Чтение онлайн

Именно с этим персонажем связана дальнейшая история пребывания «башмаков» на белорусской земле.

Когда против Баца местная прокуратура возбудила уголовное дело, последний из больницы и из города попросту сбежал. Его примеру последовали и его новые друзья, посчитав за лучшее, не дожидаясь продолжения, покинуть не слишком гостеприимный город.

Место новой дислокации крымчан было связано с немаловажным обстоятельством. В крупном областном центре Беларуси гастролерам светила солидная «крыша», и, следовательно, работа с наименьшей степенью риска. Здесь проживал родственник Баца Федор Климовский — владелец нескольких коммерческих предприятий, фигура весьма известная в коммерческом мире республики, в прошлом видный хозяйственный функционер, обладающий большими связями в правоохранительных органах Беларуси. Злые языки болтали, будто он вообще один из лидеров белорусской теневой экономики, однако убедительных доказательств этому, понятно, не приводилось.

Своего родственничка Баца, с авторитетной компанией, Климовский принял как родных и даже любезно предложил пользоваться комфортабельными апартаментами собственной шикарной загородной виллы.

Именно здесь, судя по всему, родился в творческих муках глобальный проект покорения «Новой Беларуси».

Для более или менее сносного существования гастролерам необходимо было искать новый источник пополнения бригадного бюджета, и он был найден. Небогатая ресурсами республика занимает важное географическое положение, делающее ее транзитным каналом для товаров, перемещаемых из Европы в Россию и обратно, а равно и между странами Балтии и Причерноморьем.

Одним из самых доходных товаров являются автомобили, как «белые» перевозимые и перегоняемые на легальных основаниях, так и «темные» попросту краденые иномарки.

Майскому удалось установить контакты с представителями уголовной среды города, занимающимися криминальным автомобильным бизнесом, и плотно «сесть» на важные белорусские дороги.

Крымчане привнесли в дело продажи новых и слегка подержанных автомобилей целый ряд достаточно новых и неизбитых форм.

Основных каналов добычи машин было два: «конфискация» краденых у других бандитов, т. е. своеобразная «экспроприация экспроприаторов», и самостоятельный перегон таких же «темных» машин из-за рубежа.

Первое обставлялось нередко как настоящая милицейская операция, когда переодетые в форму «пацаны» просто изымали «левые» тачки, оставляя незадачливых перегонщиков лишь с «протоколами изъятия» на руках. При этом бандиты проявляли интерес исключительно к новым и престижным иномаркам.

Дело быстро заладилось, и вскоре вилла превратилась почти что в офис процветающей фирмы. Клиентов было хоть отбавляй со всех концов бывшего необъятного Союза. Стены дачи видели и солнцевских, и кунцевских, и еще Бог знает каких мафиози.

Здесь же, на вилле, была налажена и система автосервиса: на «засвеченных» машинах перебивались номера, изготавливались поддельные документы, по которым затем авто сбывались потребителям.

Руководящие роли в группировке к этому времени распределились так: Майский — главарь, его заместитель — Бац.

Между тем через некоторое время «фирма» все же попала в поле внимания белорусских правоохранительных органов. Произошло это из-за разразившегося на вилле, по крымским меркам вполне обычного, скандала.

Неудачная сделка с приехавшими на виллу «партнерами» переросла в перестрелку, изрядно перепугавшую местное население. Но разборка обошлась без жертв, и только пригнанная недавно новенькая «вольво» была попросту превращена в решето.

Как ни удивительно, но никаких оргвыводов со стороны милиции не последовало — настолько надежной оказалась белорусская «крыша» крымских гастролеров.

Впоследствии она не раз спасала «башмаков» от, казалось бы, неминуемой грозы.

Вот лишь одно тому подтверждение.

Как-то господин Майский назначил «стрелку» местному уголовному авторитету для проведения небольшой денежной операции. Едва партнеры смогли перемолвиться несколькими словами, как на горизонте замаячили фигуры «людей в штатском»; уходить незамеченными было слишком поздно. И тогда Майский совершает незабываемый для скромных горожан поступок. Он выхватывает из кармана и швыряет на тротуар изрядную пачку долларов — ни больше ни меньше — 17 тысяч! — в надежде на то, что прохожие вмиг подметут «вещественное доказательство».

Однако сотрудники УБОП оказались более расторопными, и «вещдок» (в том числе и фальшивая сотенная купюра) оказался в их руках. Обыск машины Майского дал еще несколько интересных находок, в том числе замаскированное под авторучку самодельное стреляющее устройство и несколько разнокалиберных патронов. Вроде бы все ясно, не правда ли?

Майского в наручниках препровождают в камеру предварительного заключения и возбуждают уголовное дело по факту обнаружения находок. Но не тут-то было. Оказывается, новоявленный автомобильный король Беларуси приехал на встречу не на своем, а на чужом автомобиле, которым управлял по доверенности. Стало быть, кто подсунул ему «авторучку», Майский не знает, равно как и деньги, с негодованием выброшенные им на асфальт.

Из обвиняемого Майский во мгновение ока превращается в обвинителя — и вот уже уголовное дело заводится по факту превышения работниками УБОПа своих служебных полномочий!

Так что ровно в 11.00 следующего дня у ворот СИЗО узника уже поджидал сверкающий лимузин, а вот убоповцы четыре месяца «ходили под статьей», пока следствие не обнаружило в их действиях отсутствие состава преступления.

Проблемы у крымчан начались не благодаря белорусским правоохранителям, а, как это часто случается, по причине сугубо внутренних разногласий.

По версии одного из двух главных действующих лиц предприятия, Симона Дыняна, он дал по выходе из СИЗО Майскому на «подъем» около 15 тысяч долларов. Соратник же, вместо благодарности, при реализации очередной партии автомобилей в октябре 1995 года попросту «кинул» благодетеля на огромную сумму «зеленых»!

Это было последней каплей в отнюдь не пустую уже чашу взаимных претензий двух компаньонов: остатки «башмаков» раскололись на две враждующие бригады.

Темпераментный, не прощающий обиды Дынян вышел из повиновения «верховного главнокомандующего», Майского, и начал играть в свою личную игру.

Свою бригаду Дынян организовал на национально-родственной основе и главенствующим сделал принцип жесткого единоначалия: слово Дыняна — закон для подчиненных. Успех деятельности банды обеспечивала ее высокая мобильность, использование современных средств связи и оружия, железная дисциплина (насколько она возможна в среде уголовников) и надежная охрана (возле дома Симона круглосуточно несли дежурство трое охранников, еще двое постоянно наблюдали с крыши). Бригада Дыняна какое-то время промышляла на прежней территории, но, спасаясь от белорусского УБОПа, перебралась за Буг, в Польшу.