Чтение онлайн

– Что ты мучаешься? – спросил муж. – Вытащи вторую и оставь туфли дома.

– Нет уж, у меня с собой только пляжные шлепки, это единственная пара нормальной обуви.

– Ну, тогда послушай свою подругу и положи ее в сумочку с документами.

– Других вариантов нет? – спросила я.

Муж и Лелька пожали плечами, и мне стало понятно – других вариантов не будет.

Последний день перед отъездом прошел в суматохе. С утра непрерывно звонил телефон, и меня приглашали на встречи, конференции и собрания различных организаций. Я вежливо благодарила и сообщала, что уезжаю в отпуск. Мне еще нужно было зайти в школу к сыну, не забыть оплатить телефон, купить продуктов и приготовить что-нибудь вкусненькое своей семье, дабы немного скрасить наше расставание.

Днем позвонила Неля, и мы договорились встретиться завтра на перроне у нашего вагона.

В ночь перед отъездом мне приснился жуткий сон: в лучах заходящего солнца я шла по набережной хромающей походкой, в одной правой туфле, замотанная в ту самую рыболовную сеть с люрексом, а на моей голове красовалась эксклюзивная шляпа в жутких зеленых розочках. Навстречу мне радостно прыгал Дюсик с цветной бутылочкой в руках и, размахивая ею, истошно вопил: «Авария! Берегись! Авария!» А завершала этот кошмар Неля, неловко бегущая в ластах и размахивающая розовым шелковым зонтиком от солнца. Она что-то угрожающе кричала вслед убегающему Дюсику.

Я проснулась в холодном поту. За окном было еще темно. Часы показывали полшестого. «Все равно больше не засну», – подумала я и, тихо встав с кровати, пошла на кухню.

Мой поезд отправлялся в два часа дня, и поэтому прощание с семьей происходило утром. Я расцеловалась с сыном и мужем и выслушала последние пожелания и напутствия в дорогу. Мы расстались, и только я подумала: «Теперь приму душ перед дорогой, попрощаюсь с Лелькой по телефону, и можно ехать на вокзал», раздался звонок в дверь. На пороге стояла Лелька и сияла, как начищенный самовар.

– Сюрприз! Меня попросили поменяться сменами, так что сегодня я свободна, как кубинский народ! – театрально раскинув руки, произнесла она.

– Заходи уж, коль пришла, свободный представитель кубинского народа, – беззлобно проворчала я, проводя подругу на кухню. – Свари, пожалуйста, кофе и возьми бутерброды в холодильнике, а я в душ, потом перекусим.

Минут через десять, сидя на кухне, мы пили ароматный кофе, и я рассказывала Лельке о своем ночном кошмаре. Допив кофе и потянувшись от удовольствия, Леля со знанием дела произнесла:

– Это, подруга, тебе привет из Кащенко. Я где-то читала, что если видишь во сне дурацкую шляпу на своей голове, то надо проверить психику.

– Кто бы говорил! – воскликнула я. – А если твоя лучшая подруга наяву, а не во сне эту самую дурацкую шляпу напяливает тебе на голову и при этом уверяет всех вокруг, что ты прекрасна, как жар-птица, что нужно проверять? Мозги или зрение? – уточнила я, и мы, не сговариваясь, рассмеялись.

– Тут, я думаю, нужно полное обследование, – сквозь смех сказала Леля. – Хотя я так и не пойму, чем тебе не угодила эта шляпка? – хитро спросила она.

Я застонала:

– Это не шляпка, Леля, это – диагноз! – Говоря это, я случайно заметила на полу небрежно брошенную Лелину сумку, из которой торчал до боли знакомый фрагмент этого самого диагноза. Меня охватило нехорошее предчувствие и, указав на сумку, я возопила: – Это что?

Отпираться было бесполезно. Леля была загнана в угол. Она вся съежилась под моим недобрым взглядом и тихо, с извинением в голосе произнесла:

– Знаешь, а я надеялась, что ты передумаешь!

Лицо ее выглядело несчастным, и мне стало стыдно, ведь она так старалась! Я встала, обняла Лельку и, посмотрев ей в глаза, сказала:

– Забудь ты про эту шляпу! Как здорово, что у меня есть такая подруга, как ты! Спасибо тебе за все!

За разговорами мы не заметили, как быстро пролетело время. Пора было ехать. Вызвав такси, мы прибыли на вокзал за час до отправления. Побродив там немного, вышли на перрон. Поезд был уже подан, и проводники, стоя у вагонов, ждали первых пассажиров. Подойдя к нашему вагону и посмотрев по сторонам, Леля спросила:

– Ну что, твоих компаньонов не видно?

– Да что-то не видно. Ну, время еще есть, подъедут.

– Давай занесем чемодан в купе, а потом вернемся на перрон, – предложила подруга.

Мы подошли к проводнице и хором поздоровались. Я, как положено, протянула ей паспорт и билет. Не поднимая головы и не переставая раскачиваться с пятки на носок, проводница хорошо поставленным командирским голосом произнесла:

– Ваш билет.

– Так вот же, – сказала я, протягивая руку ближе к ней. Проводница взяла мой паспорт и стала внимательно его изучать, то отводя, то приближая его к своему лицу.

Мы с подругой вопросительно переглянулись. «Может, плохо видит?» – подумала я, и тут хозяйка вагона подняла на меня свой взгляд, пытаясь, наверное, сравнить фотографию с оригиналом. Я с удивлением увидела на ее лице единственный здоровый левый глаз, которым она, как рентген, просвечивала меня насквозь. Правый же глаз все время нервно метался, пытаясь увидеть ее левое ухо. Проводница явно страдала косоглазием. Сверив зачем-то последнюю страницу моего паспорта с данными билета, она громко сказала: «Проходите» и назвала номер моего места.

За спиной у меня стояла Лелька и давилась от смеха. Подняв тяжеленный чемодан, мы протащили его в свое купе и разместили под нижней полкой.

– Знаешь, подруга, а ты везучая, – продолжала смеяться Лелька, – у тебя косая всего лишь проводница. Если бы ехала я, у меня точно был бы косой машинист! Ты, главное, не заказывай ей кипяток, – не унималась Леля, – и, возможно, тогда доедете без потерь.

Из моей небольшой дамской сумочки выглядывал пакет с непоместившейся туфлей, и острый каблучок неприятно давил мне в бок. Билеты и паспорт были у меня в кармане, поэтому сумочку я тоже оставила в купе. Мы вышли из вагона, пропуская входящих пассажиров. Наша проводница, не прекращая раскачиваться как метроном, бдительно вглядывалась одним глазом в паспорт очередного пассажира: она то подносила его близко к лицу, то удаляла на значительное расстояние. Около нее уже собралась толпа недовольных пассажиров, желающих побыстрее пройти в вагон на свои места.

– Не надо меня подгонять, я проверяю документы, – важно сказала проводница, читая очередной паспорт вверх ногами. Глядя на эту комичную ситуацию, я подумала, что в наш вагон можно пройти и по ветеринарному свидетельству собаки.

В этот момент из соседнего вагона выпрыгнула другая проводница и, подойдя, протянула нашей очки.

– Вот возьми, Тамарочка, – звонким голосом сказала она. – Саша прикрутил дужку, как смог, а приедешь – отдашь в ремонт или новые купишь.

– Спасибо, Людочка, – сказала наша Тамарочка и водрузила на нос огромные очки с толстыми линзами.