Чтение онлайн

Особенно выделялся поток, идущий от Флавиана. Клава не сразу его распознала, так как инкуб стоял у нее за спиной и прижимался вплотную. Его бессловесное обращение к ней имело привкус клубничного зефира с ноткой мятной мигрени и бананового раскаянья. При всей своей странности, этот поток был самым вкусным… Если не считать еще один.

Клава поразилась: самый мощный поток окутывал всё помещение, он не был струей — он был всепоглощающей, проникающей во все прочие потоки тучей. Так что не удивительно, что она его с трудом заметила. Это как искать хобот и не заметить слона! Она даже понять не могла, от кого он исходит, кто же влюблен в нее больше всего на свете. Впрочем, у нее не было на это времени.

— Ты испортила его специально! — накинулась Сирена на Пуму.

— У меня лапа не поднялась бы! Это лучшее мое творение! — кричала в ответ некромантка, скаля клыки.

— Значит, поток энергии сделала слишком сильным! — искала причину неудачи Сирена, чуть не плача от разочарования.

— Нормальным был поток! — парировала Пума. — Я знаю, что делаю! Это твой призрак не захотел влезать в голема! Не понравилось ему, видите ли, искусственное тело! Лампочками в боку светить не пожелал, привередничать изволит!

Русалка в растерянности оглянулась на Основателя:

— Дорогой? Но ведь мы же договорились, что это временное решение? Ты согласился потерпеть!..

— Сомневаюсь, что тебе самой понравилось бы заниматься любовью с некромантской куклой, — пожал плечами призрак. — Давайте не будем зря терять время и искать виноватого. Не получилось, и ладно. Предлагаю попробовать иной вариант.

— Какой же? — нахмурилась Сирена.

Основатель усмехнулся — и указал на живописную группу из суккубы, жмущегося к ее ногам Персика, распушившего хвост трубой и загривок гребнем, а также Флавиана.

— Персика не отдам! — мявкнула в ужасе Пума.

— Не кот и не суккуба, тогда… — пробормотала русалка. И закричала: — Нет! Мы так не можем поступить! Одумайся, это будет убийством!

Она осеклась и засипела. Основатель лишь махнул рукой в ее сторону, и крошечные голосовые связки в ее горле стиснуло спазмом. Русалка выпучила глаза, принялась хватать воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег. Однако призрак не удостоил ее ни единым взглядом.

— Пума, я собираюсь вселиться в этого милого юношу, — проговорил Основатель, надвигаясь на обмершую Клаву и не сводя пронзительного взгляда с инкуба за ее спиной. — Помоги, будь любезна.

— Нет! — рявкнула некромантка.

— Отказываешься? — изобразил улыбку призрак. — Что ж, тогда мне придется убивать по одному мальчишке, пока не передумаешь. Пережать маленький кровеносный сосуд в сердце или в мозге мне под силу, не сомневайся.

— Ты не посмеешь! Они нужны тебе все! — попыталась поймать его на блефе Пума.

— Уже не нужны. Посмотри сама: суккуба чуть не светится от переполняющей ее энергии. Этого мне более чем достаточно.

Пума промолчала, только уши нервно дергались и хвост стегал по полу.

— Подойди ко мне, Флавиан, — велел ласковым тоном Основатель. — Не прячься за своей возлюбленной шлюхой. Впрочем, ты и сам не без грешка, два сапога пара. Жаль, что не могу выбрать кого-то другого вместо тебя — такое обилие самцом, а годишься ты один… Ну же? Или ты хочешь, чтобы умер твой маленький братишка? Учти, это мой тайник, и теперь я могу перемещаться отсюда в Академию и обратно за мгновение ока.

— Вы не сможете добраться до Школы! — возразила Клава, вцепившись в инкуба и не пуская его выйти вперед, закрывая его своей грудью. — Вы же не имеете права отойти далеко от кладбища!

— Наивная моя девочка! — усмехнулся призрак. — Академия — дело всей моей жизни. На каждом перекрестке стоит моя статуя. В каждом кабинете и в каждом доме висит мой портрет. Я здесь бог! Создатель и хранитель.

— То есть вы и через портреты можете проникнуть, куда вам вздумается, — с ужасом поняла Клава.

— Умница, сложила два и два, — посмеялся призрак. — А теперь посторонись и не мешай. И будь любезна, направь в меня твою живительную энергию.

Клава решительно стиснула зубы. Уж она ему направит, мало не покажется! Но сперва нужно было позаботиться о другом:

— Персик, отойди к Пуме! — велела она.

— Но, мамуленька! — испуганно захныкал кот.

— Твоей хозяйке ничего не грозит, животное, брысь! — шикнул на кота призрак.

Персик шарахнулся в сторону. Пума подбежала к нему, обняла, хотя сама тряслась не меньше, пусть и не от страха, а от злости. Призрак же продолжал ворчать:

— Развели в Академии зоопарк! Мало того, что женщин пустили, так еще всяческих зверюшек набрали, нелюдей, уродов. Учить кентавров магии, ха! Это ж надо было додуматься! Я помню, кто из Совета имел глупость предложить такую моду. Жаль, я поздно догадался, что таких идиотов надо во сне душить — нет же, в память о нем другие идиоты проголосовали за! Всех не передушишь, увы.

— Ну, что, суккуба? — прикрикнул он на Клаву. — Что ты копаешься?

— Держи! — воскликнула Клава. Сложив руки вместе и выставив два указательных пальца пистолетом, она представила, что стреляет в призрака. На поражение! Она всем сердцем пожелала, чтобы он взорвался и развеялся на мелкие электроны…

И Основатель впрямь разлетелся, как воздушный шарик, в бабахнувшей вспышке яркого света. Клава на мгновение зажмурилась, затем поморгала:

— Я его того? А?.. — с надеждой пробормотала она.

— ВЕЛИКОЛЕПНО! — заорал Основатель трубным гласом, так что все схватились за уши.

Клава чуть не затопала ногами от огорчения: ничего у нее не вышло. Призрак как развеялся, так и обратно собрался! Да еще стал гораздо плотнее и ярче, чем был прежде — уже и не совсем призрак, но еще не человек.

— Это великолепно! — закричал Основатель, ощупывая сам себя за руки, туловище, за голову и лицо. — Я переполнен жизнью! Я при жизни таким живым себя не чувствовал! Кажется, я даже сексуально возбудился! — Он с восторженным недоверием оттянул пояс и заглянул себе в штаны.

Сирена, будучи не в состоянии выговорить ни слова, только всхлипнула в робкой радости. Однако приближаться к возлюбленному пока благоразумно остереглась.

— Я знал, что вы все идиоты, но не верил, чтобы настолько! — продолжал орать в эйфории Основатель. — Самцы не просто поддались чарам суккубы! Здесь есть один совсем без разума! Вернее — без ума. Безумно влюбленный, до полной потери инстинкта самосохранения!

Хохоча, Основатель указал пальцем в Флавиана.

— Идиот! Ты по-настоящему в нее влюбился! Ха-ха-ха! Безумец! Жертва древнего инстинкта размножения! И как тебе эта сладкая мука? Ревнуешь и терпишь, что твоя самка ложится под других самцов? И хуже того, она получает удовольствие под ними, при этом не сгорает от стыда. А ты ни слова не можешь ей сказать! Ты сам такой же — ублажаешь других, а мечтаешь о ней одной. Ха-ха! Какие вы идиоты!