Кто впустил зло в сердце свое…
Шрифт:
— Нет, это не срочно, профессор Ван Дорн, — пересохшим ртом проговорила я и захлопнула дверь.
Мои колени были как будто из киселя. Я привалилась к стене, надеясь удержаться в вертикальном положении.
«Ты справишься! — скомандовала я самой себе. — Всегда справлялась и сейчас справишься…»
В этот момент дверь распахнулась, и я увидела над собой взволнованное лицо Ван Дорна.
— Что случилось? — тихо спросил он, касаясь пальцами моей щеки.
От его касания меня пронзило от головы до… До центра композиции. Животная похоть скрутила меня с такой силой, что мне потребовалось вцепиться обеими руками в плечи Ван Дорна. И напомнить себе, что я же треклятый темный маг с лицензией! Наставник, будь это все трижды проклято!!!
Я филигранно владею искусством подавления куда более жутких эмоций, чем какая-то там пошлая похоть, которую мне подсадил неумелый темный маг, только-только после инициации…
— Ничего важного, — через силу отозвалась я. Или, если уж быть с собой предельно честной, промямлила. — Это подождет до вечера…
— Посмотри мне в глаза, — сказал Ван Дорн. Я не подчинилась, продолжая изучать узоры на полу рядом с его ботинками.
— Посмотри мне в глаза, — раздельно повторил Ван Дорн и тряхнул меня за плечи.
Я медленно подняла взгляд и уставилась в его лицо. Наблюдая, как в глубине его расширившихся зрачков становятся все ярче всполохи магического пламени.
«Сейчас я повисну у него на шее и разрыдаюсь от бессилия», — с какой-то долей отстраненности сумела подумать я. Между фантазией о том, как он прямо сейчас разворачивает меня лицом к стене, срывает одним движением красные кружевные трусы и всаживает в меня свой член так глубоко, чтобы достал до самого мозга.
В этот момент дверь аудитории распахнулась и оттуда высунулась блондинистая голова какого-то студента Инферно.
— Профессор Ван Дорн, а что нам…. — заполошно начал он и заткнулся, глядя то на меня, то на Ван Дорна.
— Передай всем, чтобы прочитали пока что главу о правилах безопасности при работе с огненными элементалями, — невозмутимо сказал Ван Дорн, не отводя от меня взгляда. — И не смейте расходиться, я скоро вернусь.
Дверь с грохотом захлопнулась, из аудитории раздался возмущенный гул голосов. На который, впрочем, ни я, ни Ван Дорн не обратили ни малейшего внимания.
— Но это правда не срочно… — вяло запротестовала я, когда Ван Дорн, обхватил меня за талию и толкнул прочь от двери. В ту сторону, где рядом с высоким сводчатым окном стояла кадка с развесистым кустом, усыпанным мелкими фиолетовыми цветочками.
— Я сам решу, что срочно, а что нет, — усмехнулся прямо мне в ухо Ван Дорн, заталкивая меня в нишу за этой самой кадкой.
Развернул спиной к себе и плотно прижал всем своим весом к холодной каменной стене.
— Думала, я упущу такую возможность? — с ноткой злорадства сказал он. Его рука уверенно скользнула мне под юбку. И он одним резким движением сорвал с меня трусики. Тонкое красное кружево с треском разорвалось в жалкие клочья. Я сдавленно простонала, выгибаясь ему навстречу. Уже не просто готовая, а прямо-таки изнывающая от желания почувствовать его внутри себя.
— Думаю, не стоит так откровенно сообщать студентам в аудитории, что за срочные дела прервали лекцию про огненные элементали, — проговорил Ван Дорн, и накрыл мой рот своей ладонью.
И в тот же момент одним резким толчком вошел в меня так глубоко, что, кажется, достал до мозга.
Кажется, я сразу же кончила, до того, как он успел сделать пару движений. Затрепетала, выгибаясь. Или, точнее, пытаясь выгнуться, потому что Ван Дорн не только не собирался прямо сейчас останавливаться, но еще и усилил напор. Он трахал меня так яростно, будто… Будто…
Тьма внутри меня ликовала, свиваясь в сознании в узлы болезненно-непристойного удовольствия.
«Да-да-да!» — мысленно повторяла я. И стонала сквозь его руку.
Очень предусмотрительно закрывавшую мне рот, потому что иначе бы наши «срочные дела» были слышны не только сквозь дверь аудитории через коридор от нас, но и в ректорском кабинете.
— Я достаточно непристоен на твой вкус? — не прекращая яростно двигаться, спросил Ван Дорн и прикусил мое ухо.
Глава 55
— Не думай, что мы закончили, — усмехнулся Ван Дорн, застегивая штаны.
Он отстранился, и когда он перестал удерживать меня у стены своим весом, я тут же сползла к его ногам, как желе из одного сплошного, заполнившего каждую клеточку тела оргазма.
— Обожаю тебя, — пробормотала я, подняв на него затуманенный взгляд.
Он наклонился и поцеловал меня. Жадно, требовательно. Ах, как же он хорош! Мне просто крышу сносит от каждого его касания…
— И чтобы когда я вернусь, ты ждала в моей постели, — прошептал он мне на ухо, прервав поцелуй.
— Велиар… — начала я, а тело прямо взорвалось бурей сладострастного предвкушения.
— Голая, — чуть громче усмехнулся он и подмигнул. — Знаешь, как трудно мне будет сейчас вести занятия, представляя тебя голой на моей постели?
Ван Дорн провел пальцами по моей щеке, поправил одежду и направился обратно к двери в аудиторию. Раздался тихий стук, будто ее спешно захлопнули. Кто-то подсматривал?
Да и пофиг.
Под мой пока еще не очень сфокусированный блуждающий взгляд попали обрывки красного кружева.
«Надо бы убрать…» — лениво подумала я.
Но потом пожала плечами и встала. Наоборот, не надо. Пусть валяются. Попадутся кому-нибудь на глаза, породят очередные сплетни, кровь забурлит…
Я же темная. Сделать мою репутацию хуже уже нельзя. Так что будем поддерживать имеющуюся.
Я выбралась из-за куста и остановилась рядом с дверью в аудиторию. Сквозь нее было слышно, что говорит там один Ван Дорн, а остальные помалкивают и внимают.
«Интересно, каково им слушать лекцию декана, зная, что он только что трахал в коридоре темную аспирантку?» — чуть отстраненно подумала я, позволяя сладкой истоме снова разлиться по своему телу.
А потом пошла по коридору дальше. Философски размышляя о том, что нельзя мне прикидываться нормальным человеком и пытаться замаскировать свою натуру строгой униформой. Реальность все равно расставить все по местам. И вот я опять иду по колледжу без жилетки… Хм, кстати, где я ее забыла?
И без трусов.