Чтение онлайн

И, наконец, перестал меня бояться, – удовлетворенно отметила она.

Она категорически была против чувства страха. Она не признавала его ни в каком виде и крайне не любила людей, которые строили свои взаимоотношения именно на этом чувстве, упиваясь своей властью и гордясь тем, что их боятся. Таких людей она всей своей могучей натурой презирала и ни во что не ставила, так как, по ее глубокому убеждению, заставить людей бояться, угрожая и запугивая, мог любой дурак. А вот добиться авторитета нормальным человеческим отношением мог далеко не каждый. Поэтому, она была весьма невысокого мнения о людях, которые считали чувство страха главным методом воздействия на окружающих…

… Наверное, зря я это затеяла, – подумала она, наблюдая, как жители Анталары выплывали из своих домов, чтобы посмотреть на нее.

Она впервые решилась войти в поселение и пройтись по центральной его части, с целью посмотреть, что да как. Она не ожидала, что Анталы будут так явно ею интересоваться, хотя немного и предвидела, что слегка выделяется на окружающем фоне.

Но она даже на половину не представляла, насколько сильно она выделялась среди эфирных жителей Анталары. Она шла по центрально улице уверенной и изящной походкой, с высоко поднятой головой и широко расправленными плечами. Длинные и густые волосы, темно-каштанового цвета, струились вдоль тела и развивались в такт ее ходьбе. Золотые наколки красиво переливались на солнце по всему ее телу, придавая ей немного царственный и величественный образ. Стройная и хорошо прокаченная фигура излучала силу и мощь. В карих глазах светилась решительность и целеустремленность, что сильно выделялось среди пустых и безразличных взглядов местных жителей.

Но, не смотря на их кажущееся равнодушие, она явственно ощущала с их стороны настороженность и страх.

Так, ребятки, расслабьтесь, – подумала она. – До тех пор пока вы не трогаете меня, до тех пор я абсолютно безвредна для вас. – Пыталась она донести до них свою мысль.

Говорить вслух смысла не было, так как у них все равно не было ушей, чтобы ее услышать, поэтому она говорила телепатически, как делали все в этом мире. Кроме того, она заметила, что когда она пыталась издать какой-то звук, у нее ничего не выходило. Она не особо этим огорчилась, предположив, что из-за долгого молчания связки могли немного атрофироваться. Да и не нужен здесь голос, а всего лишь сила мысли.

Насколько она могла судить по реакции жителей на свое предупреждение, сила ее мысли была чересчур ударной, так как полупрозрачные тела буквально кинулись в рассыпную после ее телепатического предупреждения.

Так она и шагала, не обращая внимания на ажиотаж, который произвела своим появлением и на жреца, который внимательно за ней наблюдал, стоя в стороне. Вновьприбывшая дала понять, что она не опасна, но он отчетливо ощущал своего рода невидимый барьер вокруг нее, который она сама выстроила вокруг себя, чтобы не подпускать к себе никого. Она приветливо улыбалась всем, но за улыбкой пряталась готовность к жестокому бою, если возникнет угроза ее безопасности. Исходившая от нее энергетическая сила и мощь не двусмысленно говорили о ее безжалостности и беспощадности в случае возникновения опасности в отношении ее.

Все это вместе означало одно – она все еще не потеряла память. Она все еще сохраняла способность думать и ее сознание, определенно, оставалось при ней.

Для них это означало, что Вновьприбывшая по-прежнему не может поддаваться их контролю и влиянию. Она продолжала быть свободной и независимой, не оставляя им шансов на управление ею.

Да что с ней не так? – думал жрец. – Почему она не такая, как другие?

У них никогда не возникало сложностей с прибывающими новичками. Они все оставляли свое тело, у всех быстро стиралась память и вскоре жрецы могли распоряжаться ими на свое усмотрение, не встречая никакого сопротивления с их стороны. Так было всегда. Но только не с ней.

Откуда в ней такая чудовищная сила духа и воли? – недоумевал жрец, провожая взглядом великолепное, загорелое тело Вновьприбывшей, от которой шарахались местные Анталы.

Вам нужно было дважды подумать, прежде чем похищать меня в свой мир, – злорадно думала она, наблюдая за пораженными взглядами Анталов.

На сегодня хватит, – сказала она себе и решительным шагом направилась в свой дом.

Нужно подумать, как расположить к себе местных жителей, чтобы узнать путь из этого мира. Главное, чтобы они ее не боялись и тогда все получится…

Поэтому она была очень рада тому, что маленькое существо, наконец, привыкло к ней и перестало испытывать ужас, каждый раз, когда она возвращалась к людям. Заметив, что зверек проявляет к ней интерес, она ослабила свою защиту, чтобы он мог подойти поближе, не предполагая, что пушистый кроха захочет познакомиться с ней настолько близко».

– Рядовой Яшка, вы считаете, что это нормально, с таким пренебрежением относится к старшему по званию и так откровенно предавать своих товарищей? – с наигранной грозностью произнес Дмитрий.

Но хомяк продолжал сопеть и даже ухом не повел на сердитый вопрос майора.

– Ну, это уже наглость, тебе так не кажется, Дим? – спросил Влад.

– Черта с два он еще раз получит кусочек мягкой булочки из моих рук, – свирепо сказал Дмитрий.

– Макса удар хватит, когда узнает, что этот паршивец перебежал во вражеский лагерь, – произнес Славик.

Подошедший профессор пытался понять, как такое вообще могло произойти. Яшка, можно сказать, старался не приближаться к Объекту на пушечный выстрел.

– Док, я надеюсь, ваши родственные узы не помешают вам, как следует допросить Яшку после его возвращения, как вы обычно это делаете с нами? Ведь из всех нас, он единственный, кто был в непосредственной близости от Объекта, – с напускной серьезностью спросил Бартон, загнав профессора в тупик.

Зайцев так и не научился отличать, когда спецназовцы шутили, а когда говорили серьезно, поэтому сейчас не совсем понимал что нужно ответить.

– Я… ээ… мм… думаю, что уделю этому моменту какое-то время. Как минимум исследую его шерстку в тех местах, где он соприкасался с Объектом, – растерянно ответил ученый.

– Не миндальничайте с ним, док. Допрос должен проходить с полным пристрастием. Электроды к голове. Яркий свет, – приказал Дмитрий и улыбнулся, не сдержавшись при виде озадаченного лица ученого, после чего тот облегченно вздохнул.

– Ну и шутки у вас, Дмитрий Александрович! – упрекнул он Бартона.

– А вообще, удивительно! Он ведь ее боялся, как голый дождя и вечно смотрел на нее, как немец из окопа, – изумлялся Стас.

– Еще одно потрясающее наблюдение – она его к себе подпустила, – радовался профессор.

– Нам, я так понимаю, такое счастье не светит, – сказал Дмитрий.

– Ну, тебе-то как раз, наверное, и светит, – ухмыляясь, сказал Влад, намекая на неравнодушное отношение Объекта к Дмитрию.

– Мне почему-то кажется, что если по какой-то причине, я вдруг захочу вот так же улечься возле ее ног, то она меня все так же нежно шурша, скрутит в бараний рог, – хмуро пробурчал Бартон.

– Может, проверим? – предложил ехидно Славик.

– Вот уж нет. Вон на Яшке экспериментируйте. Он у нас крутой парень.