Чтение онлайн

— Да ведь этот мерзавец говорит, что он помер и даже спален им дотла. Тезка-то мой.

— А мне пишет вот неизвестный, пожалуй сам этот Феникс, что Гриша жив. Вот прочтите.

Потемкин подумал, взял у Софьи Осиповны письмо Алексея, анонимную записку и, кроме того, написав несколько строк, дал ей подписать. Это было краткое заявление о раскаянии Норичей и согласии графа Зарубовского снова признавать Алексея за внука и законного наследника.

— Ну вот я с этим сейчас к матушке-царице. Теперь я вами доволен и готов сам ехать к фокуснику с обыском. Коли не был «спален невежей», — невольно пошутил Потемкин, — то мы моего тезку, Гришуху, отвоюем.

Графиня, отчасти успокоенная, поехала домой, а Потемкин стал собираться в Зимний дворец.

Но в эти мгновения курьер уже скакал по Невскому из дворца в Аничков дом с приглашением Государыни явиться князю немедленно.

За час перед тем, что графиня Зарубовская явилась к Потемкину, с государыней случилось маленькое происшествие, виденное целой толпой народа.

Придя в себя лишь наполовину, Алексей, уже после исчезновения Иоанны, решил, не колеблясь ни минуты, сознаться тотчас в невольном дерзком обмане царицы, рассказать все подробно и просить о своем аресте, даже о строгом наказании по законам.

— Именно скорее сам себя выдам головой и наказания просить буду! Легче на душе станет! — бормотал он.

Не сказав ни слова обеим девушкам, за что он оскорбил графиню Ламот, он только простился с ними и быстро, без оглядки, все еще бледный выбежал из дома. Девушки кричали ему вслед, усиленно звали его, но он даже не обернулся.

«Куда? К кому? — мелькало у него в голове как сквозь туман. — К Рылееву! — решил он уже на полдороге. — Он начальник полиции! Ему себя и выдам».

Между тем он шел быстро, бормотал, махая руками, и не замечал того, что на него оглядываются все прохожие… Так достиг он Царицына луга и пошел через него, очевидно не понимая и не зная, куда он идет… Шагая бессознательно вперед, он вдруг должен был остановиться перед оградой. Это был Летний сад.

Алексей оглянулся, отчасти пришел в себя и выговорил вслух:

— Что же я делаю! Где Рылеев? Где он живет… Что за сад…

Он стал озираться кругом себя и вдруг увидел у ворот ограды изящную позолоченную карету с цугом белых коней, а около них придворных лакеев, скороходов и двух кавалергардов верхом. Вокруг кареты была толпа зевак.

Сразу понял все Алексей и бросился к этой карете, огибая ограду.

— Сама судьба сюда привела… Это она! Она! — почти закричал он на бегу…

Действительно, из сада выходила государыня и после прогулки приближалась тихо к поданной карете в сопровождении одной фрейлины.

В ту минуту, когда императрица явилась в воротах, к ней, растолкав толпу, бросился молодой человек в дворянской домашней одежде, но без парика, без шляпы и без шпаги… Он упал на колени перед ней, зарыдал, силился что-то сказать и не мог… И, только схватив край ее платья, целовал его и закрывал им себе лицо. Государыня сначала невольно вздрогнула, лакеи бросились было оттащить от нее безумца, за ними и вся толпа колыхнулась.

— Постойте… оставьте… — вымолвила Екатерина.

Своим опытным и зорким глазом она увидела, что имеет дело не с сумасшедшим, а с человеком, сейчас только пораженным горем или бедой…

— Что вам, говорите! Кто вы?.. — милостиво вымолвила она, нагибаясь, чтобы видеть того, который лежит у ее ног.

— Простите… Простите…

Только эти два слова и мог произнести Алексей и. лишившись чувств, повалился на землю… Но государыня, вдруг пристальнее приглядевшись к безжизненному и бледному лицу лежащего, сразу узнала того несчастного молодого человека, о котором просила даже Потемкина похлопотать. Она прошла и, сев в карету, приказала позаботиться о лежащем в обмороке.

— C'est le mousquetaire de la reine de France! [13] — обратилась она к своей спутнице. — Какая новая беда с ним приключилась? И так уже судьба его была горестная.

— Он сказал: «Простите!» — заметила фрейлина. — Он прощения просил.

— Прощения? Да. Правда! Конечно… Странно!..

Императрица задумалась.

Вернувшись во дворец, она тотчас послала за Потемкиным. Вельможа явился, выслушал рассказ государыни о русском мушкетере, затем передал все слышанное им от графини Зарубовской, то есть что он не замешан в воровстве ребенка, а граф снова признал его за внука.

— В чем же он прошенья просил? Все загадки… — сказала Екатерина. — Надо разгадать,

— Разгадаем, — весело отозвался Потемкин. — Такие ли загадки разгадывали. Я его сейчас же велю разыскать и привести к себе… В сумерки, матушка, даю слово, будем иметь разъяснение сего ребуса мушкетерского!

И Потемкин сдержал слово. В сумерки он явился снова во дворец после свидания с Алексеем и подробно все доложил государыне, все, что долго и горячо рассказывал ему Алексей о его знакомстве с Калиостро и графиней Ламот.

Государыня выслушала все и покачала головой.

— Чем же он виноват. Коли мы обманулись, даже здешняя амбассада [14] французская обманулась, то ему и Бог велел быть обманутым. Ему бы молчать, да со всеми русскими и французскими онёрами [15] и уехать подобру-поздорову. И концы в воду.

— Конечно, матушка, его никто не выдавал, он сам себя выдал. Все повторяет одно: я не негодяй, я честный человек, но я преступник по опрометчивости и требую наказания.

— Требую?.. — улыбнулась государыня.

— Требует наказания! Так и орет на меня грозно и во всю глотку: накажи! — рассмеялся Потемкин.

— Хорошо, я его накажу по-своему и по делам его! — двусмысленно улыбнулась государыня.

— Ну, а насчет волшебника, да и волшебницы тоже… Как прикажешь? — спросил Потемкин.

— Вестимо все, что должно и можно. По законам.

Графиня Иоанна Ламот хорошо знала людей, и это знание приобрела из деятельной практики и из опыта. Поэтому она была уверена, что молодой безумец не поедет требовать ничего от графини Зарубовской, но, разумеется, воспользуется почетным французским и русским званиями и тотчас уедет с невестой и сестрой в Испанию, чтобы там получить громадное состояние после венца.

Стало быть, деньги Зарубовских надо получить его именем себе самой.

Иоанна, оправившись от оскорбления и насилия, совершенного над ней безумцем, побывав дома, собралась ехать к графине Софье Осиповне, когда в ее квартире появился Калиостро…

Кудесник был взволнован и озабочен.

— Что с вами? — удивилась Иоанна.

— Скверны наши дела. Что Норич?..

— Отказался наотрез, конечно… Я этого и ждала. Не будь он у меня в руках — было бы еще хуже. Теперь я еду сама кончать с матерью. Конечно, от его имени…

— Надо спешить, графиня. Надо спешить.