Чтение онлайн

– Два мешка.

– Мешки принес?

– Нет… – растерялся Максим. – Я их выкинул. В них же крысы…

– Жаль, – покачала головой Галина Павловна. – У нас дефицит.

– Господи, да зачем нам мешки то использованные? – проворчала Алена Алексеевна, доставая из сумочки пачку сигарет.

Галина Петровна промолчала, поджав губы и недовольно посмотрела на коллегу.

– У нас вода кончилась, – сменила тему Алена Алексеевна. – Максим? Сходишь за водой?

И она показала на тумбочку, на которой стоял пожелтевший электрический чайник.

– За водой?

Рядом стояли две пластиковые пятилитровые бутылки.

– Здесь колонка есть. Из окна прямо видно. Через дорогу. Набери, пожалуйста. А потом можешь идти на обед.

И Максим пошел исполнять свое второе на сегодня поручение.

Не смотря на целый час свободного времени, домой Максим решил не ехать. Вместо этого он дошел до ближайшего магазинчика, взял там пару залежавшихся булок, бутылку воды и шоколадный батончик. Усевшись во дворе в неприметном местечке, он медленно жевал и смотрел по сторонам, раздумывая над тем, сколько еще злачных мест ему придется обойти.

После импровизированного обеда, Максим вернулся в ЖЭУ, откуда его послали в подвал еще одного дома. Но этот оказался гораздо чище. Было видно, что здесь часто убираются. Даже лампочки, казалось, светили ярче. Тем не менее, Максиму нужно было вынести крупный мусор и везде подмести.

Прежде чем начать убирать, Максим присел и задумался. В его голове словно тикали часы. И три из них уже прошли. Ведь их ему зачтут? А если сейчас кто-то из ЖЭУ проверяет тот первый подвал? Есть ли вообще здесь какие-то проверки? Этот подвал практически кристально чист. Чист для подвала многоэтажного дома, конечно. Если он ничего не сделает за два часа, заметят ли это?

Так или иначе, теперь это новая часть его жизни. Неприятная, но все могло быть хуже. Он вспомнил как старушка-адвокат еще перед судом твердила ему, что все может закончится тюрьмой. Что он может оказаться за решеткой и все это очень серьезно.

«Мерзкая старуха», – подумал Максим.

Вместо того, чтоб прояснить ему все нюансы и подробности, она лишь запугивала его. А так как он не рассказывал об этом никому, кроме начальства на работе, поддержки или сочувствия ждать было неоткуда. И о том, что сейчас он вынужден подметать какой-то подвал и подбирать дохлых крыс он тоже никому и никогда не расскажет. Здесь не чем гордиться.

Хотя он допускал мысль, что спустя годы вполне возможно в качестве забавного факта упомянуть об этом. Выдать все как прикол. Нелепую шутку. Например, Коле, его лучшему другу. Все старые друзья давно уехали из Темногорска, а Коля остался. С ним можно этим поделиться. Только вот с другом он не виделся уже полгода. В последний раз они, кажется, пили в баре. Говорили о кино, но дальше блокбастеров, идущих в кинотеатрах разговор не пошел. Коля рассказывал о девушке, с которой познакомился на фестивале автомобилистов. «Как ее звали? Марина? Нет, с ней он был прошлой зимой. Таня? Катя?» А что Максим? Он делился своими планами о том, что хочет стать художником. Только вот в каком жанре именно, еще не знает. Но пробует решительно все. В конце концов они договорились о том, что в следующий раз он принесет свои рисунки. Но Максим больше ничего не рисовал. Уже через месяц после их встречи на него подали в суд и началась вся эта невеселая история.

«Если бы я…» – задумался Максим.

Но тут его мысли прервал скрежет подвальной двери. Кто-то вошел!

Максим встал и схватил метлу.

– Здарова! – крикнул усатый мужчина в синем комбинезоне. – Не капает здесь ничего, не замечал?

– А? – переспросил Максим, не совсем поняв вопрос.

– С труб не течет? Эта, бля, как ее? Сказала тут все протекает, – выругался мужик. – А я вот чот не вижу, чтоб тут эта… Нормально все вроде. Тебя как звать?

– Максим.

– Не видел тебя раньше. Первый день?

– Первый.

– Ага… Понятно, – задумчиво сказал мужик, осматривая трубы. – Ладно, давай. Пойду.

Но тут же остановился и добавил:

– Там дальше эта… где узел, куча мусора. Мы на прошлой неделе здесь работали. Не забудь там все вычистить.

– Хорошо.

– Ну все, давай.

Мужик махнул рукой и пошел к выходу.

И Максим снова остался один.

К шести часам он вернулся в ЖЭУ и отчитался о проделанной работе. Галина Петровна записала в журнал «восемь часов» о чем сообщила Максиму. В следующий раз он должен был вернуться в среду. А на сегодня – свободен. И Максим отправился домой.

До рабочего поселка он решил дойди пешком, зайти по дороге в магазин и взять бутылочку крепкого пива. Все-таки день, решил он, был богат на события. Темнело, но уличные фонари не спешили загораться. Люди, больше похожие на ходячих мертвецов, устало волочились домой. Но что их там ждет? Несколько часов перед сном, а дальше – новый день. И опять на работу, которую мало кто любит. Потом долгожданные выходные, за которые ничего не произойдет и снова наступит понедельник. Отпуск два раза в год. Праздники. Ничего не поменяется. Все только стареет и плесневеет. И из этого круговорота практически невозможно выбраться. Как бесконечный поток машин. Или ты съезжаешь на обочину, где больше никому не нужен, или резко тормозишь, в ожидании смертельного удара в спину. Где спасение?

Заблудившись в черно-белых мыслях, наш герой свернул по знакомой улице в сторону дома. Из кармана торчала банка пива, которую он планировал незаметно пронести мимо отца. Завтра еще один день.

«Может быть когда-нибудь что-нибудь случится хорошее», – подумал он.

4

Больше всего Максим ненавидел рано просыпаться. А просыпаться в семь утра, чтобы пойти на работу, за которую тебе еще и не заплатят – втройне неприятное дело. Для него всегда было непонятным это нелепое мироустройство. Ты заканчиваешь школу, институт, напичканный знаниями и науками, а потом встаешь в очередь на добровольное рабство. Пять дней в неделю (а для кого-то и шесть) работаешь с девяти до шести, получая зарплату, которой всегда не хватает. Начинаешь на что-то копить, покупаешь ненужные вещи, влезаешь в долги и продолжаешь работать до самой, так называемой, пенсии. А пенсия, как говорил Максиму его дедушка – медленная смерть. Дедушка умер, когда Максиму еще не было восьми лет, но эта фраза про пенсию немногое, что запало в его память. И только теперь, спустя столько лет, он ее начинал понимать. Еще дедушка говорил, что «мы никому не нужны». И тут он тоже, как выяснилось, оказался прав.

Жизнь – несправедливая вещь. Кому-то дано больше, а кому-то меньше. В основном Максим задумывался об этом, будучи только пьяным, перед сном. Но в последнее время все чаще его стали посещать мысли о таких вещах ранним утром. От таких дум тело отказывалось двигаться, а сердце замирало. И это подталкивало его к тому, что нужно что-то менять.

Максим встал и устало прошелся по комнате. Возле кровати стояла пустая банка из-под пива «Вершина» с крепостью 6,5 %. На столе лежали незаконченные карандашные рисунки: изуродованные лица, скрученные в агонии фигуры, абстрактные линии. Он подошел к полке с книжками. Возле не раз прочитанного сборника фантастических рассказов лежала небольшая картонная коробочка. Максим пересчитал деньги, лежащие в ней. Сорок три тысячи креллов. Сумма небольшая, но уже хватает на то, чтобы купить билет на автобус и снять какое-нибудь жилье в новом городе на пару месяцев. Но он хотел подкопить еще, чтобы быть полностью уверенным в том, что не останется на улице. Больше всего Максим любил каждый месяц добавлять в эту коробочку еще немного денег. Только мысли о завтрашнем будущем в другом городе заставляли его немного двигаться и как-то жить.

Пока отец отсыпался после ночной смены, Максим заварил себе сладкий чай и сделал пару бутербродов, чтобы хоть как-то дотерпеть до обеда. На полноценный завтрак он не рассчитывал. Кухонное пространство он давно уже считал за вражескую территорию и старался проводить здесь как можно меньше времени, даже если отца нет на месте.

На улице свистел ветер и Максим даже был рад тому факту, что его отправят в очередной подвал, а не на улицу с лопатой. Он вышел за ворота поселка и побрел вдоль стены завода. Сколько еще лет он будет ходить по этому пути? Добравшись до пустой остановки, он запрыгнул в холодный трамвай. Может быть не стоит никуда уезжать? Может быть его место здесь, в грязном городе без будущего? Ведь если у него самого нет будущего, размышлял Максим, то какой смысл от переезда? Здесь он никому не нужен, а «там» его никто не ждет. Он сам по себе. В принципе, можно даже не работать. Добывать остатки еды на свалках. Или воровать в магазинах. Тогда его точно посадят в тюрьму, но разве это плохо? Разве сейчас он не в тюрьме? Максим отчаянно искал вещи, за которые стоит бороться. Но их было не так много.