Куда приводят благие намерения
Шрифт:
Рассмеялась тоже, вспоминая своё первое и последнее занятие в балетном классе, куда мама отвела меня. Когда я, будучи малышкой, была гипер активной и донимала её недостатком внимания на фоне её работы.
— А Дафна?
— Даф? — Она улыбнулась. — Это странно, но балет, словно умелый любовник, вскружил ей голову, так и вышло с детства, и даже сейчас она этим занимается.
Мими встала, убирая коврик в сторону, я же повторила её действие, подходя к окну, на котором стояла спортивная бутылка с водой.
— Я же могу тебя спросить?
— Конечно можешь, а на правах королевы я не смогу тебе солгать.
Моё лицо окостенело. Мне не хотелось, чтобы из-за статуса я потеряла единственную подругу. Судя по тому, как мы общались до, я надеялась, что этого не произойдет, и наше общение будет тем же.
— Малышка, ну ты бы видела своё лицо. — Она хохотнула, протянув бутылку с водой. — Я отвечу тебе в независимости от твоего статуса.
Собрав волосы в пучок, допила воду, усаживаясь на подоконник. В помещении было весьма жарко, поэтому небольшой сквозняк был действительно необходим.
— Если бы тебе нужно было бы пожертвовать доверием кого-то важного ради семьи, ты бы смогла?
— А я люблю этого кого-то? — Мими поджала свои пухлые губы, раздумывая на вопросом.
Я же хотела ударить себя по щекам. С чего вдруг я вообще посчитала его важным. А эти слова о любви лишь сильнее вогнали в замешательство.
— Нет! В смысле, он, ну, давай это будет Геральд. — Захотелось проклясть всё вокруг, я не знала, что несу.
— Я смогла бы пожертвовать чьим-то доверием ради семьи, если ты об этом. Но что касается Геральда, этого бы не произошло. Ещё тогда, когда мы начали встречаться, обсудили этот момент, я доверяю ему достаточно.
Мне удалось лишь кивнуть. В моих мыслях этот поход должен был стать решением некоторых проблем и разъяснением. Но, как итог, всё лишь усугубилось под натиском.
— А ты доверием Повелителя собираешься пожертвовать? — слишком проницательная.
Я застыла. Мими не должна была быть в это впутана и догадаться. Но я уже давно не обладаю той бдительностью, как будто, пожив немногом с Сатаной и в окружении демонов, обзавелась горячей кровью.
— Не отвечай. Не думаю, что ты бы стала переживать, если бы пришлось жертвовать чьим-то другим.
— У меня нет выбора, Мими. — Вздохнула, выдав часть своего состояния. — Это слишком сложно.
Мими смерила меня долгим взглядом, напоминая отчима, который делал так каждый раз, когда пытался помочь напутствием или просто молча поддержать.
— Я не могу дать тебе правильный совет. У каждого выбора есть своя сторона. — Демоница сжала мои руки так крепко, как была способна. — Но, пожалуйста, Вики, подумай хорошо, мне бы не хотелось, чтобы ты жалела о сделанном. Никому не пожелаешь впасть в немилость Господина.
———===•?s?•===—•——
Вернувшись в комнату, даже обрадовалась отсутствию мужа. Если бы Сатана был тут, мне бы пришлось выдумывать очередную ложь. Ложь, от которой самой было тошно.
Приняв душ и смыв с себя пот, ощутила первые покалывания в ногах и боль внизу живота. Ну вот итоги расслабления нагрянули раньше, чем их ждали. Устроившись удобнее на кровати, обняла подушку.
Захотелось расплакаться, дав волю слезам. Позволить всему скопившемуся дерьму выйти через тотальную истерику, но двери назло мне распахнулись, впуская Сатану в комнату.
Rauf & Faik — Колыбельная?
Положив подушку под голову, расслабилась, прикрываясь одеялом. Невозмутимо пройдя в гардероб, он скинул окровавленную рубашку в урну, взяв с вешалки чистую, а после подошёл к кровати.
— Ты ходила к Мамону? — Мужские руки ловко застегнули пуговицы, оставляя верхнюю неизменно нетронутой.
— К Мими, если быть точнее. Чья это кровь? — стало неуютно, но передо мной был Дьявол, наверное, слишком глупо было спрашивать.
Меня не пугала жесткость и кровь. В этом мире её было слишком много, и мне приходилось видеть это часто. Жизнь отобрать на деле оказалось столь же просто, как и даровать. Но Сатана, несмотря на всю свою хладнокровную свирепость, был справедлив, и это успокаивало.
— Аосот поймал рыскающих ангелов возле ворот. — Муж оскалился. — Пришлось объясниться.
— Чтобы Дьявол объяснялся? — Одна моя бровь поползла вверх.
— Тебя это удивляет? Я тоже объясняюсь, но не на таком, как многие привыкли, языке, я знаю методы поэффективнее.
Опять его ухмылка приобрела звериный оскал, возможно вспоминая трепыхающегося одного из белокрылых в своих руках. Да уж, идиоту, нарвавшегося на самого Владыку, стоило лишь посочувствовать и пожалеть.
Кивнула, откидываясь на постель.
Желание ему язвить и донимать расспросами отсутствовало. Напротив, хотелось сильнее провалиться в мягкие подушки и убежать на какое-то время от реальности в царство Морфея.
— Ты не заболела? — одна его рука спустилась мне на волосы, невесомо касаясь подбородка.
Он всегда так делал, подкрадывался, как хищник. Но что было удивительно, само поведение. Это был с трудом вообразимый контраст, демон был так резок и холоден, но в ту же секунду слишком горяч и страстен.
— Нет. Тело ломит после тренировки с Мими. — На несколько секунд открыла глаза, но тут же прикрыла обратно.
Ощутив его тепло рядом, захотелось сильнее прижаться и расплакаться, попросив не уходить, не бросать меня наедине с эти всем, попросить сжать мою ладонь, как можно сильнее, и просто обнять.
Это были те самые единичные мысли, которые мне бы хотелось в себе укоренить.
— Мне позвать Уфира? — Муж коснулся холодного лба.
Нет, температуры не было, как и желания делать что-либо. Это было похоже на то, как люди называют нежелание контактировать с внешним миром, на депрессию.
— Нет.
— Любопытно. — Он поднялся с постели, оглядев меня ещё пристальнее.
Его глаза такие спокойные и безмятежные, как воздух, ещё минуту оставались прежними. Но что-то хрустнуло, как по щелчку красные глаза загорелись подобно бездне.
— Что теперь ты решила скрыть? — Нетерпение застыло в соколином вырезе глаз.
— Ты обвиняешь меня в чём-то? — Боязнь во мне зашевелись, призывая идти в бой.
— Хорошо, спрошу только один раз. Виктория, ты от меня что-то скрываешь?