Чтение онлайн

— Девятый, Восьмой… Что за чушь собачья! — Воскликнул Чёрт, — Все знают, что есть только один настоящий создатель!

— Точно Чёрт! — я так обрадовался, что он хоть что-то выкинул, при этом напомнив о своём существовании. На моё восклицание, тот лишь высокомерно хмыкнул, — Что за создатель?!

— Мне-то откуда знать?! Он один и всё, больше быть не может!

— Ты с демоном разговариваешь? — вклинился Макс, и здесь я удивился. — Просто та крыса, сказала, что у тебя есть связь с демоном.

— Кха, какой догадливый, — оскалился Чёрт.

Я не знал, что ответить, но слава богу, из куста позади Макса, вылез мелкий полурослик. Неужели он нагло подслушивал? Я хотел спросить какого черта он тут делает, но мелкий меня опередил:

— Дяденька, — его детские глаза, просто горели невосполнимым интересом к нам, — Там мама уже злится начинает, а это плохо.

— Понял, — я слегка пихнул Макса в плечо, чтобы тот тоже двигался, — Скажи, что мы уже идём.

Ребёнок с улыбкой кивнул, и скрылся в кустах, будто его и не было.

Мы подошли к крыльцу, Макса передёрнуло, и он быстро поднявшись по небольшой лестнице, скрылся в дверном проёме. Я же стоял и слушал: детские крики, смех взрослых, и судя по голосам там не только хозяева с Вольтом. Как же мне не хочется туда идти, но вот кушать, к сожалению, хочется. Снаружи послышался громкий крик Катрины, о да, он теперь запомнится на долго. Но, я всё же сделал первый шаг. Опять начнут обсирать, и унижать. Второй шаг. Даже здесь общество начинает быстро надоедать… Третий и четвертый шаг.

Возможно, я потом об этом пожалею, но это будет потом, поэтому посрать. И я тоже, следом за Максом, скрылся в тёмном дверном проёме.

Зайдя во внутрь громадного дома, меня сильно удивило освещение. Честно говоря, думал, что будет темно, но нет. На высоких стенах, на определённом расстоянии друг от друга, висели декоративные маслянные лапы, которые с большим успехом умудрялись освещать самые темные уголки комнат. Я шёл по длинному коридору, старые уже от времени стены придавали дому мрачности и сырости. Казалось, что до этих полуросликов, здесь жил какой-то сумасшедший, но нужно мне было пройти чуть глубже, как все мои плохие мысли, тут же, испарились. Огромное просторное помещение, справа от меня стоит длинный широкий стол, за которым сидели как взрослые, так и дети. Стол был богато накрыт, там была как нарезка, так и самые необычные горячие блюда. Макс затерялся среди мелкого народа, будто свой. На конце этого стола сидел Борта, который весело потыкал старого друга встать с тостом. Вольт сидел рядом с ним, но уже с боку, как я понимал, то свободное место, что рядом с полуросликом, предназначалось для хозяйки дома — Катрины. Вольт все же решился, и с горячей улыбкой и красным лицом, поднялся со стола. Подняв деревянную долблённую миску, с хохотом начал произносить тосты:

— За лучших хозяев этой глуши! — и он яро прихлебнул содержимое своей миски, после чего громко охнул, — За лучшее пойло, что я пил! — и Вольт снова сделал глоток.

Ничего интересного, кроме еды, я там, честно говоря, не видел.

Слева от меня, стояла большая печь, чья белая труба уходила куда-то вверх, скорее всего на второй этаж, о чем говорила рядом стоящая деревянная лестница. От печи к столу, всё время металась хозяйка дома — Катрина. Мой крысиный нюх учуял манящий запах свежей, наивкуснейшей выпечки. Во рту сразу потекла слюна. Это Катрина, раскрыла огромную печь, и огромной деревянной лопатой, с плоским концом, доставала оттуда огромную округлую буханку белого хлеба. Я уже и не надеялся здесь что-то такое увидеть, а то у Гулы мясо да мясо…

— О ты… — добрый взгляд Катрины, напомнил мне о моей бабушке, которая когда-то именно так и пекла для всех домашний хлеб, — не помню твоего имени?

— Сергей… — грустные воспоминания тут же охватили меня, я обвел взглядом веселого Макса, который усердно, что-то жевал, одновременно пытаясь чего-то доказать взрослому полурослику.

— Сергей значит, — она улыбнулась, и громко крикнула, — быстро за стол! Я тут как раз свой фирменный хлеб испекла.

— Вкусный? — это первое, что пришло мне в голову, — Белый?

— Хна-хна-хна! — она широко заулыбалась, — Невоспитанное зверье, но, хна-хна, булка хлеба и вкусная, и белая! — она мастерски перенесла хлеб с лопаты на деревянную доску, и всунув мне ее в руки сказала, — а с моей острячкой, еда богов! Всё, неси к столу, а я ещё грибную похлёбку, к столу донесу. — Она развернула меня к столу, и едва доставая до плеча, подтолкнула меня, как ребёнка.

Не женщина, а ангел. Тут же вспомнил и про демона, к которому я теперь привязан, тот парил над столом, и вкушал запах пахнущих блюд.

— Проклятье! — крикнул он, смотря как ребёнок, в какой раз уже откусывает смачный кусок мяса от запечённой ножки, — Сергей, сожри тут всё, ведь это несправедливо! У этого полурослика, отменный навык готовки!

Не обращая на него никакого внимания, я послушно нёс свежий хлеб к столу. Наконец меня заметил, красный как помидор, Вольт. Его глаза расширились, он быстро осмотрел всех вокруг, и поднявшись со стола, держа в руках наполненную миску, крикнул, что было силы:

— Выпьем же за нашего нового друга! — все взрослые быстро подняли: миски, особо толстые кувшины. Чтобы выпить за… меня? Но как только они увидели, за кого пьют, в комнате настала мертвая тишина, только слышны глотки Вольта, что старательно присосался к долбленной миске.

Опять эта тишина, опять эти презрительные взгляды. Они даже не задумываются, что я крысолак… Эти половинчатые, принимают меня за звероподобного, но есть у меня ощущения, что и с ними не все так гладко…

— Брота! — взревел полурослик, что сидел на другом конце стола, казалось, что тот по размерам был ещё больше, — какого демона у тебя в дома, делает эта мерзость?!

В его мерзких руках был до краёв наполненный кувшин, рядом с ним всё время возилась какая-то девочка, доливая в кувшин какого-то алкоголя.

— Это мой друг! — возразил Вольт, едва держась на ногах.

Вот и снова начинается. Может правда их всех сожрать? Оставить только Катрину и их детей?

Судя по ситуации, сейчас всем было начхать на слова Вольтера, все ждали ответа Броты. Но…

— Так, почему хлеб ещё не на столе?! — грозно спросила подошедшая сзади Катрина. Поникнув, я развернулся, все же, Катрина для меня почему-то сейчас была тем, кого ну никак не хотелось подводить, хоть она мне и никто, я это отлично понимал. Та, посмотрев мне за спину, и увидев нервозное молчание за столом, и злого Вольтера, увидев того полурослика, который высоко смотрел на Броту. И самого Брота, который будто в мгновение отрезвел, и не знал. Что стоит ответить. — Грота Толстопузый! — закричала Катрина, неся в руках горшок, наполненный какой-то вязкой кашей, но точно не грибной похлёбкой, — Не забывайся, что ты в гостях, а здесь, все кто в доме наши друзья! А если не замолчишь, я выпру тебя за дверь, и при к своей кобыле старой!

— Да как ты смеешь, людское отродье!

Глаза Катрины на мгновение стали мокрыми, даже Брота встал со стола, и подбежал к, казалось, женщине с каменной душой. После увиденного мной, внутри меня что-то ёкнуло. Я бы не сказал, что это было что-то хорошее. Моя огромная туша тихо развернулась, аккуратно поставила на длинный стол доску с хлебом. Сзади послышался едва слышный всхлип.

Тварь.

Входная дверь раскрылась, и оттуда, шагая на двух задних лапах, скрестив за спиной остальные, шёл старый, он широко улыбался ровно до того момента, пока не увидел тихо плачущую Катрину. Я приказал ему вытащить наружу того наглого полурослика, что посмел обидеть Катрину. Десять крыс, вместе с малой, стаей налетели на жирного. Похватав того за края его одежды, а я попросил его здесь не раздирать, это уже слишком некультурно будет, потащили Грота на улицу. За столом сидели испуганные взрослые лица, дети сбежали на второй этаж. Этот наглый Грота, раздирающе ревел, но никто ничего не делал, никто не пытался меня остановить. Брота тихо успокаивал свою жену, медленно поглаживая ту по голове. Вольт же, этот мужик, с любопытством наблюдал, сейчас он не казался пьяным, вообще будто и не пил. Макс, быстро вытерев своё лицо рукавом рубашки, побежал за крысами наружу, ещё и успевая что-то дожёвывать. Я ловко остановил его за плечо, и быстро развернул обратно к столу, сам тоже не собирался никуда идти, только дверь закрыть за старым. Мысленно приказал оттащить тело, и где-нибудь в непроходимых кустах, разодрать его тело так, чтобы тот мучился, ну и не оставить от него и костей. К чёрту, надеюсь родственничков у него нет.