Чтение онлайн

– Значит, моя бабушка не служила в разведке?

– Никогда! С ее-то происхождением! Это было бы просто смешно!

– Но как же так? Ведь она помогала Льву Илларионовичу.

– Она выполняла его маленькие поручения, не более того.

– Какие?

– Лев Илларионович под старость стал сентиментальным. У него было много бывших коллег, нуждавшихся в помощи. Увы, государство не всегда спешит оказать поддержку тем, кто в свое время пожертвовал для него молодостью, здоровьем и силами. Или не спешит, или эта поддержка оказывается ничтожна мала. А ваш дедушка заботился о тех ветеранах, кого знал лично и считал, что они такой заботы заслуживают.

– Что-то вроде благотворительности для своих бывших коллег?

– Вот именно! И ваша бабушка оказывала ему в этом посильную помощь.

– Например?

– Это она передавала морфий для безнадежно больного старика Зальцмана, которому иначе лекарства было бы даже не увидеть. Именно ваша бабушка, получив инструкции от вашего дедушки, что говорить и как действовать, явилась в секту брата Иоанна и брата Бенедикта и добилась, чтобы те выпустили из своих когтей вдову бывшего разведчика и друга Льва Илларионовича.

– Очень благородно!

– Благородно, но это не значит – служить в разведке. Повторяю, ваша бабушка там никогда не служила.

– А?..

– И, между прочим, брат вашего дедушки Льва Илларионовича – Эрнест тоже оказал своему брату несколько услуг аналогичного свойства.

– В смысле? – удивилась Вика.

– Эрнест Илларионович выполнял кое-какие мелкие просьбы вашего брата. Правда, не из чистого альтруизма, как ваша бабушка, а за вознаграждение. В числе прочего братья договорились, что Эрнест Илларионович возьмет к себе в семью одну старушку. После Гражданской войны она осталась совсем одна, плохо понимала, что происходит вокруг. И ей был необходим уход и присмотр. В благодарность Эрнесту и его семье фактически доставалась квартира старушки, которая в противном случае отошла бы дальним родственникам или государству.

И коротышка выразительно огляделся по сторонам.

– Эта самая квартира, между прочим.

– Мы поняли, – сухо произнесла Вика. – Но что же все-таки с моей бабушкой?

– Официально она числилась одним из информаторов вашего дедушки. Так бы он представил ее начальству, если бы оно заинтересовалось женщиной.

– Но никто не интересовался?

– Времена нынче другие. И к отставным ветеранам совсем не то внимание, как к действующему составу. Так что Лев Илларионович, похоронив свою нелюбимую жену Майю, смог наконец отдаться своей настоящей страсти. И лишь привычная осторожность помешала ему открыто воссоединиться с вашей бабушкой.

– Но почему?

– Не могу сказать точно. Полагаю, на этот вопрос мог бы ответить только сам Лев Илларионович. Но я думаю, что за долгие годы своей службы он так привык таиться от всех и вся, что просто не мог так быстро перестроиться.

– Но он бы смог! – воскликнула Вика. – Если он так любил мою бабушку, что не забывал ее все эти годы, значит, он бы смог! И они могли бы быть счастливы! У него был шанс!

– Возможно. Но твой дедушка совершил роковую ошибку. И судьба ему такого шанса не дала.

– Как бы не так! Это вы! Вы не дали ему такого шанса! Убили и его, и мою бабушку!

– Мы устранили опасность утечки информации, – сухо произнес мужчина. – Вот и все, что мы сделали. И не надо меня упрекать, честное слово, это небезопасно.

И пистолет в его руках снова многозначительно качнулся. Девушки со страхом посмотрели на него. Утечка информации! Вот в чем дело! Эти типы устранили утечку информации. Только и всего.

Мысли в голове у Мариши вертелись, подобно колесам на водяной мельнице. Льва Илларионовича и Викину бабушку убили эти люди! Никаких сомнений в этом больше нет. Стариков убили просто потому, что те слишком много знали. А теперь и они с Викой тоже вошли в группу риска. И грубиянка Мила вместе с ними. Они ведь тоже держали в руках проклятые бумаги. И эти люди могут думать, что девушки их прочитали.

Мила с Викой думали примерно о том же самом. Потому что вид у них был кислый до крайности.

Тем временем человек с пистолетом уже расположился на стуле, который ему услужливо подставил один из коллег. Расположился и задумчиво созерцал разбросанные на полу бумаги. Вид его не сулил девушкам ничего хорошего.

– И что же мы будем делать? – наконец произнес он. – Судя по состоянию бумаг, вы успели в них основательно порыться.

– Вовсе нет!

– Мы их даже не читали!

– Хотели, но не смогли разобрать ни словечка!

– Почерк крайне мелкий!

Человек усмехнулся.

– Да что вы! А вот мне приходилось читать доклады Льва Илларионовича. И я все понимал прекрасно.

– Вы просто вундеркинд!

– Я далеко не младенец! – сухо ответил мужчина. – И не надо мне лгать! Вы прочли эти бумаги. Может быть, и не все. Времени у вас было мало. Но вполне достаточно!

– Достаточно для чего?

– Достаточно для того, чтобы стать опасными для общества. Эти бумаги – настоящая мина. И часть ее заряда находится сейчас в ваших головах.

И мужчина уставился на подруг таким выразительным взглядом, что девушки похолодели, почти физически чувствуя, как у них в головах появляются пулевые отверстия.

– Мы их не читали, – из последних сил выдавила из себя Мариша.

– М-м-м... Я бы охотно поверил вам, – произнес мужчина. – Но вот беда, жизнь отучила меня верить кому-либо на слово. Даже таким вот милым леди.

Он им не верит! И, между прочим, правильно делает.

– Но что с того, – робко произнесла Вика, – если мы даже и разобрали несколько строчек? Мы же будем молчать. Кому говорить-то...

– И в любом случае, нам никто не поверит!

– У нас же нет доказательств!

– Ну да, конечно! Вы же заберете бумаги с собой!

– Берите, берите! Они нам совсем не нужны!

Мужчина усмехнулся. Следом за ним начали ухмыляться и его компаньоны. Нет, эта парочка девушкам решительно не нравилась! Какие гадкие у них улыбки! Они ухмыляются еще хуже, чем сам коротышка.

– Документы мы заберем, это верно, – кивнул мужчина с пистолетом, снова став серьезным. – Но дело в том... Дело в том, что иной раз и одного упоминания о тайне достаточно для того, чтобы те, кому надо, пустились по следу!