Дыши глубже, старпом, туман будет — прорвёмся!

— Лисисайя, — звериный доктор кивнула, развернулась обратно и ни говоря больше ни слова, пошла к трапу. Интересный нам попался доктор, однако. Но вся ситуация ещё раз перевернулась с ног на голову, когда на трап неожиданно вышел наш бессменный механик, эльф Серхай Раниэль Д'Акканто.

— Сестрица, а что ты забыла на «Крыльях богов»? — наверное, если бы в этот момент разверзлись небеса, и оттуда прямо на взлётно-посадочную полосу космопорта сошёл сам Хранитель путей Эрцу, я удивился бы гораздо меньше.

А наша спокойная и невозмутимая, как каменный истукан, ветеринар, взвизгнув, как девчонка, бросилась ему на шею и залопотала что-то непонятное по-эльфийски. Из потока непрекращающихся ни на секунду слов, лишь время от времени перемежаемых поцелуями, понять можно было только одно — имя нашего коллеги и друга — Серхай, Серхио, Серханиэль, повторяющееся между всхлипываниями. Причём произносилось оно таким тоном, что мы с Таро, переглянувшись, молча позавидовали нашему ушастому товарищу. А она что-то рассказывала ему, захлёбываясь слезами и время от времени кивая головой в нашу сторону. Эльф прижимал её к себе, как драгоценное сокровище, которому предстояло исчезнуть из его рук на всю оставшуюся жизнь, гладил по волосам и с любопытством поглядывал на нас со старпомом.