Чтение онлайн

– Стоп, привал, - на подъезде к станции произнёс Вадим, - пора и отдохнуть. Мы с Агафьей согласно кивнули. Дрезина остановилась. Мужчины дружно спрыгнули на землю. Оглядевшись, направились, к зданию, игравшему роль вокзала. Правда, вокзалом одноэтажное строение с тремя окнами и одной дверью, назвать было затруднительно. Тем не мене, рядом других следов пребывания человека не наблюдалось. Внутри царило запустенье. Здесь нам ничего не светит. Рядом с импровизированной кассой, примостившейся в углу станции, я заметила дверь, из-за которой раздалось какое-то шипение и звук, напоминающий стук клавиш пишущей машинки. Вадим распахнул дверь, и перед нами предстало совсем маленькое помещение, в котором разместился стол с телеграфным аппаратом, пара стульев и небольшой шкаф. Вот звуки как раз и издавал телеграфный аппарат, изрыгая из себя бумажную ленту с текстом. Вадим взял ленту и начал читать. При этом лицо его выражало всю гамму чувств, от недоумения, до полного негодования.

– Что ты там увидел? – меня снедало любопытство.

– Что-то я ничего не могу понять, - Вадим пригласил нас войти в комнату, поскольку аппарат всё ещё выдавал информацию, - слушайте:

«Начальнику станции. Немедленно задержите поезда, отправляющиеся на Москву. Подъезд к городу блокирован немецкими войсками. Предлагаем эвакуировать население близлежащих деревень. Неприятель у стен столицы. Держимся из последних сил».

На этом аппарат замолк. Узнав, что город находится в блокаде, надо крепко подумать, а стоит ли нам туда идти. Посовещавшись, решили, что всё же стоит. Меня необъяснимым образом тянуло в столицу, ибо я чувствовала, что именно в Москве мы сможем получить ответы на вопросы, которых у меня скопилось великое множество. И ещё, я была уверена, что город удастся отстоять и наша помощь может пригодиться. Оставалось выяснить, как далеко от Москвы мы оказались. Ситуация несколько прояснилась, когда Михаил поинтересовался, не заметили мы названия станции.

– Вроде Калиновка, - Агафья заявила, что видела табличку с надписью, валявшуюся на перроне.

– Неплохо, - хмыкнул Михаил, - мы на верном пути.

– Что ты имеешь в виду? – поинтересовался Вадим.

– Мы когда-то проезжали этот полустанок и до Москвы от этого места около двадцати – двадцати пяти вёрст.

– Пешим ходом почти двое суток, - подытожил Вадим, - а с детьми и того больше, а времени у нас не так уж и много.

– Дядь, - подал голос Семён, - вы не пужайтесь, мы с Манькой выносливые. Мы вам помехой не будем.

– Да не в вас дело, - буркнул Вадим, - нам бы лошадь найти, а к ней и телегу не помешало бы.

– Хватит рассуждать, - втянулась я в разговор, - если будем стоять на месте и вести разговоры, лошадь и тем более телега сами собой не появятся.

Как говорится, бедному собраться, только подпоясаться. Вот и мы потуже затянули пояса и отправились в неизвестность. Выйдя на наезженный тракт, направились к конечной цели, то есть в Москву. И вот тут нас ждала удача: из-за поворота показалась телега, запряжённая парой гнедых. В телеге сидел старик и маленькая девчушка.

– Эй, уважаемый, крикнула Агафья,- подождите.

Старик испуганно оглянулся. Но, увидев, что перед ним мирные люди, остановился. Мы приблизились, и я решила взять переговоры в свои руки.

– Добрый день? – поздоровалась.

– Какой он добрый, дочка, - ответил старик, - немец на подходе. Вот мы с внучкой решили покинуть насиженные места да в Москву податься. А вы кто будете, добрые люди?

– Мы-то? Мы тоже от немцев бежим. Только вот по дороге под бомбёжку попали. Всё наше имущество там и пропало, а лошади разбежались. Поймать не удалось, - врала я напропалую, - вот с нами двое мальцов. Не могли бы вы их пристроить с собой на телегу?

– Отчего же не взять, возьму. Пусть залезают.

Я подтолкнула Семёна с Манькой к телеге и помогла им забраться.

– А вы-то как же? – забеспокоился мальчишка.

– О нас не беспокойся, доберёмся как-нибудь. Пойдём за вами следом.

– А зачем идтить за нами, - встрял старик,- вы сейчас сверните вон на ту дорожку, пройдите с версту, а там конный двор будет. Должны еще лошади остаться. Я их выпустил из конюшни, а они опять вернулись. А, - старик махнул рукой, - садитесь, довезу, а потом вместе и поедем. Веселей будет, да безопасней.

Старик развернулся и потихоньку двинулся вперёд.

– Чего уж там, залазьте. Небось, мои красавцы выдержат.

Возражать никто не стал, вспомнив поговорку «лучше плохо ехать, чем хорошо идти».

Конный двор представлял собой пару конюшен, окружённых забором и площадкой для выгула. Ворота во двор были настежь распахнуты, но лошади, привыкшие, что их в этом месте кормят и лелеют, решили, что свобода им ни к чему и потерянно бродили по двору. Увидев знакомого человека, радостно заржали и направились к нам.

– Вот видите, а я что говорил, - старик слез с телеги и потрепал первую подошедшую к нему лошадь по холке.

– Что, Звёздочка, соскучилась?

Лошадь ткнула его головой, словно хотела что-то сказать, затем развернулась и пошла к конюшне.

– Интересно, что Звёздочка хочет показать? – старик прошёл следом за лошадью.

Войдя в конюшню, увидели коня, запутавшегося в упряже. Звёздочка подошла к нему, посмотрела на старика. Вот ведь, беспокоится.

– Булан, а ты как умудрился тут застрять, - обратился старик к коню.

Конь виновато заржал.

– Ладно, ладно, успокойся, - старик освободил его и тот как бы благодаря за своё освобождение, положил голову на плечо своего спасителя, - ну что вот с вами делать?
– спросил он сам себя, - оставить здесь? Погибните ведь, а ещё хуже немцу достанетесь. Слушай, - это уже ко мне, вот вам и помощники. Возьмите этих двух. Справные. Булан, правда, любит во всякие передряги встревать, но конь верный не пропадёт, а вот Звёздочка ни на шаг от него не отходит. Видать, любовь у них. Ну что, берёте?

– Брать-то, берём, - согласилась я с неожиданным предложением, - а ехать на чём?

– Об этой не беспокойтесь. Телегу найдём, сена для мягкости положим и готова повозка.

На этом и порешили. Я вышла из конюшни, поинтересовавшись, кто сможет управлять повозкой. Удивил Семён.

– Я могу. Мы с батей часто вместе ездили на поле, так он мне с лошадью доверял управляться.

Тем временем Макар Ильич, так звали старика, попросил нас помочь с телегой. Мы вывезли её из конюшни и стали впрягать в неё Булана. Звёздочку решили пока не трогать. Как пояснил старик, вдвоём с Буланом они тянуть телегу не смогут. Манька нашла себе подругу в лице Насти, внучки старика. Девочки что-то тихо обсуждали, сидя на телеге.

Когда всё было готово, мы распределились по местам. Сказал бы мне кто-нибудь о таком раньше, не поверила, а тут всё оказалось в порядке вещей. С Макаром Ильичём сели мы с Агафьей и Манька с Настей, на второй подводе разместились наши мужчины. Так и поехали. Выбравшись на главный тракт, направились в Москву. Как удалось выяснить, Макар Ильич решил поехать туда к своим родственникам и пояснил, что немца в столицу не пустят, отстоят город. Вскоре появились путники, двигавшиеся в ту же сторону, что и мы. Кое-кто нёс с собой немудрёные пожитки. На нас смотрели с завистью, вот ведь, не пешком идут, а едут. Некоторые пытались навязаться в попутчики, но тут же получали отпор. Чем ближе мы подъезжали к Москве, тем оживлённее становилось движение. Нам пришлось потесниться, на телеги пристроили совсем уж маленьких детей. Их родители шли рядом, держась руками за борта. Наиболее предприимчивые граждане умудрились захватить с собой скотину, так что рядом раздавалось блеяние, мычание, гогот и тому подобные звуки. На въезде в город был организован проверочный пункт, чтобы не пускать кого попало в столицу. Нам удалось проехать в предместье без особых помех. Старик заявил, что его родственники тут неподалеку, и он прямо сейчас отправится к ним. Мы решили пока поехать вместе с ним, чтобы оставить там лошадей и телегу. Ну, вот что со всем этим хозяйством делать? Макар Ильич только был рад такому повороту событий, заявив, что в хозяйстве всё пригодится. Доехав до места, попрощались и тут старик нас удивил, предложив на время оставить Семёна с сестрой у него.