Чтение онлайн

— Превосходно, Зак! За сегодняшний урок у тебя отлично!

— Спасибо, Анавель. — проговорил Закиил голосом учительницы.

Анавель улыбнулась и продолжила осматривать остальных. Я украдкой заглянула за спину одногрупника. Понятно, почему у него пятерка. Он смог воспроизвести даже пару темных перышек на левом крыле Анавель, которые не заметны с первого взгляда. Но вот очередь дошла и до меня. Я единственная, кто додумалась превратиться в демона.

— Он действительно именно так и выглядет? — осматривала меня Хранительница.

— Не совсем. — проговорила я свои голосом. — Волосы у него короче, и я не уверена по поводу рожек, кажется, они были чуть меньше. — Анавель хихикнула и возобновила осмотр оставшихся ангелов, превратившихся в ангелов. А я глянула в ближайшее зеркало. А Самаэлю идут длинные волосы и пятидесятиметровые рога.

Оставшуюся часть урока мы разбирали свои ошибки и способы их решения, уже в своих обличиях. Отлично за сегодняшний урок получил только Закиил.

Следующий урок прошел не так радостно, как бы мне хотелось. Урок о смертных был из числа любимых, потому что нравился учитель, а зайдя сегодня в класс, я не увидела за учительским столом приветливую улыбку и сияющие глаза молодого красавца Хранителя.

— А где Хранитель Гэбриэл? — спросил тоненьких голос моей однокурсницы. Этот юный ангел-учитель был отличником по всем статьям, и после окончания академии ему предложили поработать тут, все равно его постоянный подопечный в этом городе. И в Гэбриэла были тайно влюблены все. (Даже я вздыхала о нем по ночам).

Ангел с темно-шоколадными крыльями (ни у кого таких больше не видела), который до этого стоял к нам спиной, повернулся и жизнерадостно улыбнулся. По классу прокатился восторженный АХ и ОХ, одна я была безумно расстроена таким поворотом событий.

Этого Хранителя (не понимаю, как этот ангел с замашками диктатора вообще стал Хранителем) я знала со времен учебы в городе ангелов, ох и намучилась я с ним! Он преподавал у меня и постоянно придирался! И вне школы доставал своим назойливым вниманием так, что я его просто не воспринимала как учителя Хранителя Захарию, он был просто…

— Черт, Захария…

— Ангел, милочка, и не просто Захария, а Хранитель. Придерживайся простых правил приличия или не избежать тебе наказаний.

— Как пожелаете, Хранитель. — склонилась я в реверансе, а Захария коварно усмехнулся, что не сулило ничего хорошего. Уж я-то знаю.

Я заняла свое место у окна, и впервые за все уроки о смертных рассматривала не учителя, а человеческую школу, которая находилась напротив, но под нами. (Наша Академия невидимой сферой висела неподалеку). Да и сад, и дороги, и людей проходивших внизу, и птиц, меняющих свою траекторию полета, подлетая к нашей академии. Это все оказалось таким увлекательным, что к жизни меня привел лишь повторный вопрос, где же наш любимый Гэбриэл?

— Подопечный Хранителя Гэбриэла уехал из города, и Хранителю пришлось отправиться с ним.

— А надолго? — спросила я с надеждой, что сейчас дверь в кабинет исчезнет, а там появится Гэбриэл в ослепительном свете и скажет, что-то типа «Скучали? А вот и я, мои дорогие!» и вышвырнет Захарию прочь.

— На столько, на сколько понадобится его подопечному. — оскалился Захария. — Не будем отвлекаться, сегодня мы поговорим о работе со смертными.

Я глубоко вздохнула и открыла тетрадь. Как же интересно там, за окном, но взяв себя в руки, я заставила свои уши слушать столь противного мне ангела. Ведь это один из самых важных уроков, да и что Гэбриэл скажет, узнав, что я бездельничала на его предмете…

— Одно из важных отличий человека от мебели, это свобода выбора. Никто, ни хранитель, ни искуситель не имеет право явно вмешиваться в жизнь своего подопечного. Вы должны подсказывать, намекать, но выбор человек делает сам… — начал новоиспеченный учитель.

Захария выбрал очень привлекательный образ мужчины средних лет. Широкие плечи, узкие бедра, легкая щетина, которая всегда останется легкой и безупречная улыбка. Вроде бы симпатичный, вроде ангел, но такой противный! Если Гэбриэл не вернется через пару дней, я не выдержу, и у меня со старым знакомым будет война. Очередная.

— … хранитель не может вмешиваться, когда свою работу делает искуситель, и наоборот. Это будет выраженное столкновение, и человек может почувствовать ваше присутствие…

Если говорить честно, то отличницей в городе ангелов я стала именно из-за Захарии. Я корпела над тяжелейшими фолиантами, над километрами свитков и древними рунами, чтобы заткнуть за пояс этого мерзкого учителя. Отличие Школы Хранителей в небесном городе, от Земной Академии в том, что там на одного ученика один учитель. Да-да, это было чудовищное время. Захария хоть и умный ангел, опытный, но это не помешало развиться его скверному характеру. Он постоянно тыкал меня носом в самые незначительные ошибки, за лишний «чих» оставлял на дополнительные занятия, а малейшее опоздание наказывал уборкой библиотеки или зубрежкой дополнительного томика о «Семи Смертных Грехах». В общем, я возненавидела Захарию на столько, насколько это возможно ангелу. Я зубрила все, даже то, чего не было в программе обучения и чего не задавал учитель. Я не высыпалась, создавая водяные бомбы, чтобы окропить ими голову Захарии, я плакала по ночам в подушку от удушающей обиды, но на утро с надменной улыбкой приносила ему сочинение в сто листов, между которыми были спрятаны усыпляющие чары, и сбегала с уроков. Короче, старалась превзойти его по всем статьям и угодить, но остаться собой.

— … еще одна важная вещь в работе со смертными, вы ни в коем случае не должны соприкасаться с демонами. Кто знает почему? Да, вы, пожалуйста.

— Ну, это запрещено соглашением о рабочем мире между ангелами и демонами. — пролепетала Аладия.

— Да. Но почему это запрещено? — все молчали. Захария уже собирался было открыть рот, как вдруг…

— Потому что реакция между двумя противоположными силами может быть непредсказуемой и разрушительной, а для человека и вовсе смертельной. А главная цель как хранителей, так и искусителей, делать свою работу так, чтобы подопечный не умер раньше положенного срока. — со скучающим видом проговорила я. Все уставились на меня, словно я демон, появившейся в женской ангельской раздевалки.

— Правильно. — очухавшись от первого шока, проговорил Захария. Его пораженный вид я посчитала как выигрышное очко. «Один-ноль, пернатый». Время зубрежки не по программе оправдало себя.

На обеде ко мне пристала Аладия.

— Ну, расскажи! Ну, ты же знаешь, пожа-а-а-луйста! — сверлила она меня своими щенячьими глазками. А я делала вид, что не замечаю этого испокойно поедала салат. — Если не расскажешь, я не дам тебе конспекты! — зло проговорила подруга, а я чуть не подавилась.

— Тебе жалко, что ли? — подсел к нам Закиил. И если честно, он навел меня на мысль — все знают, что любые физические контакты с демонами запрещены, но вот по какой причине? Почему мы узнаем о конкретном значении запрета на соприкосновение с демонами лишь на первом курсе академии, а не в первые дни учебы в школе?? Наверное, потому что там, в небесном городе, мы не встретим демонов.

— Что ж. У ангелов и демонов разные силы. Они отличаются как функциями, резервами и, скажем, бонусами. У ангелов — сила созидания, у демонов — разрушения. Хотя, я думаю, что это не совсем так. Соприкосновений история насчитывает крайне мало. В один раз это спровоцировало извержение вулкана. Дымовое облако еще долго не могло развеяться. В другой раз была огромная волна цунами. Но был случай, когда после Контакта, на земле вырос огромный дуб, красивый и мощный, как две силы, создавшие его. Поэтому, я считаю (это лично мое мнение, в учебниках такого нет), что Контакт между демоном и ангелом, вдали от смертного, может быть вполне благоприятный. И мне кажется, Высшие это тоже понимают, но не хотят рисковать и создавать себе лишние проблемы, ведь губительных случаев было больше.