Кто в лесу страшней медведя?
Шрифт:
Кузен же и не думал останавливаться, поднимая руку для мощного удара. Все, что кричал ему Виллиарт, маркиз воспринимал как неразборчивый угрожающий рев чудовища с крысиной головой и телом змеи, из гибкого тела которой торчало множество коротких лапок, помогающих цепляться монстру за поверхности. Это краснокожее страшилище неожиданно появилось из-за дерева, раскрыло свою огромную зубастую пасть и проглотило Вила в мгновение ока. Все произошло так быстро и неожиданно, что сначала Элатан растерялся. Но годами отточенная реакция боевого мага и тут сработала очень быстро. Оружия нет, но острые когти и рога всегда при себе. Маркиз перевоплотился и двинулся на нечисть проклятого леса. Если распороть брюхо этому монстру, то принца наверняка еще можно будет спасти.
Между кузенами началась драка.
Барбадос же увидел, как его братья сцепились в схватке, разрывая плоть и оставляя кровавые следы на земле. Сначала маркиз не понял, из-за чего началась потасовка. Но заглянув за спины дерущихся, демон увидел прекрасную девушку, что прижималась дрожащим от ветра телом к шершавому стволу дерева. И откуда только взялось это чудо? Платье лесной нимфы было разорвано, оголяя перед свидетелями белое фарфоровое тело с кровоподтеками и синяками. Прекрасные глаза незнакомки были наполнены слезами, а личико перекошено от ужаса. Лесная нимфа подняла свои очи и протянула Барбадосу хрупкую руку в умоляющем жесте – «защити!». Неужели демону уже успели навредить этой красавице, успевшей с одного только взгляда покорить его всегда спокойное сердце? Нет! Он не позволит никому обидеть его избранницу. Его нимфу!
– Она моя! – Взревел маркиз, принимая боевую ипостась и врезаясь мощным телом в кузенов.
Битва началась нешуточная. Три Демона под два с половиной метра ростом с длинными когтями на руках, мощными копытами на ногах и крепкими рогами на головах, с натренированными телами, покрытыми переплетением стальных мышц, крушили на своем пути все и вся.
Уже каждого украшали кровоточащие раны. Но бой не утихал. Демоны словно не чувствовали боли, лишь глазищи с неестественно расширенными зрачками продолжали выискивать слабые места противников, чтобы добить ненавистного врага. Виллиарт металлическим наконечником своего хвоста разорвал крыло Элатана. Хвост Барбадоса оказался сломанным в двух местах от мощных захватов родного брата. Выбитая в плече правая рука Вила висела плетью. Синий демон рогами распорол грудину принцу, а клыками вцепился в ногу Эла, пока тот кромсал в лохмотья спину соперника. Мокрая хвоя и комки земли из-под копыт разлетались в разные стороны. На коре деревьев оставались глубокие царапины от острых когтей, пара стволов уже была сломана ударами о них тяжелых тел.
– Остановитесь, полоумные! Это галлюцинации! – Крик испуганной женщины не мог добраться до одурманенных голов, и бой продолжался.
– Божечки мой, останови их, они же поубивают друг друга! – Раздалось откуда-то с ветки. – Хотя, о чем это я! Бабулечка, на помощь!
Темноту прорезал яркий луч света, ударивший в самый центр потасовки. Демонов отнесло друг от друга на несколько метров, отправляя в спасительную темноту.
8.
Трое парней лежали на добротных деревянных кроватях, застеленных белыми льняными простынями. Спальня была небольшой и находилась явно в срубе. Толстые обтесанные стволы плотно прилегали друг к другу, иногда между ними была видна проложка из мха. Мягкий аромат хвои, проникающий через приоткрытое окошко, успокаивал, разгоняя все неприятные мысли.
В центре комнаты стоял дубовый стол, около которого хлопотал лохматый старичок в полосатых ватных штанах, рубашке, подпоясанной кожаным ремешком и жилетке на медвежьем меху. Густая борода мужика, спускавшаяся до самого пола, практически скрывала его лицо. Дед что-то смешивал в миске, подливая в нее жидкости из разных скляночек, стоящих тут же.
– И чаво ждала-то? – Хозяин разговаривал с мышью, сидящей на углу стола. – Там же чуть до смертоубивства не дошло!
– Да кто ж знал, что у них кукуха так сильно улетит от нашего чистейшего воздуха. – Пропищала зверушка в ответ.
– Ох, унучка! – Дедок погрозил пальцем. – Думай, как перед бабусей ответ держать будешь. Не доглядела ведь.
– А чего я-то? – Мордочка мышки недовольно сморщилось. – Они сами красавки наелись. Их никто не заставлял. Да и не просили меня за ними доглядывать.
– Слышал я, что демонюки ети перед Василисой провинились, – Мужичок хитро подмигнул мышке, – а перед тобой в чем виноваты-то? Знаю, что просто так, никого наказывать не будешь.
– Ой, дедушка, – мышка стукнула хвостиком по столешнице, – они дяде Мирону нагрубили, дядю Борю ослушались, грибы с цветами потоптали, русалок напугали, венок чужой испортили!
– И чей же венок-то? – Дед спрятал в усы улыбку.
– Да неважно чей! – Зверек гордо вздернул носик. – Плохие они!
– А када ж к Ягусе хороших отправляли-то? – Хозяин дома намочил полотенце в смеси и подошел к кровати Вила, пристраивая тряпицу тому на лоб. – На то они и отроки, шобы уму разуму учиться. И ты вот вовремя из своих заграниц вернулась, подсобить смогешь.
– Я отдохнуть приехала, – фыркнула мышь, – а не работать.
– Ой, ли? – Дед вернулся за вторым полотенцем и накрыл им уже Элатана. – А не от папашки ли сваво любящева прячешься?
– Скорее от заботливых рук и далеко идущих планов мачехи. – Зверек тяжко вздохнул. – Не сидится ей спокойно с папулечкой на троне. Лучше скажи, мамулю мою давно видел? Год никаких вестей от нее не получала.
– Странно, – Леший огладил бороду. – Она ж ашо полгода назад при мне письмо отправляла. Замуж твоя мамка вышла, за вожака черно-бурых лис в Валкании. Тяперича ихним министерством по охране редкой живности заведует.
– Понятненько… – Мышко нервно ударила хвостиком. – Видимо опять мачеха руку приложила. Вот ничему ее жизнь не учит! Потом с этим разберусь. Мамулю поздравить надо. Лучше поздно, чем никогда.
Мышка дернула себя передними лапками за усы, и в воздухе возник листок бумаги, на котором проступила вязь слов. Щелчок хвоста, и письмо, сложившись в самолетик, вылетело в окно.
– Что ж, дедушка, чем я тебе здесь помочь могу?
– Да чем ты мне подмогнешь-то? – Старик уронил третью тряпицу на горячий лоб Барбадоса. – У нас колесо на мельнице сломалось. Причина до сих пор неясна. Мельник с водяным никак не могут решить, откуда мага-техника звать – из столицы али загранишного выписывать. Мирона сама видела. Цельными днями на солнцепеке мается. Речка тиной покрывается да водорослями зарастет. И болото чой-то совсем задряхлело. В лесу всякая мерзость проявляется… Яга, конечно, старается, и мы у ей на подхвате, но шо-то не так.
Хозяин дома вздохнул, открыл навесной шкафчик, позвенел бутылочками и достал небольшой горшочек, накрытый белым платочком и перевязанный бечевочкой. Мужичок распутал завязки, достал ложку и подошел к парням, чтобы дать им лекарства.
– Подсоби, а то вся михстура пропадет.
Мышка поморщилась, словно ей не понравилась идея, но все-таки спрыгнула на пол. Миг и из-за стола вышла девочка лет двенадцати. Рыжие волосы были заплетены в тугие косички, переплетенные белыми ленточками. Подросток была одета в зеленый сарафан, отделанный белым атласом. Глаза цвета изумруда окружали пушистые реснички, а на щеках, щедро усыпанных веснушками, играл румянец.
Девочка подошла к Вилу и приподняла его голову, чтобы деду было удобнее напоить того лекарством. Та же процедура ждала и маркизов. Лекарство было горьким, это заставило демонов прийти в себя и закашляться.
– Где это мы? – Принц осмотрел убогое жилище. На его лице тут же отразилась брезгливость.
– Вот, дедушка, о чем я и говорила. – Пальчик в обвинительном жесте уперся в принца. – Их от смерти спасли, в дом принесли, от галлюцинаций, дурманом вызванных, вылечили, а они не довольны. Палаты, видите ли, их заносчивую светлость не устраивают!