Чтение онлайн

– Один из великих современных шаманов родился в Перу! – с испанской горячностью рассказывал Мигель о животрепещущей для него теме. – Его приверженцев у нас не так много, но они есть! Рита, я мечтаю пожить среди них! Вполне возможно, что нам удастся это сделать сейчас.

– Подожди, Мигель! – остановила она его. – Тема исследования совсем другая – связь Перу и Японии. Мне нужна повседневность обычных перуанцев, не шаманов, и к тому же, я надеялась встретиться с жителями японской диаспоры в Лиме. Ведь затем я еду…

– Шаманы те же перуанцы, – возразил Мигель, не слыша Риту.

– …в Японию, – по инерции договорила Рита и замолчала от зазвучавшей в голосе Мигеля плохо скрытой тревоги и в то же время напора.

Мигель, осознав свою оплошность, тут же поправился:

– Увлёкся, – хохотнул он. – Конечно, я составил план в соответствии с темой экспедиции. Правда, немного, наоборот. Прежде чем встречаться с эмигрантами, ознакомишься с Перу, и начнём мы с поездки в горный посёлок. Думаю, так будет правильнее.

Рита кивнула, доводы были верными, но почему-то такой расклад ей был не по душе.

– Не забывай, ты на другой стороне земли, и у нас зима, – напомнил Мигель. – Начинается сезон дождей, и в горах могут быть оползни, нам надо их опередить. По-другому, можем застрять в Куаро, местечке, куда отправляемся. В этом случае, кто знает, когда вернёмся… – задумчиво проговорил он. – Так что встречи с жителями японской диаспоры назначим после поездки в горы.

– Тебе виднее, – немного сбитая с толку, сказала Рита.

Заглянула Сесилия:

– Мигель, профессор Альварес ждёт вас обоих у себя.

Они зашли во вместительный с большими окнами и тяжёлыми шторами кабинет. Навстречу из-за массивного стола встал профессор Альварес – осанистый, с копной седых волос и пышными усами. Он предложил им сесть в глубокие кожаные кресла, и обращаясь к Рите, произнёс:

– Надеюсь, Мигель ничего не забыл вам рассказать, – и посмотрел на того многозначительно. – За ним водится, но не судите строго, он наш один из лучших специалистов. Как все увлекающиеся натуры, иногда рассеян, и не всегда пунктуален.

«Понятие пунктуальности напрочь отсутствует», – вертелось на языке у Риты:

– Всё в порядке, – произнесла она вслух.

– Тогда к делу, – продолжил профессор. – Завтра у вас встреча с японской семьёй Като.

«Мигель опять всё перепутал или что-то не так?» – Рита вопросительно посмотрела на Мигеля, разноречивость информации беспокоила. Тот сделал Рите покаянное лицо, улучив момент, когда Альварес отвлёкся на экран компьютера. Было очевидно, профессор ждал важное сообщение.

– Японцы народ закрытый, – оторвавшись от экрана, продолжал Альварес, – смешанных браков почти нет. Мы на них не в обиде, хватает других, не зацикленных на себе народов, – усмехнулся он из-под усов. – Перуанцы взаимодействуют с ними по-другому – уезжают в Японию на заработки, там и оседают. Межкультурный так сказать миграционный процесс.

– Именно это меня интересует, – произнесла Рита.

– Да-да, профессор Вадим Сикорский говорил мне о цели вашего исследования. Весьма интригующе, – проговорил он, но видно было, что голова его занята чем-то другим. – К сожалению, продолжить встречи с японской диаспорой придётся по возвращении из поездки в горное селение. Думаю, Мигель предупредил вас о сезонных оползнях.

– Да, – подтвердила Рита.

«Значит, Мигель, как всегда, упустил один из пунктов, но говорил правду», – успокоилась она.

Ожидаемое письмо, похоже, пришло, и профессор поторопился завершить приём:

– Ну что ж, желаю вам новых открытий! – сказал он, показывая, что аудиенция закончена.

Рита и Мигель вышли.

– Рита, – окликнул Мигель, – ты простишь меня за очередной промах?

– Прощаю. В горах, Мигель, не подведи меня в горах, там я полностью завишу от тебя!

– Обещаю! Лучшего, чем я проводника тебе не найти!

Рите ничего не оставалось, как поверить. Они, не откладывая сборы, прямиком отправились закупать всё необходимое для путешествия. Мигель повёл Риту по маленьким магазинчикам: «Так дешевле», – обронил он.

На следующий день Мигель ждал Риту возле гостиницы, на этот раз он не перепутал ни время ни место.

– Район Мирафлорес считается одним из самых престижных в Лиме, – говорил он по дороге к супругам Като.

Сёко и Такума были потомкам тех самых японских иммигрантов девятнадцатого века, о которых упоминал Вадим, и согласились рассказать историю своих семей. Рита и не подозревала, к чему приведёт эта встреча в будущем.

Они подъехали к высокому забору, и Мигель нажал на практически незаметную кнопку на металлической панели. Ворота автоматически открылись, и как только машина въехала, тут же закрылись. «Охраняют свой мир, как и положено японцам», – подумала Рита. Предстал вид на окаймлённый цветущими бугенвиллиями дом и бассейн, который играл солнечными бликами и радовал ярким голубым цветом. На пороге стояли супруги Като. Такума оказался высоким и невозмутимым с виду японцем. «Несомненно, потомок северных островов Японии», – отметила Рита. Сёко была приземистая, широкая. Внешнее несоответствие бросалось в глаза, но когда супруги заговорили, стало понятно – это единое целое, и они понимают друг друга с полуслова.

Внутри дом был обставлен на современный лад и наполнен оранжировками из цветочных букетов. Заметно сказывался другой культурный уклад. Их пригласили расположиться на удобном диване, и Такума расставил на стол простые глиняные чашки.

– Надеюсь, вы не откажетесь от зелёного чая, – обратился он к ним.

– Безусловно, – в унисон ответили гости.

Сёко тем временем, заваривая чай, напевала мелодию известной арии. Голос был необыкновенно выразительным, сложнейшие переходы давались ей без всякого напряжения и усилия.

– Ваша жена профессиональная певица? – спросила Рита.

– Она пианистка, в роли певицы выступает дома.

– Но почему? – удивилась Рита, – такой голос нельзя прятать!

– Сёко не любит выступать на публике, – с сожалением покачал головой Такума.

– Но вы сказали она пианистка? – уточнил Мигель.

– Да, на концертах уверенность Сёко поддерживает пианино. Она забывает о зале и сливается с музыкой. Петь – это совсем другое. Стоять перед публикой она не решается.

– Как жаль, – произнес Мигель.

– Однако, совсем недавно, – оживился Такума, откинув невозмутимость, – главная радиостанция Перу устраивала конкурс «Лучший оперный голос Южной Америки». Я уговорил Сёко участвовать, и она в нём победила! Концерт прошёл по всем основным радиоканалам классической музыки Америки и Азии! – говорил он с любовью о жене.

Сёко ничего не слышала, и продолжала петь, находясь в своём звенящем мире. Вскоре она внесла в комнату заварочный чайник, и усевшись, приобняла мужа, положив ему голову на плечо, всего на секунду, но этого было достаточно, чтобы понять насколько они близки. «Где же японская отстранённость и строгие правила не показывать личных отношений? – восхитилась Рита. – Япония бдит традиции своих жителей, но не может контролировать улизнувших на другой континент, каковой предписывает иные правила», – пришла она к выводу.