Чтение онлайн

Попробуй: Осознать в течение дня и во время сидения неуловимую смену своих эмоциональных состояний. Особое внимание обращай на руки. Зависит ли что-нибудь от их положения? Зависит ли степень осознания окружающего мира от степени осознания собственного тела?

Все лучше узнавая свои руки в процессе сидения, следи за тем, как изменяется характер твоего прикосновения. Прикосновение вездесуще — открываешь ли ты дверь, обнимаешь ли любимую. Да и дверь можно распахнуть настолько бездумно, что руки не будут знать, что делает тело, а ты получишь той же дверью по голове. Только представь, как сложно прикоснуться к человеку не привычно, не механически, не “с целью”, а просто участливо и вни­мательно.

Выход из медитации

Мгновения, завершающие сеанс медитации, обладают собственной интересной топологией. Полнота осознания слабеет в предчувствии окончания. И очень важно, каким образом ты с этим справишься. Именно этот переходный момент следует осознать полнее и глубже.

К концу сеанса медитации, будучи недостаточно внимательным, ты и не заметишь, как отвлечешься мыслями на посторонний предмет и не осознаешь момента окончания медитации. Переход окажется скомканным. Осознать этот процесс можно в том случае, если отслеживать мысли и побуждения прекратить его. Сколько времени ты ни находился бы в неподвижности, час или три минуты, мощный толчок вдруг сообщит тебе: “Достаточно”. Или же, взглянув на часы, ты увидишь, что пришла пора “возвращаться”.

Медитируя, особенно без помощи сопроводительной магнитной записи, постарайся почувствовать самый первый толчок прекратить сеанс и последующие, более настойчивые. Подыши некоторое время, ощущая каждый импульс, и спроси себя: “А для кого достаточно?” Постарайся рассмотреть, что стоит за этим импульсом: усталость ли, скука, боль, нетерпение? Или правда пора прекращать? В любом случае не подскакивай автоматически и не пытайся продолжить медитацию, а повремени и дождись прихода ответа на свой вопрос, подыши еще немного (или чуть дольше) и сделай выход из медитативной позы настолько же ежемоментно осознанным, как и все прочие мгновения, проведенные в медитации.

Такое упражнение углубит осознание самых разных ситуаций, связанных с окончанием или завершением одного и переходом к чему-то другому. Этот переход может быть простым и мимолетным, будто легко прикрыл дверь, или сложным и болезненным, как если бы завершался некий жизненный этап. С какой же легкостью мы совершенно механически закрываем дверь, ведь жест этот абсолютно незначим в масштабах бытия (конечно, если не боимся разбудить спящего ребенка). Но именно в силу сравнительной незначимости такого движения осознанное выполнение его обостряет наше восприятие, нашу способность не терять связь со всеми мгновениями жизни, разглаживая глубокие складки привычной бездум­ности.

Занятно, что с тою же, если не с большею, легкостью бездумность окутывает наши самые мимолетные свершения и переходы от одного жизненного этапа к другому, включая процесс старения и ухода из жизни. И здесь осознание может оказаться целительным. Мы подчас находимся в такой глухой защите от полного и прямого воздействия эмоционального переживания — горя, грусти, стыда или, коли на то пошло, даже радости и удовлетворения, — что бессознательно укрываемся за туманом бесчувствия, не давая себе возможности ощутить свои чувства и даже не подозревая об их существовании. Туман неосознанности затягивает именно те мгновения, которые способны предоставить нам наилучшую возможность ощутить нестабильность в работе, причаститься вселенскому и обезличенному бытию и становлению, лежащим в основе наших личных эмоциональных проявлений, прикоснуться к таинству малости, хрупкости и мимолетности бытия и успокоиться абсолютной неизбежностью перемен.

В дзэн сидение в групповых медитациях иногда обрывает громкий удар деревянной колотушки. Никакой романтичной паузы под нежный звон колокольчика, возвещающего об окончании сеанса. Это как требование немедленно прерваться — время пришло, теперь вперед! Если грезишь наяву, даже слегка, — удар колотушки встряхнет тебя, указав таким образом на недостаточную степень твоего присутствия в настоящем. Он напомнит о том, что сеанс уже позади и пришло время взглянуть в лицо новому мгновению.

В других религиях, как правило, окончание группового сеанса возвещает нежный звон колокольчика. Таким способом тоже можно вернуть человека к действительности и подсказать ему, не ослабело ли его внимание в тот момент. Собственно, для завершения сеанса любой звук хорош — тихий, нежный и резкий, громкий. Оба напомнят нам о необходимости полного присутствия в мгновении, когда свершается переход, о равнозначности начала и конца, о том, что, как сказано в Алмазной сутре, самое главное — “воспитать ум, который ни к чему не льнет”. Только в этом случае мы узрим мир в истинном свете и познаем силу чувства и мудрость во всей широте их диапазона.

Учитель видит мир таким, какой он есть,

и не пытается в нем что-то изменить.

Пусть кружит все своим путем —

он в центре круга.

Лао Цзы. Дао дэ цзин

Попробуй: Осознавать свой выход из медитации. Лежишь ли ты, сидишь, стоишь или идешь, сосредоточься на том, “кто” ее завершает, каково это завершение, когда происходит и почему. Не пытайся как-то оценивать этот момент или свои действия — внимай переходу от одного к другому.

Какова продолжительность сеанса?

Вопрос: Доктор Кабат-Зинн, а сколько

должна длиться медитация?

Ответ: Откуда мне знать?

Вопрос о продолжительности медитации возникает постоянно. Еще только начиная работу по использованию медитации в клинике, мы поняли, что пациентов необходимо сразу приучить к достаточно длительным занятиям. Поскольку в основе наших убеждений лежит принцип: требуй многого от людей, и того, чтобы они требовали многого от себя, тогда много получишь, ибо, спрашивая чуть-чуть, скорее всего столько же и приобретешь, — мы сошлись на том, что сорок пять минут будут составлять основу ежедневных домашних занятий. Сорока пяти минут, по-моему, достаточно, чтобы погрузиться в тишину и непрерывное созерцание череды мгновений, а также чтобы уловить отзвук углубляющегося расслабления и ощущения благополучия. Этого времени предостаточно для вызова и менее благополучных умонастроений, которых мы, как правило, стараемся бежать, страшась, что они перевернут нашу жизнь и поставят под сомнение саму нашу способность всегда сохранять спокойствие и полное осознание. Главные подозреваемые здесь, конечно, скука, нетерпение, подавленность, страх, тревога (в том числе беспокойные мысли о том, сколько всего можно было бы успеть, если не тратить времени на медитацию). Это фантазии, воспоминания, гнев, обида, усталость и печаль.

Наше интуитивное решение оказалось верным. Большинство прошедших лечение в клинике в корне, хотя, как правило, не без усилий, изменили ежедневный ход своей жизни. Они занимались по сорок пять минут подряд на протяжении по крайней мере двух месяцев. И очень многие остались верны этому новому для них жизненному пути. Он стал не только легким, но и просто необходимым, единственно возможным.

Но взгляды на жизнь разные, и то, что сложно, но выполнимо для человека однажды, для того же самого человека может оказаться практически невозможным в другой момент. Понятия “долго” и “быстро” как минимум относительны. У матери, в одиночку воспитывающей маленького ребенка, вряд ли найдется сорок пять минут подряд для чего бы то ни было. Так разве из-за этого она не сможет медитировать?

Если вся твоя жизнь — один сплошной кризис, если ты чувствуешь, что вокруг тебя воцарился социальный и экономический хаос, то тебе может недостать душевных сил для длительных медитаций даже при наличии времени. Что-то постоянно будет мешать тебе, особенно если думать о том, что каким-то образом нужно найти свободные сорок пять минут и хоть начать! Занятия в стесненных жилищных условиях в ущерб другим членам семьи могут породить чувство неловкости, которое помешает ежедневным тренировкам.

Студент-медик вряд ли сумеет ежедневно выкраивать долгие промежутки времени для неделания, как и многие другие, чья работа требует большого напряжения. Не смогут и те, у кого медитация вызывает любопытство, но отсутствуют серьезные причины для разрушения рамок обыденности и собственного ощущения давления времени или представлений о комфорте.

Для тех же, кто в жизни стремится к равновесию, не только полезно, но и необходимо проявлять гибкость в подходе. Важно уяснить, что медитация не имеет ничего общего с реальным временем. Пять минут ежедневных занятий могут оказаться содержательнее, чем сорок пять. Искренность усилий стоит гораздо больше, чем ушедшее время, ведь, по сути, речь идет о выходе за пределы мира часов и минут и вступлении в мир мгновений. А мгновения поистине неизмеримы, а значит, бесконечны. Следовательно, главное, что у тебя есть какая-то причина для занятий, пусть и непродолжительных. Полноту осознания нужно холить и лелеять, укрывать от ураганов жизненной суеты и беспокойного мятущегося рассудка, как крошечное пламя укрывают от порывов сильного ветра.