Чтение онлайн

В Германии, как и в России, начался необычный социальный эксперимент Гитлер пытался построить некое социальное общество на коллективных принципах общежития. «Гитлер часто подчёркивал, — отмечал журналист Отто Вагенер, который часто беседовал с Гитлером, — что мы живём в период радикальных перемен во всём мире, когда происходит трансформация от индивидуализма к социализму, от ощущения "я" к ощущению "мы", от либеральных прав личности к верности долгу и ответственности перед обществом. Теперь, с одной стороны, Англия — типичный представитель либерализма и индивидуализма; в то время как Россия представляет собой социализм, хотя в примитивной и экстремальной форме».

Общество, построенное Гитлером в Германии, фактически было более социалистическое или даже более коммунистическое, чем в СССР, например, его огромная организация «Общество народного благополучия» обеспечивала неимущим бесплатное питание, одежду, а рабочим предоставляла кредиты на автомобили под низкий процент под лозунгом: «автомобиль не для господ, а для каждого немца». Представьте — что при таких действиях Гитлера могли думать о Гитлере немцы после проигранной войны и 15-летней жизни в нищете и безработице. Это же не колдовство, а одна из причин, по которой немцы сплотились вокруг Гитлера и, достигнув быстро благополучия, пошли за ним дальше, осуществляя его кровавые идеи.

Гитлер понимал, что нужна большая идея, сплачивающая нацию — национальная идея. И Гитлер не искал эту идею более 20 лет, как это было у Горбачёва, Ельцина и Путина, ибо она была естественна — «Битва против голода и холода». С этой целью Гитлер призвал имущие классы организовать сбор денег, скромно себя вести в еде и одежде, не роскошествовать — когда страна и народ в таком тяжёлом положении.

Простая идея стала национальной. Например, Ельцин до этой идеи не мог додуматься, ибо его экзальтированные горе-реформаторы Гайдар и Чубайс методами воровства и мошенничества создавали класс частных собственников, — в результате повергли миллионы российских граждан в ещё большую нищету, гибельную нищету, когда смертность народа резко возросла.

Лучшее лекарство против голода и нищеты — это труд. И Гитлер по отношению к экономике государства, к промышленности крепко усвоил аксиому известного немецкого экономиста XIX века Фридриха Листа: «способность создавать богатства бесконечно важнее самого богатства. Нация должна жертвовать и мириться с недостатком в материальном богатстве, чтобы приобрести интеллектуальные или социальные силы; она должна пожертвовать настоящими выгодами, чтобы обеспечить себе будущее».

1 мая 1933 года Гитлер объявил Днем национального труда и выдвинул лозунг «Чтите труд и уважайте рабочих!». Именно после этого, посчитав, что при такой внутренней политике государства профсоюзы совершенно не нужны, бесполезны — Гитлер 3 мая распустил профсоюзы, как вредную перегородку между работодателем и рабочим.

Вместо культа спекуляции и рынка Гитлер стал пропагандировать культ созидания, труда, и на многочисленных плакатах был изображён сам Гитлер, поднимающий лопатой ком земли. Наравне с кампанией — «Битва против голода и холода», была объявлена кампания «Битва труда». В обществе были изменены нравственные ориентиры, стандарты. Гитлер, как и Рузвельт в США во время кризиса, организовал широкий фронт общественных работ, чтобы максимально загрузить работой безработных и получить от них пользу для страны. С этой же целью Гитлер вместо отраслевых профсоюзов создал 10 мая 1933 года единую государственную структуру «Немецкий трудовой фронт» (DAF), для оперативной переброски трудовых бригад, в котором состояло 25 млн. немцев. Перелетая в современность можно заметить, — а В. Путин и Д. Медведев, несмотря на огромное количество различных бомжей, беспризорников и огромное количество работы в стране: от уборки грязных городов до строительства дорог и заводов, не могут или не хотят это организовать. Не хотят они брать пример с Гитлера и Сталина по возрождению государства, — взяли бы пример с Рузвельта по созданию из США супердержавы.

В. Путин и Д. Медведев не могут никак остановить инфляцию, так как у них нет рычагов влияния на рынок товаров, а огромные компании в погоне за прибылью ежегодно повышают цены на продовольствие и бензин (даже когда падают мировые цены на нефть) — от этого страдают многие миллионы граждан. Заметное падение инфляции является не заслугой правильных управленческих действий властного тандема, а, бесспорно, — результатом кризиса, — из-за резкого падения покупательной способности населения России.

Американский исследователь истории Алан Булок отмечает, что по этому поводу у Гитлера: «Удерживался и контроль над ценами, причём особое внимание уделялось ценам на продукты питания: по сравнению со средними ценами за 1933-1934 годы они возросли, но остались вплоть до последнего военного года, ниже уровня цен 1928-1929 годов».

И этого эффекта Гитлер, в отличие от Сталина, Хрущева, Горбачева, Ельцина, Путина и Медведева добился быстро и просто — он не стал реформировать крестьянство, он вообще не стал его трогать, а решил ему помочь — и уже через два месяца своего управления Германией он создал организацию «Крестьянское сословие», с помощью которой поставил торговую связку между селом и городом под свой контроль и убрал многочисленных частных посредников.

Чтобы крестьяне чувствовали себя надежно и стабильно, 29 ноября 1933 года Гитлер издал закон «О наследственных договорах», согласно которому статус «наследственного двора», как сегодня говорят у нас — «родовой усадьбы», получали все успешные крестьянские хозяйства, производящие товарную продукцию, то есть по терминологии Сталина — «кулацкие», которые он, начитавшись глупца или «мудреца» — разрушителя Маркса, физически ликвидировал, а потом в течение нескольких лет всё создавал почти с нуля и по-новому.

Гитлеровский статус «наследственного крестьянского двора» давал ряд существенных привилегий для развития хозяйства: освобождение от поземельного налога, гарантию от конфискации имущества в случае «попадания» по кредитам, право на первоочередное получение новой более эффективной техники. Этот почетный статус Гитлер дал 700 тысячам успешных немецких крестьянских хозяйств — это примерно 6-7 миллионам крестьян.

А чтобы многочисленные мелкие, бедные крестьянские хозяйства своей нестабильной и малозначительной продукцией «не мутили» продовольственный рынок, Гитлер дал им другой статус, менее самостоятельный — «сельские хозяева», которым строго запретил свободную продажу произведенных ими продуктов, но гарантировал их скупку по твердым ценам государственными закупочными организациями. И в отличие от СССР, из голодающей страны до 1933 года Германия уже через два года превратилась в сытую процветающую страну.

И уже в 1935 году Гитлер сделал следующий прогрессивный шаг в этом направлении — не только крестьяне, но и все группы населения, связанные с производством продуктов питания (обработка, транспорт, производство консервированных продуктов и т.д.) были объединены в «Имперскую корпорацию производителей сельскохозяйственной продукции», которая позволила регулировать и планировать рынок продуктов питания, и понижать цены не в ущерб сельхозпроизводителям и на радость рабочим.

Особо подчёркиваю для экзальтированных истериков — коренных «марксистов»: моё исследование не преследует цель пропагандировать Гитлера или перенять лучший производственный опыт Гитлера, а пытается понять причины бесспорного экономического чуда Гитлера, которое было достигнуто не кровавыми методами. После начала Второй мировой войны многие сотни тысяч заключенных гитлеровских лагерей работали на тяжелых принудительных работах уже после состоявшегося «экономического чуда Гитлера».

Ситуация в немецком обществе накалилась в мае 1933 года, — когда сильно ущемленный «свободным рынком» до прихода Гитлера к власти немецкий средний класс, мелкие предприниматели, объединившись согласно «духу времени» в организацию «Боевой союз промыслового среднего сословия», после прецедента в марте-апреле с бойкотом еврейских супермаркетов, в мае стали по своей инициативе громить захватившие «свободный рынок» торговые сети и гипермаркеты, в своём большинстве принадлежащие евреям.

В современной России этот конфликт давно назрел и перезрел и не грозит аналогичными погромами по простой причине, — на «свободном розничном рынке» огромные сетевые компании и гепермаркеты уже давно уничтожили весь российский средний класс, способный что-то производить или даже торговать, а средним классом сейчас в России считается в основном прекрасно жирующее чиновничество, которое не заинтересовано отказаться от своих любимых торговых гиперцентров ни за какие патриотические смыслы.