Чтение онлайн

Тогда же, начиная с середины 1929 г., по всему свету и поползли слухи о том, что Гитлера финансируют Уорбурги. Но Уорбурги всегда стояли и за спиной Троцкого, который был связан с ними, в том числе и кровнородственными узами. И именно в что же самое время с только что изгнанным из СССР и пребывавшим еще в Турции Троцким встретился Эмиль Людвиг, получивший на свой вопрос о том, когда сторонники «перманентного революционера» смогут собраться вместе, весьма впечатляющий ответ «беса»: «Когда для этого представится какой-либо новый случай, например, война или новое вмешательство Европы, которая смогла почерпнуть смелость из слабости правительства» [237] . Людвиг был очень опытным политическим публицистом и потому прекрасно понял, что означает протянувшаяся от Уорбургов связь к Гитлеру и Троцкому. Для него было очевидным, что началась фактически прямая подготовка к войне против СССР. И именно в этой же ситуации и прозвучал ставший фактически приговором Троцкому окончательный вывод Людвига: «Так отвечает Троцкий на вопрос о том, возможен ли договор между Троцким и фашистами»! [238] Впоследствии вывод Э. Людвига не без серьезного умысла процитировал и Л. Фейхтвангер в своей известной книге «Москва, 1937-й». Два выдающихся, мирового уровня представителя зарубежной еврейской интеллигенции пришли совершенно к одинаковому выводу! А в сущности-то, выходит, что за девять лет до цитируемых показаний Раковского Троцкий полностью подтвердил их. Помните: «"Они", в конце концов, увидели, что Сталин не может быть низвергнут путем государственного переворота, и их исторический опыт продиктовал им решение повторения со Сталиным того, что было сделано с царем».

Вот это и есть манипуляция немецкими националистами и политическими сионистами. Та самая, о которой еще в 1871 г. Пайк писал Мадзини! Даже Троцкий оказался при этом — ведь с того его заявления и началось оживление притихшей было антисталинский оппозиции. Она даже подсуетилась быстро — перевела работу Ленина «Военная программа пролетарской революции» на русский язык. Проще говоря, оформили себе «научное обоснование» своей подрывной деятельности.

Как представители американского капитала, Уорбурги сделали двойную ставку — нацистов стали подкармливать «зелеными», чтобы нанести по СССР мощный удар извне, в то время как Троцкий должен был (и ведь начал же!) подготовить под тем же патронажем мощный взрыв изнутри. И если теперь, после анализа показаний Раковского, подвести итог, то на первое место должно быть поставлено признание следующих непреложных фактов.

1. Адольф Гитлер был приведен к власти в Германии как прямая и безоговорочная альтернатива всем неудавшимся в 1920 — вначале 1930-х гг. попыткам внутренней антисталинский оппозиции свергнуть Сталина и его курс на строительство социализма путем государственного переворота! Его привели к власти как персонифицированное олицетворение уже санкционированной Западом следующей войны против России-СССР! Признание Раковского уникально еще и тем, что за его кулисами четко просматривается непосредственная просьба внутренней оппозиции повторить со Сталиным и СССР то же самое, что однажды уже было проделано с царем и царской Россией. То есть пустить в ход против Советского Союза механизм тандема мировой войны и «революции»! Ведь у оппозиции даже «научное обоснование» и то было готово.

2. Адольф Гитлер был приведен к власти в Германии не только в силу геополитических, политических и идеологических причин. Колоссальное значение имели и экономические причины. Дело еще и в том, что до 1932 г. в мире было четыре крупных промышленных района: Пенсильвания в США, Бирмингем в Великобритании, Рур в Германии и Донецкий (тогда находился в составе РСФСР) в Советском Союзе. В конце первой пятилетки к ним добавились Днепровский (на Украине) и Урало-Кузнецкий (в РСФСР). Сколько бы ни ругали за всякие перегибы первую пятилетку, но именно она стала причиной тектонического сдвига в расстановке глобальных экономических сил. А, следовательно, обозначила и такой же по своей сути тектонический сдвиг в расстановке мировых геополитических сил. Ведь в мире стало не просто шесть промышленных районов. Просто шесть Запад как-нибудь да перенес. Ему стало невыносимо по иной причине. До 1932 г. три четверти промышленных районов мирового значения дислоцировались на Западе. С 1932 г. ровно половина индустриальных районов мирового уровня уже находилась на территории СССР! До последней нитки ограбленная страна в течение всего пяти лет преимущественно собственными силами не только поколебала абсолютное, и, казалось бы, незыблемое экономическое превосходство Запада, но и принципиально сравнялась с ним. А ведь не являлось секретом, что в ранее не освоенных регионах Советского Союза в ближайшем же будущем должны были появиться еще несколько крупных промышленных районов мирового уровня. Более чем одна треть самого крупного материка — Евразии — оказалась гигантской площадкой для создания, развития и успешной работы крупного индустриального производства. Ранее практически не тронутые богатства ее центральной части оказались не только доступны к разработке и использованию, но и попросту интенсивно вовлекались в активный хозяйственный оборот. Дотоле всего лишь географически, в основном через ж.д. транспорт, осязавшийся потенциал геополитической силы Советского Союза стал стремительно наполняться небывалой и неведомой Западу экономической мощью, трансформация которой также и во внушительную военную мощь была делом небольшого времени да, как говорится, техники.

Те, кого Раковский называл «Они», превосходно владели базисными принципами экономики. Потому прекрасно поняли, что столь быстро достигнутое количество скоро трансформируется в такое качество, что Западу придется сдаваться на милость созидающего социализма. И ведь не ошиблись. Выше уже указывалось, что накануне Мюнхенского сговора по объему товарной продукции СССР уже вышел с пятого места в мире и четвертого в Европе на второе в мире и первое в Европе. В 1938 г. СССР уже производил 13,7% мировой продукции, в то время как Германия — 11,6, Англия — 9,3, Франция — 5,7 %! Впереди были только США — 41,9 %. А ведь начиналось все с отрицательных величин!

Вот почему «Они» и свернули «Ими» же устроенный мировой кризис, прозванный Великой депрессией. Дальнейшее его затягивание было уже опасно для самого Запада. Одновременно и Гитлера привели к власти на рубеже завершения первой — начала второй пятилетки. Потому как с конца 1932 г. «Они» окончательно уяснили себе, что теперь «Им» и впрямь необходимо абсолютно гарантированное уничтожение России, хотя бы и советской, причем и как государства, и особенно как страны, как единственной в мире единой трансконтинентальной евразийской державы. Дабы начисто исключить даже тень намека на иллюзию какого бы то ни было как возрождения России, так и ее влияния в будущем на Восточную Европу, овладение контролем над которой Запад считал ключом к грезившемуся мировому господству. О Востоке уж и не говорю. Иначе запланированной глобальной перегруппировки сил было бы не достичь. А этого можно было достичь только путем тотального геополитического, прежде всего территориального, ограбления России. О повторном финансово-экономическом ограблении при одновременном нанесении на этот раз невосполнимого демографического урона не говорю — и так должно быть понятно. Это автоматически входило в планы Запада.

Перед Гитлером был поставлена не допускавшая двойного толкования задача: СССР (в том числе и лично Сталин), но особенно же Россия как становой хребет Советского государства должны были быть начисто уничтожены вплоть до состояния РУССКОЙ ПУСТЫНИ! Принципиальный сговор между Западом и Гитлером накануне его привода к власти в том и заключался, что он был допущен к ее кормилу лишь только тогда, когда поклялся всеми коричневыми «святыми», что на блюдечке преподнесет Западу РУССКУЮ ПУСТЫНЮ!

А то, что в этом сговоре с зоологическим антисемитом Гитлером оказался замешан и еврейский капитал, не должно никого удивлять. Капитал космополитичен по своей природе. Только что описанная выше экономическая причина откровенно угрожала и еврейскому капиталу Запада, причем не столько как этнической группе западного капитала, сколько просто как одному из его влиятельных отрядов. А поскольку совпадали еще и иные интересы, то потому он и оказался замешан в этом сговоре — финансировании нацистской партии, а затем и приводе Гитлера к власти в Германии [239] .

А в заключение «ледокольной» темы позвольте привести и вовсе малоизвестный пример. Известный российский историк М. И. Труш обнаружил в личном дневнике бывшего советского посла в Швеции А. М. Коллонтай удивительную запрись. Принимая ее накануне советско-финляндской войны 1939 г., Сталин наряду с жесткими оценками ситуации в отношениях с Германией, свидетельствовавшими о его четком понимании неизбежности грядущей агрессии и необходимости подготовки к отпору, в этом же контексте внезапно заговорил и о сионизме следующими словами: «Сионизм, рвущийся к мировому господству, будет жестоко мстить нам за наши успехи и достижения. Он все еще рассматривает Россию как варварскую страну, как сырьевой придаток... Мировой сионизм Всеми силами будет стремиться уничтожить наш Союз, чтобы Россия больше никогда не могла подняться» [240] . Здесь главное не то, что он «взъелся» на мировой сионизм — тут ничего нового не было. Сталин всегда крайне негативно оценивал это националистическое движение, четко разделяя евреев на евреев-националистов и просто евреев. Главное тут в том, что он заговорил об этом в контексте необходимости усиления подготовки к отпору неумолимо грядущей гитлеровской агрессии. Это поразительно, но только до тех пор, пока не примем во внимание вышеприведенные факты. То есть выходит, что Сталин достоверно знал не только о том, кто и что конкретно стоит за спиной Гитлера, но и об особой роли сионизма и сионистского капитала во взращивании нацизма в Германии и его ориентации персонально против СССР. Иначе к чему были все эти его слова о сионизме, тем более в такой контексте?! Так оно и было в действительности. От Раковского стало известно о широкомасштабном участии представителей еврейского капитала в финансировании нацизма и Гитлера. Кстати говоря, он упомянул об этих лицах как о «Них», то есть как о членах Комитета 300. Трудно сказать, почему Раковский назвал только еврейские имена. Ведь ему же прекрасно было известно, что далеко не только представители еврейского капитала участвовали в заговоре против России и в финансировании Гитлера. В этом списке должно быть громадное количество англосаксонских имен и фамилий, многие из которых на слуху и по сей день. Но Раковский по неизвестной причине ограничился только еврейскими именами, создав тем самым — трудно сказать, преднамеренно ли, — некое впечатление еврейского заговора. В сочетании же с упоминанием масонов — так и вовсе образ некоего «жидо-масонского» заговора. Конечно же, это полный идиотизм валить нн евреев, пускай даже и сионистов, а также масонов всю ответственность за произошедшее с Россией. По свидетельству самих же лидеров сионизма, евреев, как, впрочем, и масонов, используют в крупных международных интригах только как «абордажные крюки» [241] . Любая крупная международная интрига всегда имеет серьезную геополитическую подоплеку. Так что «абордажные крюки» используются прежде всего в геополитической борьбе. Со стороны Запада ее ведут могущественнейшие силы, в рядах которых разделение по этническому фактору вообще не имеет места быть. А вот что касается использования ими «абордажных крюков», то тут все наоборот. Но в тиком случае вся полнота международной, правовой и иной, вплоть до уголовной, ответственности ложится на тех, кто специально, а нередко и злоумышленно подставляет в таких интригах головы евреев. Евреи сами должны разбираться с такими «благодетелями», которые приносят столько бед еврейскому народу. Уже во время войны Сталин использовал это свое знание о закулисных действиях сионизма против СССР на благо Советского Союза, но это уже Выходит за рамки анализа настоящего мифа. Отмечу лишь следующее. Благодаря точному знанию закулисной стороны сионизма и его роли в США Сталину удалось использовать «еврейский фактор», во-первых, для остановки наступления финских армий на Ленинград; во-вторых, развернуть общественное мнение и власти США в сторону сотрудничества с Советским Союзом, и, в-третьих, лишь благодаря этим точным данным о планах сионизма, хотя и Весьма специфическим образом, но в Советский Союз попали атомные секреты США. Сталин обладал фантастически виртуозным умением использовать любой шанс в интересах Советского Союза.

3. Адольф Гитлер был приведен к власти в Германии именно Западом и именно в роли «ледокола», в том числе и как способного разрушить тот мощный «бронежилет» внешней безопасности СССР, которым Сталин тщательно укутывал Страну Советов с середины 20-х годов. Потому как принципиальная суть этого «бронежилета» безопасности состояла в том, что Советский Союз заключал договора о нейтралитете и ненападении со всеми основными игроками в Европе, а также со всеми граничившими с ним странами, особенно на западе, северо-западе, юго-западе, на юге и юго-востоке. При этом Советский Союз не отворачивался и от участия в многосторонних международных договорах о неприменении силы для решения международных споров. Причем даже в тех случаях, когда исполнительный механизм таких многосторонних международных договоров не был прописан четко (например, пакт Келлога — Бриана). В результате многократного перекрещивания всех этих договоров между собой, тем более что и многие страны Европы заключали подобные взаимные договора, Сталин сумел создать действительно непробиваемый бронежилет внешней безопасности Советского Союза. Частокол этих договоров был столь плотным, что пройти через него было невозможно. Его можно было только взорвать нетрадиционным способом. Помните, что говорилось о невидимой цели разведения Германии и России как можно дальше сугубо в географическом смысле: а) заблаговременно породить мощный потенциал для будущей идеи «собирания земель германских», потому как разведение на восточном азимуте сопровождалось крайне оскорбительным для немцев территориальным обрезанием и урезанием в основном в пользу новообразованных Польши и Чехословакии. Проще говоря, умышленно и заблаговременно создавался мощный потенциал агрессивного реваншизма; б) Со временем резко активизировать автоматически порожденный разведением потенциал взаимного притяжения Германии и России, прежде всего через резкую активизацию потенциала идеи «собирания земель германских», которой объективно должна была подыгрывать и не покидавшая умы высшего советского руководства идея «возврата украденных земель русских».

Адольф Гитлер был приведен к власти именно потому, что в силу своей сконцентрированности на идее «собирания земель германских» он действительно мог как «ледокол» взламывать окутывавший всю Европу панцирь упомянутых выше договоров. В том числе и особенно, учитывая их взаимосвязанность с «бронежилетом» безопасности СССР, также и последний, постепенно выходя, тем более при помощи-то Запада, к границам СССР.

А что касается никогда не существовавшей связи между Сталиным и Гитлеров, то позвольте сообщить следующее. Мало кому известно, что жирную черту под любыми, но полностью беспочвенными разговорами о некоей якобы существовавшей связи между Гитлером и Сталиным, в силу которой Иосиф Виссарионович якобы помог Адольфу Алоизовичу прийти к власти, еще в 1926 г. подвел лично Гитлер. На состоявшемся 14 февраля 1926 г. в Бабельсберге (пригород Берлина) совещании руководства НСДАП была принята поддержанная сторонниками фюрера резолюция А.Гитлера, навсегда положившая конец дискуссии относительно России как «естественного союзника» национал-социалистов [242] . Обратите внимание на то, что , во-первых имела место всего лишь дискуссия, а болтать, извините, никому не запретишь, и, во-вторых, дискуссия имела место в рядах членов НСДАП, но не ВКП(б). А саму эту дискуссию спровоцировали после провала «пивного путча» 9 ноября 1923 г. представители левого крыла НСДАП, прежде всего братья Отто и Грегор Штрассеры. Но болтовня на эту тему, как уже было указано, продлилась недолго.

Еще раз подчеркиваю, что до привода Гитлера к власти угроза вооруженного нападения на СССР не могла быть реализована. Прежде всего потому, что с середины 20-х гг. Сталин постоянно предпринимал интенсивные меры для укрепления внешней безопасности государства, в том числе и прежде всего дипломатические. С их помощью он искусно ковал «мощный бронежилет» внешней безопасности СССР в виде всевозможных договоров о нейтралитете и ненападении. На Западе прекрасно понимали, что и зачем делал Сталин. Естественно, что в такой ситуации надеяться на вооруженное нападение на СССР было бессмысленно, как, впрочем, и на государственный переворот внутри Советского Союза. Необходимая по марксистскому шаблону ситуация военного поражения как предтечи для «революции» не складывалась. Необходим был совершенно иной, не тривиальный, ход. Более того. Нужен был именно такой ход, который смог бы проломить указанный выше бронежилет безопасности СССР. Проще говоря, Запад увидел, что оппозиция не в состоянии собственными силами свергнуть Сталина, как, впрочем, и собственное бессилие в организации прежними методами вооруженного нападения на Советский Союз. Вот почему этим нетривиальным ходом и стал Адольф Гитлер, он же «ледокол»!