Чтение онлайн

— Да, моя вина, прозевал. Извини, что накричал. Но и ты хорош, где твой посыльный?

— Так нет его, — усмехнувшись, Буза пожал плечами, и развел руками, — сократили за ненадобностью, у всех вроде связь имеется. В штабе, на всю ночь только два человека остаются, дежурный радист и я. Ну и тревожная группа в казарме рядом, которая по базе напрасно бегать не станет, это не их обязанность.

— Ладно, сейчас приду.

Буза вернулся в штаб, а я успокоил своих близких, оделся и направился за ним следом. И уже через десять минут, находясь в радиоцентре, услышал чрезвычайно взволнованный голос капитана первого ранга графа Семенова:

— Саня, как слышишь меня?

— Хорошо слышу. Что случилось, тезка?

— Проблема у меня. Через пролив в океан направляются два неопознанных быстроходных судна, думаю, что фрегаты из флота Средиземноморского Альянса. Через сорок минут корабли будут на траверзе мыса Европа, и пока на вызовы с базы они не отвечают.

— Так и что, — не понял я, — тебе мой совет нужен?

— Нет, что делать, я и сам прекрасно знаю. Как только они и световые сигналы проигнорируют, открою огонь из гаубиц. Первый залп, как водится, предупредительный, а второй, если они не отвернут, на поражение.

«Это да, — подумал я, — у Семенова сейчас есть, чем незванных гостей встретить. Особенно после того, как ему реактивные снаряды на РСЗО „Град“ с родины подвезли, да несколько зенитных установок взамен противотанковых ракетных комплексов „Штурм‑С“ дали. И при желании, он утопит средиземноморцев, и не поперхнется».

— Понятно. Я тебе чем‑то помочь могу?

— Корабли твои нужны. На максимуме своих возможностей, радар базы еще пять отметок засек, все покрупнее нарушителей, судя по скорости и маневренности, корабли класса «крейсер‑эсминец» и, возможно, один крупнотоннажный танкер. Видимо, фрегаты не одни в мой пролив приперлись. И если здесь всерьез кровавая каша заварится, то «Ветрогон» с «Ловким» мне очень пригодятся. Ну, а коли, средиземноморцы просто попугать меня решили, то пусть на знаменитый фрегат, который им немало крови попил, полюбуются, и на отличный корвет со стомиллиметровой пушкой.

— Понял тебя, тезка. Немедленно высылаю корабли. На «полном ходу» они у тебя уже через двое суток окажутся. Ты как, в своих силах уверен? Может быть, тебе роту моих спецов перебросить?

— Не надо, Саня. У тебя дикари на подходе, а у меня и пехоты и артиллерии в избытке. — Голос Семенова приобрел несколько веселый и бесшабашный тон. — Так что я их маму делал и всех на пистоне вертел. Хотят повоевать? Да я только «за». Конфедерация нас с тобой не сдаст, заступится, а у меня морпехи давно на абордаж не ходили, и от трофеев не откажутся.

Услышав слова Семенова, я улыбнулся, и сказал:

— Ну, удачи тебе, и держи меня в курсе. При первой же возможности выходи на связь. Ни пуха, ни пера, тезка!

— К черту! Бывай Саня!

«Гибралтар» отключился, связь прервалась, а я подумал о том, что весело день начинается, и по тревоге поднял экипажи «Ловкого» и «Ветрогона». Моряки действовали четко и слаженно. Командиры корвета и фрегата ночевали на борту своих кораблей, а экипажи заняли боевые посты уже через двадцать минут. Топлива на борту хватало, снарядов полные артпогреба, продовольствие имелось, а глубины Доброй Гавани и в первую очередь фарватер были промеряны до десятков метров. Значит, ждать утра смысла не было, и через час после того, как меня разбудил Буза, ровно в 4.00, небольшой, но чрезвычайно дерзкий и боевитый флот Передового, покинул порт, вышел в океан и повернул к проливу в Средиземное море.

Спать я уже не мог, и остался в штабе, хотелось узнать, что же происходит в «Гибралтаре», тем более что появились командиры разведчиков и вспомогательных частей. Сами мы Семенова не дергали, наверняка, он был занят серьезным делом, это понятно. Поэтому нам оставалось проявить терпение и ждать известий, которые появились только в начале восьмого. Расположившись прямо в просторном помещении радиостанции, мои лейтенанты, в это время, из походных алюминиевых котелков молча лопали гречневую кашу с тушенкой, запивали ее кофе из цикория, и посматривали на Кума, который вслушивался в радиоэфир.

— Есть! Пошел вызов!

Слова командира связистов разорвали настороженную тишину и, взяв в руки микрофон, я сказал:

— Включай громкую связь.

— Сделано!

Я нажал на клавишу передачи сигнала, и спросил:

— Семенов, ты как там, живой?

— Цел и невредим, — ответил командир Гибралтарской ВМБ.

— Что у тебя?

— Нормально все. Меня моряки Игнасио Каннингема на испуг взять захотели. Однако сами так напугались, что развернули свои фрегаты, обратно в Средиземку шмыгнули, и теперь под защитой двух крейсеров и двух эсминцев с одним танкером стоят. Я им поперек курса из гаубиц залп дал, а потом еще один «Град» отработал. Затратно, конечно, но зрелищно. Эх, видел бы ты, Мечник, как они драпали, любо‑дорого посмотреть.

— Они на связь выходили?

— Только что. Кричали на весь белый свет, что я должен их в Атлантику пропустить. А я и говорю. Хрена вам лысого! Гибралтарский пролив принадлежит мне, графу ККФ Семенову, и является моим личным феодальным владением. Долго им свою политику объяснял, и теперь они переговорить хотят. А я не против, можно и пообщаться. Они на одном фрегате скоро к нам в гости пожалуют, и мы с Максимовым с ними потолкуем.

— Значит, война отменяется?

— Ну, да, просто мелкий локальный конфликт. Но ты свои корабли все равно не отзывай.

— Конечно. Ты, кстати, алжирцев предупредил, что Альянс за линию Сицилия — Мальта вышел?

— Еще вчера. Сначала с Краснодаром связался, затем с нашим дипломатическим представителем в Алжире, а после с тобой, — короткая пауза и Семенов закончил разговор: — Все, пошел я к встрече гостей готовиться. О результатах переговоров сообщу дополнительно. Отбой!

Повернувшись к своим офицерам, я спросил их:

— Все слышали?

— Да, — дружно откликнулись они.

— Позавтракали?

— Да.

— В таком случае, за работу, други. Враги у порога, а у нас дел еще непочатый край. Крепыш, как вчера договаривались, с тремя своими разведгруппами и сотней наиболее подготовленных скандинавов выдвигаешься навстречу орде из Палас‑де‑Рея. Потрепи их и на тропах, где они идут, мины поставь. Однако надолго не задерживайся. День‑два боев, и отходи к деревне Перейро, тьфу, черт, к Соколовке, никак новое название не запомню.

— Понял, — Крепыш моргнул веками, — через полчаса буду готов выступить.

— Серый, — я посмотрел на другого лейтенанта, — после полудня выдвигайся к Волчанску. Проверь, что там наши строители воздвигли, и начинай сажать минный огород. Заодно и минометчиков из ГОПа прихвати, пусть прикидывают, где они позиции обустроят и куда стрелять станут.

— Волчанск, это бывшая Лавандейра? — уточнил Серый.

— Она самая.

— Уяснил.

Офицер согласно кивнул, а я продолжил:

— Хассо, — взгляд на командира викингов, — у твоих воинов, кто с Крепышом не идет, по‑прежнему тренировка. Как твои бойцы, что‑то уже освоили?