Чтение онлайн

– В АНБ, хоть это мною и не было доказано, но в этой обширной массе аналитиков, криптографов, оперативных агентов есть своя исключительная подсистема. – Продолжала София, вспоминая всех лиц, кого подозревала и за кем шпионила в пользу агентства С.Р.Т. – Её уникальность заключается в том, что она хоть и завязана в общей структура Агентства Национальной Безопасности, она обособленна. У неё есть доступ ко всем секретным материалам и информативным данным, ресурсам, когда-либо попавшим в агентство и находящихся там и по современный час, но при этом её материалы, собранные или созданные ею доступны лишь ограниченному кругу людей, тем, кто входит в эту подсистему.

– И как ты ещё жива при таких познаниях относительно столь титулованной организации, ведущей слежку за всем миром? – вопросил Максим Орлов, взглянув на брюнетку.

– Мне пришлось заплатить высокую цену. Но если Ник и Майкл, те двое что на мониторе, узнают, что я в полном здравии, да ещё на территории государства, которое Америка тайно боится и открыто презирает, то меня сотрут с лица земли. Менее чем за два часа. И никто мне не поможет – заключила София, грустно улыбнувшись на последнем предложении оглядев всех вокруг со взглядом человека, которому заочно подписан смертный приговор и может быть исполнен в любую наносекунду, попадись она в объективы камер наблюдения в любой точке планеты. София знала, что АНБ располагает собственной разумной системой на основе искусственного интеллекта. У агентства С.Р.Т. был свой собственный суперкомпьютер.

– София, ты на своей территории. Мы на своей. – Проговорил Власов старший, с уважением посмотрев на агента, которая, не только добыла сверхсекретные сведения, тянувшие за собой неразрешенные вопросы полвека, но также помогла Сокольскому, спасла его от Клейтона, который ранее сдал её членам Лиги. Власов старший почти был уверен, что в голове и памяти у Софии Никольской имеются и другие данные, которые она пока не разглашает открыто.

Хитро ухмыльнувшись, Игорь Клементьевич добавил – Никто тебя не тронет. Договориться можно всегда, лишь нужно обсудить цену вопроса. В предстоящей операции используем официальное прикрытие.

– В роли СВР 8 ? – уточнила Екатерина Николаевна. Блеснув карими глазами и посмотрев на главу агентства Современных Революционных Технологий, она хитрым тоном добавила – и от себя подозрения отведём и Софию прикроем, и этих двоих спасём в случае чего, сделав их нам обязанными.

– Оптимально – проговорил Антон Разумов, сидя рядом с женой и смотря на Максима Орлова обычным взглядом серых глаз – наверняка Мердек при допросе Софии и Александра сфотографировал их, и через связного в АНБ занялся установлением их личностей. Проблема и с Сокольским, на него тоже падает тень преследования Агентством, которого нет. Нужно смоделировать решение, и действовать со стилистикой СВР, ребят из подразделения Заслон. Но Сокольского, как бы это печально не звучало, в данном случае придётся умертвить.

– Чего ты сказал? – протянул Максим Орлов всем своим недовольным видом и такой интонацией, как будто он сидит не на совещании в секретной организации, а слушает рассказ возле костра в летнем лесу под треск горевших поленьев. Быстро скользнув взглядом по вдумчивым и расслабленным лицам собравшихся, Макс тут же понял, что это профессиональный термин и извиняющимся видом кивнул – прости, продолжай.

– Одна из большого ряда стандартных процедур при раскрытии легенды агента – проговорил Антон Сергеевич, понимая, что Максим пока не до конца охватил не стоящую на месте терминологию – смена всех информативных данных о личности, возможно изменение внешности, при необходимости и пола. Ну ты сам знаешь.

Максим Орлов, вспоминая объёмный вариант отката по причине раскрытия роли агента, кивнул головой и подумал про себя – чёрт, Алекса здесь нет, он бы вставил своё веское слово – и, вздохнув, Макс проговорил вслух. – Надо выяснить, что вообще известно американцам про события сорванного аукциона на Карибах и на острове в Тихом океане. А уж потом умерщвлять и переписывать человеческие жизни со всеми вытекающими отсюда последствиями.

– Ясное дело, но как теперь влезть в АНБ? У нас там больше никого нет – проговорил Антон Разумов, смотря на Максима Орлова.

– Это не совсем так – хитро улыбнувшись, проговорила София, оглянув всех довольным взором – я оставила для себя, нас, ниточки связи. Так что не всё потеряно пока.

– … пока в руке ручка и по бумаге строка – с интонацией весёлого оттенка подхватил Максим Орлов, и продолжил – что за ниточка связи?

– Я установила несколько инсайдеров, которые абсолютно невозможно вычислить. Посему у нас есть доступ к информативной оперативной базе аналитических и прочих данных, не касающихся архивных и сверхсекретных, добытых ранее. В архив мне удалось залезть, но мосты оставлять было нельзя. – Проговорила София, вновь с довольным видом посмотрев на опешившего Максима Орлова, затем на удивлённые лица всех остальных, а потом и на Власова Игоря Клементьевича, который был внешне несокрушим и абсолютно спокоен, ибо он был в курсе, но вынужденно молчал.

– Я всё никак не пойму – продолжил Максим Орлов, поёрзав на стуле и улыбнувшись – как АНБ вообще ничего не прочухало про тебя и твою реальную деятельность?

– Прости Максим, на этот вопрос я тебе не отвечу – проговорила София, всем внешним видом вдруг превратившись в глубоко задумчивую и собранную, серьёзную и будто отрешённую от реальности. Затем она моргнула глазами, посмотрев на юного агента.

– Понятно то, что ничего не понятно. Ну и Бог с ним, ты умничка – ответил Максим, по-доброму улыбнувшись и взглянув на брюнетку-ровесницу. Только сильным и лучшим было место в этих рядах, и Максим, польстив своё самолюбие и развивающийся профессионализм, добавил вслух – Каков итог?

– Итог таков – вставил свою фразу Олег Игоревич, посмотрев на часы на своём коммуникаторе, лежавшем перед ним. Сложив в уме все переменные, он вывел сумму, окинув всех голубоглазым взором и проговорив – Вся необходимая амуниция собрана и упакована с учётом трёх операций. Для Антарктики мы предусмотрели более объёмный и сложный комплект, им ранее занялся глава Отдела Экспериментального Оружия. Так что дожидаемся Анабэллу и выдвигаемся в совместную точку старта по разным направлениям.

– А не опасно, в смысле светить Шустрого и Транспортёр при свете дневном? – проговорил Максим, вопрошающим видом глядя на Власова Младшего, сидевшего напротив в обычных джинсах и серой футболке.

– Точка старта выбрана с оптимальным удалением от неё крупных населённых пунктов и дачных сообществ – вставил фразу Власов старший, внимательно посмотрев на всех и глядя на то, как на экране сменяются фотографии эфиопской деревушки, на которой двое американских шпионов закончили обливать гору тел и на ней заплясали первые языки пламени. Смотря на жуткие фотографии сожжения тел хладнокровным думающим взором, Власов старший добавил – но вам придётся до неё доехать, это займёт пару часов. Транспорт ждёт на верху, осталось лишь загрузиться.

Максим Орлов почувствовал укол в правую сторону груди, точнее то, как сжалось его сердце. Он так хотел увидеть своих любимых дам перед началом операции, а оказалось, что начало проекта перенесено в срочном порядке с завтра на сегодня. Времени возвращаться домой нет. И сейчас его молодое горячее сердце сжалось от неприятного ощущения, странно появившегося в мозгу. Его нельзя было прогнать, оно все больше охватывало его, и в голове поневоле рождалась мысль – удастся ли вновь уцелеть?

Но Макс так же твёрдо знал, что у него имеется главный стимул для выживания и есть то, ради чего вновь стоит бороться.