Чтение онлайн

— Но ведь первыми была братва Бузы. С «вертушками». Им-то что надо было? Тоже жучить? Что-то много жучащих развелось на душу населения.

— Буза — придурок и поц. Но он «вертушки» нанял — это значит, кто-то ему много денег пообещал за вас. А вы кто? — Сухой перестал ковыряться в бетонном крошеве и посмотрел на Малахова. — Комиссия, говоришь? Может, после вашей комиссии сюда бомбу кинут? Помощнее глубоковакуумной? Ходят слухи…

— Да нет, никаких бомб после нас кидать не будут. И вообще от того, что мы тут походим по Зоне, никому ни хуже, ни лучше.

— Зоне лучше знать, что ей от вас. Вон сразу сколько бед на себя накликали. Думаешь, «воронка» так просто налетает? Она на кровь большую налетает. Хотя спасибо ей: тот, кто выжил, — богатым становится. — Сталкер опять вернулся к добыче у себя под ногами.

— А что, много нашел?

— Все мое. А любопытных тут не любят. Вот расскажу я тебе, что нашел, а потом скупщик спросит с меня все по списку. А до него еще надо донести. На вот, пусть тебе тоже чего хорошего перепадет. — Сухой подобрал с земли что-то очень похожее на кусок чаги и бросил это Малахову.

— Это что? Сушеная селезенка вепря?

— Это «бабкина шляпка». Будь она у тебя час назад, не стал бы ты своих людей по лесу Рыжему терять да отсылать машину на смерть, — сообщил сталкер. — Закрывает она людей от чужого глаза.

— Ну, машину на смерть — еще не факт. — Малахов сказал это, а у самого в груди засосало от смутной тревоги.

— У Саркофага сейчас нехорошее место, — отрезал Сухой.

— Ты мне поможешь? Мне надо в Рыжем лесу человека найти. Потом — к своим, к машине прорваться. Мы заплатим. И хабара твоего мне совсем не надо. Мы вообще-то другое ищем.

— В лесу искать давно нечего. Что в лес попало, то, считай, там и останется. Ну, это фигура речи такая. А будет пропавшее жить в лесу или наоборот, этого никто не знает. Надо идти к машине. Может, и успеем кого найти. Если они тихо сидеть будут. Тогда посиди чуток, я тут еще похожу.

Сталкер продолжил свои исследования. Медленно двигаясь, негромко хрустел перемолотым бетоном, ворошил мусор длинной палкой. Иногда, убрав ее, поднимал что-то и прятал в заплечный мешок. В какой-то момент Сухой вытащил из трухи грязную подшивку журналов. Посмотрев на нее внимательно, выкинул. Потом, бросив последний взгляд на гору бетонной крошки, искореженной арматуры — того, что совсем недавно было знаком, — подошел к Малахову.

— А что за прессу ты откопал? Откуда она тут?

— А все время попадается после «воронки». «Ukrainian Wireless news» за 1913 год. — Сталкер неожиданно обнаружил знания английского. — Бесполезная вещь. И бессмысленная.

Сухой отряхнул пыльник, достал пачку сигарет. Предложил сначала Малахову, а когда тот сообщил, что не курит, закурил с видимым удовольствием, устроившись на крупном бетонном фрагменте.

— То, что вы «вертушки» пожгли, хорошо, раньше они как шакалы тут сновали, иногда сталкеров грабили. А вот с барлоговцами… Он злопамятный, жди беды. — Сталкер снял рюкзак и, положив его на колени, распаковал. Тщательно проверил содержимое и плотно завязал верхний клапан.

— Да сколько же у него народа в банде?

— Человек сорок. Всякая шваль из этих, офисных, из Киева.

— Да мы вроде не меньше пятидесяти положили. Кстати, их бы проверить надо.

— Оставь мертвых лесу. Ночью о них позаботятся, — хмуро произнес сталкер, словно Вадим сказал что-то неприличное. — Пятьдесят, говоришь? Это хорошо. Видать, тогда и Барлоге самому конец. Одной гнидой в Зоне меньше.

Сухой чуть прогнул спину назад, снимая напряжение в позвоночнике, и, так и держась за поясницу, внимательно осмотрелся, словно пытаясь увидеть всех убитых бандитов или невидимые следы на дорогах.

— Ну ладно, твои вроде по этой дороге отправились. — Сухой кивнул в сторону серой асфальтовой полосы, которая огибала опушку Рыжего леса слева. — Давай, пока спокойно, прогуляемся.

Насколько помнил Малахов, до проржавевшей подстанции было километра полтора. И вправду просто прогулка. Времени с момента первой атаки прошло не так много, и Малахов был уверен, что его товарищи пока спокойно ждут в машине где-то в конце шоссе.

— Ты как идти будешь, по сторонам не особо глазей, — предупредил Сухой. — Бывало, из лесу кто-нибудь посмотрит, и все, человек потом, пока в чащу не уйдет, не успокоится. Так иди себе, как по коридору.

— Тут всегда так тихо? — Шаги двух человек отдавались вдоль шоссе резкими звуками. Низкое солнце светило почти в лицо, прорываясь местами через кроны высоких елей. Ничто не говорило о том, что дорога проходит по Зоне, что совсем недавно воздух здесь был наполнен смертью скоротечного боя. Мир и покой царили на шоссе, пересекающем чащу.

— Идешь и каждую веточку чувствуешь. Спокойно, словно и не Зона, а лес из детства. — Сталкер неожиданно ударился в романтические рассуждения. — Вот птиц нет сегодня, это хорошо.

— Чего же хорошего? — удивился Малахов.

— Птица — она тварь бесполезная. А главное — крикливая. — Философия Сухого была диковатой, но видимо имела под собой основания.

— А почему у Саркофага место сейчас плохое? — вспомнил слова Сухого Вадим. — Ведь всегда было так себе — ни то ни се.

— Там последнее время майдауны стали кучковаться. Видать, совсем им плохо. Они раньше по одному нападали. Мозги-то у них совсем повыело. Но в последнее время они в стаи сбиваются. Словно командир у них появился. Вожак. Мерзость. — Сталкер замолк и через мгновение, неожиданно поменяв тему, спросил: — А что ищете то, может, помогу?

— Это вы так мэйн-даунов переиначили? Смешно. Ты не в курсе, тут недавно одна группа была, они пошли с Гаслом искать артефакт.

— Ну слыхал что-то. — Сталкер знал много, но видно было, что хотел у Малахова выпытать побольше. — Гасло-то теперь того…

— Что того? — Малахов был уверен, что сталкер оказался вместе с группой на Канарах.

— Долгая история. — Сухой дал понять, что про Гасло говорить не хочет. — Так вы, значит, тоже к Золотой Сфере хотите попасть? Не умная это забава.

— А что ты о ней знаешь?

— Сказки это все. Гнаться за призраком — это неправильно. Не бывает всё и сразу. А если и бывает, то… А вон и машина ваша виднеется. Что-то там у нее не так… Стой.

Сталкер сделал движение рукой, словно пытался задвинуть Малахова себе за спину, прикрыть его от невидимой опасности. Прямо за поворотом показался внедорожник, стоящий так, что отсюда была видна задняя дверь с запаской, обтянутой защитной тканью. Машина, чуть покосившись, съехала на обочину и левыми колесами ушла в небольшой кювет. Из внедорожника навстречу Вадиму никто не вышел. Система оповещения должна была давно предупредить его товарищей о людях, идущих по шоссе. Еще Вадима тревожило легкое марево метрах в десяти от машины, словно горел невидимый костер, поднимая нагретый воздух вверх.