Чтение онлайн

Прочие молча расходятся по машинам.

Дознаватель Янагида ещё целую минуту стоит на парковке Йокогамы, расфокусировано глядя в пустоту и игнорируя начинающие срываться с неба капли дождя.

— когда Хину запарковалась у входа в здание и включила телефон, первым пришло сообщение от двоюродной сестры. Кроме текста Йоко присовокупила и фотографии единым архивом — раздетая Хаяси-младшая в коридоре, примерно такая же Уэки, марширующие по айтишному этажу полицейские в формах.

— дальше Йоко тихим голосом, не текстом добавляла, что они с помощью людей Моэко продолжают брать под контроль узловые точки небоскрёба. Параллельно спеленали её злополучного зама и сейчас пойдут его допрашивать в кабинет кузины.

— Хину ткнула в предлагаемый программой стандартный ответ и перешла на лёгкую рысь.

— Здравствуйте, Хьюга-сан, — из стакана возле турникета с белозубой улыбкой вышел парень, которого она знала в лицо и о котором помнила, что его старший брат давно и плотно завязан в среднем звене Эдогава-кай.

Видимо, сестрица местами успела с пересменкой и на одном из ключевых постов разместила правильного человека, подумалось на автомате. Физики могут выходить из-под контроля группами, но и среди них будут свои люди — те, чья лояльность гарантирована объективными внешними факторами и в подтверждении не нуждается.

Например, как этот сотрудник.

— Привет, — пловчиха с благодарностью тряхнула волосами (вертушка за половину секунды была разблокирована дистанционно, чтобы топ-менеджеру не тратить даже секунд). — Проводи до директорских лифтов? — попросила она. — Доклад? Что происходит?

Охранник добросовестно заблокировал проходную и пристроился рядом. По ровному голосу было не похоже, чтобы разговор на бегу доставлял ему какие-либо неудобства:

— Йошида-сан меняет на всех постах снизу вверх физиков на «братьев» из Эдогава-кай — разовые контракты до утра, особые обстоятельства. Финансовые расходы на чрезвычайку санкционированы лично Хаяси Хонокой. Танигути Дзион подрался с Уэки Утой и со всё той же Хаяси Хонокой, по этому поводу приезжала полиция. Миёси Моэко-сан обвинила Танигути в покушении на изнасилование, а дознавателя полиции — в коррупции и в разваливании дела.

Хину, впечатлившись услышанным, присвистнула перед директорским лифтом:

— Однако! — Затем нажала на кнопку вызова, ждать предстояло около минуты.

Как на зло, лифт болтался где-то на верхних этажах.

— Это не всё. На парковке был конфликт уже между самими омивари-сан. Я в этот момент случайно оказался рядом — курил за углом под навесом для курения.

— А это разрешено во время работы? — улыбнулась углом рта Хьюга.

Не в качестве претензии, исключительно для поддержания разговора.

— Да, пять минут в час. — Серьёзно ответил парень, который шутки не понял. — По согласованию со старшим смены. Я предупредил — старший в рабочем чате отмолчался. Я заблокировал все вертушки и наблюдал за холлом снаружи, так что всё законно. И ситуацию тоже контролировал.

— А как полицейские выбрались на улицу, если ты всё позакрывал? Полезли через блоки?!

— Щёлкнул пультом с улицы же, — удивился охранник и достал из кармана пластиковый прямоугольник с добрым десятком управляющих кнопок. — Вот этим. Они даже не поняли, когда выходили — подумали, турникет по умолчанию открыт. Когда все прошагали, я опять заблокировал, они снова ничего не заметили, оно же бесшумное. Что-то не так, Хьюга-сан?

— Всё нормально. Почему ты сказал о ссоре полицейских? Было что-то важное?

— Не знаю. Моё дело — фиксировать нештатное, если прямой опасности для корпорации нет. Зафиксировал, теперь вам вот сообщаю. — Между строк было понятно, на чьей стороне выступает этот человек, поскольку доклад главе Регулярного Менеджмента в обязанности рядовых сотрудников СБ никаким местом не входит.

— А если опасность всё-таки есть? — из детского любопытства поинтересовалась Хину.

— Если есть — реагируем по протоколу и зовём начальство.

— Поняла.

— Оттого, что один омивари-сан чуть не дал в голову своему коллеге, угроз для Йокогамы никакой, — хмуро продолжил собеседник. — Но территория наша, потому что директорская парковка. Сбросить вам запись?

— Давай, — Хину продиктовала номер. — И Йошиде тоже! — спохватилась она, входя в лифт.

— У меня нет её личного контакта! А по общим каналам — сейчас не лучшая идея! — крепыш красноречиво захлопал глазами и возмущённо открыл рот.

Хьюга без затей назвала ещё один телефон:

— Её семейный. Можешь сослаться на меня. Скажи, я приказала.

— Делаю.

Створки закрылись, в ноги упруго толкнуло снизу. По инерции приехав на самый верх, на этаж Регулярного Менеджмента, Хину хлопнула себя по лбу, со вздохом дождалась, пока двери откроются, и только после этого смогла нажать двадцать четвёртый — ехать-то нужно было в Безопасность.

— Все в сборе, — задумчиво пробормотала пловчиха, оказавшись в кабинете двоюродной сестры.

Хонока и Ута мазнули по вошедшей взглядом, каждая махнула рукой. Йоко горизонтально провела ладонью над полом, скрывая кисть за столом от остальных — дескать, располагайся и не отсвечивай. Слушай и вникай.

Такидзиро и Моэко молча раздвинулись в стороны, выкатывая между собой ещё один стул на колёсиках, подруга похлопала по сиденью и повернулась обратно к говорящему.

— … не только твоё дело. Наша фамилия из себя тоже что-то представляет. — По кабинету главы Безопасности, заложив руки за спину, с заострившимся лицом ходил вперёд-назад Хаяси Юто.

Интересно, а он тут какими судьбами? Неужели специально бросил всё и добрался вертолётом?

Пока каталась туда-обратно в лифте, Хину вытянула из корпоративных мессенджеров достаточно, чтоб предположить причины пребывания патриарха здесь и сейчас — несмотря на плотный час, народу в огромном небоскрёбе корпорации хватало. Обсуждать ЧП было кому (его и обсуждали на разные лады).

— Хаяси-сама, разрешите, я попробую объяснить? — Решетников явно собрался принять огонь на себя.

Он поднял руку, встал и вышел в центр — загораживая попутно внучку оратора, поняла спортсменка. Словно в школе себя ведёт: вот строгий учитель, а за спиной — двоечница, которую нужно прикрыть от старшего.

— Не в этот раз, Такидзиро-кун, — покачал головой не находящий себе места дед, — не в этот раз. И пожалуйста, не записывай на свой счёт! Видят боги, я отношусь к тебе очень хорошо — лучше, чем к большинству присутствующих, включая родную кровь.