Кто убил Брюса Ли?
Шрифт:
Ли расширил горизонты и возможности (не говоря уже о том, что наполнил кошельки) китайских кинопродюсеров. Его "золотой" удар" оказался тем ключом, который открыл дверь на мировой рынок для индустрии, которую совсем еще недавно можно было смело назвать прибыльной, но крайне провинциальной и не известной нигде, кроме своего региона.
Теперь "Шоу Бразерс" и "Голден Харвест" уже вкладывают свои средства в совместные картины, снятые вместе с американками, британскими и итальянскими компаниями, и выпускают фильмы по восточным мотивам, причем сотрудничество это началось с Брюса Ли и его "Появления Дракона".
Как мастер боевых искусств Ли в одиночку сделал восточные искусства необычайно популярными в десятках стран Запада и Востока. Как раз в тот момент, когда Запад начал внимательно присматриваться к политике, философии и медицине Востока, Ли сознательно взял на себя роль пропагандиста неизвестной системы защиты и привлек к ней внимание, умы и тела бесчисленных тысяч людей. Вдохновляемый (и в какой-то мере направляемый) своим детским и юношеским опытом общения с улицей, Ли адаптировал эту систему к условиям городской жизни XX века. Сегодня кунг-фу, как и ставшее его предшественником каратэ, настолько вошло в жизнь молодых людей от Нью-Йорка до Нью-Дели, что увлечение боевыми искусствами, которое когда-то называли очередным сумасшествием, дало потрясающие результаты и стало повсеместным явлением. Несмотря на Дэвида Кэрредайна и на телевизионную передачу "Кунг-фу", кунг-фу - это революция, которую сделал Ли.
В гонконгском пригороде Ванчай, районе красных фонарей, который называют Борделем Востока, у неоновых реклам сексуальных саун и сексшоу сейчас появился новый загадочный сосед. Над улицами и аллеями, по которым он когда-то шатался юным хулиганом, с гигантского фотопортрета еле заметно улыбается Брюс Ли, божественный король кунг-фу. Портрет его украшают иероглифы, служащие призывом и напоминанием для проституток, сводников, поклонников Маленького Дракона и туристов, которые переводятся коротко и просто: "Дух Брюса Ли живет".
Послесловие:
Звезда и смерть Маленького Дракона
27 ноября 1940 года произошло событие, на первый взгляд абсолютно не примечательное, - в семье актера китайского театра, находившегося с женой на гастролях в Сан-Франциско, родился сын, которого назвали Ли Сяо-Лунь, что в переводе означает Ли-Маленький Дракон, ибо 1940 год был по китайскому календарю годом Дракона. При рождении он, как и положено у китайцев, получил еще два имени - Ли Чженфань и Брюс Ли.
Родителями его были Ли Хуэй Чун и Грейс Ли, китаянка лишь наполовину, так что в жилах Брюса текла не только китайская кровь.
В те дни в Гонконге, где жила семья Ли, царили довольно жестокие нравы - в каждом районе были свои молодежные группировки, которые постоянно вели кровопролитные бои с конкурентами. Ли, прирожденный лидер и боец, быстро возглавил одну из таких группировок и считался искусным драчуном. Один из друзей Ли вспоминает в своей книге о нем, что однажды Брюсу предложил помериться силами вожак другой банды, причем поставил условие, что бой должен проходить на плоской крыше четырехэтажного дома, чтобы борьба в буквальном смысле шла не на жизнь, а на смерть. Ли принял вызов, хотя соперник превосходил его по физическим данным и был на несколько лет старше, и, одержав победу, великодушно даровал противнику жизнь.
В 13 лет Брюс стал учеником школы южнокитайского стиля Вин Чун (другой вариант произношения - Юн Чунь), в переводе - "Прекрасная Весна". Там под руководством патриарха стиля Ип Мэна Ли сделал первые шаги в кунг-фу. Он начал тренироваться с поразительным упорством и настойчивостью и уже через пару лет стал одним из первых учеников школы. Именно тогда гонконгская мафия - "Триада Чайна" - обратила внимание на молодого перспективного мастера, нуждавшаяся в хороших бойцах. Ли было сделано заманчивое предложение, которое он отклонил в весьма категоричной форме. И тогда, опасаясь за жизнь сына - а мстительность мафии была хорошо известна - родители отправили его на учебу в США. Там Ли сначала поступил в техническую школу Эдисона в Сиэттле, а затем - на философский факультет университета.
Разумеется, и в США Ли продолжал постигать боевые искусства, которые стали для него образом жизни. Ли не ограничился Вин Чун и начал изучать и другие стили, благо в китайской общине Сиэттла в специалистах не было недостатка. Он познакомился сначала с северными стилями, в которых, в отличие от Вин Чун, большое значение придается технике ног, а затем переключился на другие единоборства - каратэ, дзюдо, джиу-джитсу, западный бокс...
Уже тогда Ли понял, что нельзя замыкаться на одном стиле и, знакомясь с различными единоборствами, отбирал из них наиболее эффективные элементы ведения боя. Ибо в боевых искусствах Брюс Ли изначально ставил во главу угла именно эффективность. Он встречался с представителями различных школ, стилей и направлений и заимствовал у них то, что соответствовало его концепции, и вскоре у него возникла идея создать принципиально новый стиль, включающий в себя все стили, и, соответственно, превосходящий их.
В то время на Западе о кунг-фу знали только понаслышке, и потому, когда Ли открыл секцию кунг-фу в университете - в основном с целью приработка - от желающих заниматься не было отбоя. Рассказывают, что сначала он получал за занятия всего двадцать долларов в неделю, а через несколько лет разного рода знаменитости с радостью платили ему по пятьсот долларов за одну тренировку. Среди прочих в университетскую группу пришла шведка Линда Эмери, вскоре ставшая женой Ли.
В 1964 году Ли впервые публично продемонстрировал свое искусство - ему предложили принять участие в показательных выступлениях, проводившихся в рамках международною турнира по каратэ. Те, кому посчастливилось присутствовать на этих выступлениях, запомнили их надолго. Ли просто шокировал публику своим мастерством - обладатель черного пояса каратэ не смог отреагировать ни на один из десяти ударов, которые наносил Ли с расстояния одного шага.
После этого Ли практически сразу же получил предложение сняться в роли детектива Като - мастера боевых искусств в телесериале "Зеленый шмель". У него уже был опыт работы в кино, - в детстве он вместе с отцом снялся в нескольких картинах - так что роль, пусть и эпизодическая, была сыграна им превосходно. А уже после этого на него посыпались предложения по поводу сьемок в боевиках.
К тому времени фильмы о каратэ уже успели порядком надоесть западному зрителю и продюсеры чувствовали, что фильмы о кунг-фу, особенно с Ли в главной роли, напрочь вытеснят их с рынка. Так оно и получилось - на экране Ли был неотразим. Он завоевывал симпатии зрителей не только атлетическим телосложением, но и феноменальным мастерством, а также тем, что во всех картинах играл роль борца с несправедливостью. Так, в фильме "Большой босс" он вступается за малазийских рабочих, угнетаемых местной бандой. В "Кулаке ярости" он борется с рэкетирами, притесняющими хозяина небольшого китайского ресторанчика в Риме. Рэкетиры, наголову разгромленные Ли, "выписывают" из США профессионального убийцу, которого играет знаменитый Чак Норрис, но, разумеется, Ли побеждает и его. В "Появлении Дракона" Ли играет роль инспектора полиции, выпускника Шаолиньского монастыря, который под видом участника турнира по боевым искусствам пробирается на остров, где свила гнездо наркомафия, и не оставляет от этого гнезда камня на камне. То же характерно и для других картин с его участием, в том числе и последнего фильма - "Игра смерти", который вышел на экраны через несколько лет после смерти Ли.
Работа в кино не мешала Ли тренироваться со все возрастающей интенсивностью. Еще в 1967 году он заявил о том, что создал новый стиль, который назвал "стилем без стиля". Ли долгое время не хотел давать своему детищу название, считая, что это загонит его в определенные рамки, но затем назвал его чженфань-фу (по своему имени), а позднее - Джит Кун До, "Путь опережающего (преграждающего) кулака". Суть этого стиля заключалась в том, что он включал в себя элементы практически всех боевых искусств, в том числе западного бокса и фехтования, но не был связан никакими рамками и канонами. Ли призывал к свободе и творчеству, простоте и естественности, отказу от догм и слепого следования классическим традициям. Брюс намеревался написать семитомный труд, детально рассказывающий о том, что представляет собой Джит Кун До, но не закончил его. Свою книгу - "Тао Джит Кун До" ("тао" по-китайски означает "искусство") Ли начал писать в 1970 году, после того, как получил сильную травму и оказался на полгода прикованным к постели. За это время он успел написать несколько глав, а потом из-за вечной нехватки времени делал лишь обрывочные записи.
Закончить книгу ему помешала смерть. После его кончины Джилберт Джонсон при помощи друга и ученика Ли Дэна Иносанто и вдовы Брюса Линды систематизировал все записи, и книга увидела свет.
Бытует мнение, что Брюс Ли был лишь актером и никогда не был реальным мастером. Однако это не соответствует действительности. Правда, что Ли никогда не участвовал в турнирах и чемпионатах и критически относился к поясам и данам - как писал Брюс, "пояс нужен лишь для поддержания штанов" - но тем не менее был бойцом высочайшего уровня. Это признают и такие авторитеты в области боевых искусств, как неоднократный чемпион США и мира по каратэ среди профессионалов Чак Норрис и отец американского таэквондо Джун Ри - с их мнением нельзя не считаться.