Крымские охотничьи рассказы
Шрифт:
Мотор взревел, отвлекая меня от философских мыслей, и автомобиль, переваливаясь по кочкам с борта на борт, укатил от нас вдаль. А мой товарищ, подойдя ко мне, протянул мне три пятидесятигривневые купюры.
– Что это? – удивленно спросил я у него.
– Плата за перепелов! – ответил он.
– Не слишком ли?
– Да нет, с учетом стоимости его машины – не слишком. Да я и не просил ничего – сам выдал и уточнил еще – не мало ли будет?
Да уж, в жизни бывают всякие приключения. Может быть и «крутому» владельцу «Ниссана» тоже надо было перед кем-то отчитаться – еще более «крутым» – может, это была жена – мол был не где-нибудь на «лядках», а на самой, что ни на есть охоте, а может – еще кто-то? Вот и доказательства непреложные – свежие птички. А чего так мало – так мало и было. Что взял – то взял! На то и охота…
А свой десяток перепелов мы с Руной все равно тогда «взяли». И вернулись домой, в Симферополь, обиженные, но не побежденные.
С той поры минуло несколько лет. Моя Руна получила уже всеобщее признание в глазах крымских собаководов: родила великолепное потомство, которое в свою очередь тоже показало замечательные профессиональные качества, заработала еще пять полевых дипломов. Все это в совокупности дало ей право получить высшую собачью награду – Большую золотую медаль на Республиканской выставке охотничьих собак. Жизнь и охоты продолжались.
Конец ознакомительного фрагмента.