Чтение онлайн

— Что…что это вы делаете? — голос Леры срывался от возникшего напряжения.

— А ты как думаешь?

Ленивые слова, ленивые движения — всё в нём напоминало большую золотистую кошку. А когда Кирилл мягкой походкой двинулся к ней, Лера решила так просто не сдаваться, и вовремя вспомнила, что лучшая защита — это нападение.

— Сегодня в ресторане вы вели себя неподобающе, Кирилл Степанович.

— Вы так считаете? — уголки его губ поднялись в лёгкой улыбке.

— Я не просто так считаю. Я уверена в том.

— Продолжайте, — Львов остановился перед Лерой, его галстук полетел на кровать. Туда же отправились, снятые и брошенные мужской рукой очки.

— Вы грубый и беспардонный человек, к тому же сексуально озабоченный, — выдала на одном дыхании Валерия, чтобы не передумать.

— Ну, что касается последнего, то до сегодняшнего дня с этим можно было поспорить. Ведь выдержал же я полторы недели без женской ласки. Но ещё пара таких обедов как сегодняшний, и я стану озабоченным… сексом и вами.

— Как вы можете вот так, запросто, всё это мне говорить, — задохнулась от возмущения и нахлынувшего возбуждения Валерия.

— Признайтесь, вам же это нравится, — тихонько засмеялся Кир. — Вы только взгляните на себя — стоите передо мной практически голая и читаете лекции о морали.

Лера только отрицательно покачала головой и дёрнулась в сторону кресла, где валялся её домашний халат.

— Стоять! — властный голос Львова заставил девушку остановиться. — Не смейте одеваться. На вас и так слишком много одежды.

Кирилл поднял руку и нежно отвёл прядь её волос за спину. Ее сердце колотилось о грудную клетку. Ожидание! Именно этим словом можно было описать состояние Валерии. Она не понимала, какая сила удерживает её на месте, когда собственный разум кричит, захлёбываясь: «Беги!»

Необыкновенные медовые глаза приблизились к лицу Леры, и ей пришлось запрокинуть голову. Кир легко поддел указательным пальцем бретельку бюстгальтера и спустил с ее плеча. Лера перестала дышать, когда он нестепимо медленно провёл кончиками пальцев по краю кружева, и даже закрыла глаза, желая, что бы он, наконец, высвободил из плена налившуюся грудь.

— Разденься для меня, — Валерия распахнула глаза и изумлённо посмотрела на наглого мужчину. — Да, чулки можешь оставить.

— Разве вам мало того, что я стою перед вами в неглиже и позволяю прикасаться к себе? Вам необходимо унизить меня, продемонстрировав моё желание и послушание? — она обижено надула губы и попыталась отодвинуться.

Но Львов удержал её, ухватив за руку.

— Думаешь, что только одна страдаешь? А что скажешь об этом? — и Кир положил её руку на твёрдую выпуклость, грозившую сломать застёжку его брюк.

Рука Леры задрожала, но не от страха, а от любопытства. Она осторожно провела вдоль внушительного тяжа. Теперь пришла очередь Кирилла закрыть глаза. Он тихим, напряженным голосом попросил:

— Прошу тебя, разденься сама. Ведь ты уже видела меня голым. Теперь моя очередь.

И хотя его шутка получилась вымученной, она придала Лере решительности. Это будет справедливо.

Львов сделал шаг назад, а Валерия под тихую музыку начала снимать с себя бельё. Она, наверное, сошла с ума или вот-вот проснется, но всё происходящее казалось ей таким естественным, как вздох или глоток воды. В глазах Кирилла переливалась лава, и это только подстёгивало Леру к бесстыдству, которое она творила.

Её движения стали плавными и изящными, ей хотелось погладить те места, где только что пылающей кожи касалась ткань. Нет. Лучше бы это сделал Кир. Но мужчина не двигался.

Боже, неужели она все-таки напилась? Зачем иначе она поддалась на уговоры и устроила этот спектакль?

Но Лера не привыкла отступать. Раз уж она начала этот эксперимент, то решила идти до конца. Она взялась за резинку трусиков и начала медленно опускать их вниз. Валерия видела, как Кир тяжело сглотнул, но не сдвинулся с места. Ну, что ж, сама — значит сама. Она сделала несколько волнообразных движений и стащила ажурный кусочек ткани с ног.

Наверное, ей должно было быть стыдно. Но, почему-то не было. Медовый взгляд упёрся в ее живот.

— Искусительница!

Неужели этот хриплый голос принадлежал Кириллу? Но не успела она об этом подумать, как оказалась на кровати поверх покрывала. Этот сильный мужчина перенёс её туда, словно пёрышко.

— Кирилл Степанович, вы ещё одеты, а я уже нет. Это несправедливо.

Тот проглотил смешок и, быстро стягивая с себя рубашку, спросил:

— Тебе не кажется, что в создавшейся ситуации тебе следовало бы называть меня просто по имени? Ты же не дворовая девка, которую господин завалил на барскую кровать.

Возбужденная, она даже не обиделась на такое сравнение, но когда представила себя в подобной ситуации, между её ног стало влажно.

Сексуальная фантазия! Вот как это называлось. Валерия, конечно, читала об этом, но… Но тут её размышления прервались. Львов снял брюки.

Она не преувеличивала в своих воспоминаниях его величину. Девушка даже слегка забеспокоилась на этот счёт. Но Кир, как всегда грубовато, отвлёк её от тревожных мыслей.

— Не смотри на меня так, а то я не гарантирую успех мероприятия. К тому же ты меня уже однажды видела, имела достаточно времени смириться.

Пресекая все дальнейшие разговоры, он положил ладони обеих рук на ключицы девушки и ласково провёл ими вниз до бёдер, а затем в обратном направлении, приподнимая вверх тяжёлую грудь, потом наклонился и втянул горячим ртом её сосок. Лера забыла обо всех своих возражениях. Шершавый язык дразнил и мучил твёрдый камешек. Большая рука сжимала другую грудь. Её голова заметалась по подушке, а с губ сорвалась просьба:

— Поцелуй! Хочу поцелуй!

Львов неохотно оторвался от её груди и посмотрел в раскрасневшееся лицо.

— Будет тебе поцелуй.

Кирилл сильными руками согнул ноги девушки в коленях и раздвинул их в стороны.

Валерия на секунду замерла, начиная понимать, что сейчас произойдёт, но возразить не успела. Она получил свой поцелуй. Самый интимный поцелуй в мире.

Валерию сотрясали судороги. Её голова кружилась. Она боялась свалиться с кровати. Чтобы удержаться на скользком покрывале, Лера ухватилась за первое, что попалось ей под руку. Оно оказалось твёрдым и горячим. Неожиданно она услышала стон, и что-то теплое просочилось между ее пальцев.