Чтение онлайн

Вместо этого, я отошла в сторону и впустила Сергея Николаевича в квартиру. Мне хотелось выяснить, что ему от меня нужно.

Он зашел один, охрана осталась за дверью. Разулся и стал разглядывать мое жилье.

— Присаживайтесь. Я сейчас переоденусь.

— Да, конечно.

Я достала из шкафа спортивный костюм. Зашла в ванну и быстро переоделась.

— Чая?

— А покрепче ничего нет?

— Я не пью алкоголь, поэтому кроме чая и кофе, ничего нет.

— Из-за матери не пьешь?

— От куда вы про маму мою знаете?

— Разузнал кое-что.

— Зачем?

— Давай, я с начала расскажу, чтобы вопросов не возникало. И ты все поймешь.

Я ведь не врал, ты и правда на мою знакомую похожа. Сильно. Особенно взгляд вот этот твой, опасный такой. Как глянешь, аж не по себе становится. Даже когда улыбаешься, как тогда в отеле, когда я только заселился.

Ты не первая так на меня смотришь. Я тебя, когда в холле увидел, сразу понял, что ты Наташкина дочка. Даже растерялся. Столько лет с ней не виделись, а все ещё помню, как она на меня смотрела.

— Хорошо, вы знали мою маму. Это я поняла. Но я-то при чем? Простите, конечно, но вы староваты для меня. Возможно у вас там чувства какие-то, но я не отвечу вам тем же.

— Ты не о том девочка. Мы с Наташей не долго вместе были. В две тысячных ещё хуже, чем в девяностых стало. Все типа правильными стали, но методы старые остались.

Прожили полгода вместе, а потом у меня друга посадили, Майора, ты знаешь о ком я. Ну я все дела под свое начало и взял. А она не смогла так жить, в опасности. Одна, днями и ночами. Ушла.

Записку мне оставила, до сих пор помню: «Не смогла. Прости. Всего хорошего». А я и не сделал ничего, искать не стал. Забот было много, а женщин я тогда менял часто. Подумаешь ушла и ушла. Забыл. На двадцать лет забыл пока тебя не увидел. Сразу что-то почувствовал. А потом ты фамилию свою назвала. Вот я справки и навел. Узнал, что умерла Наташка. Что дочка у неё осталась. Что в графе отец прочерк стоит.

Но отчество правильное дала…

Я не дала договорить мужчине. Сердце стучало так громко, что гулом в ушах отдавало. Ладони вспотели. Лицо горело пожаром, будто меня в кислоту окунули. Глаза набрались слезами, но я крепко сжала зубы, чтобы не дать себе разрыдаться. Я не хотела этого слышать, не хотела, чтобы он продолжал.

— Хватит. Прошу. Уходите, вам пора, — я соскочила с места и указала мужчине на дверь. Он тоже встал. Печаль в глазах. Он пожимал плечами.

— Даша, я даже до родильного дома добрался. Она тебя через семь месяцев родила, как от меня ушла. Но ты родилась доношенной, в срок. А значит…

— Нет. Слышите нет. Это очередной бред какой-то. Да что такое последнее время? Слушайте, вы просто может дочку себе хотите, я не знаю. Но вы искажаете факты. Отчество мне мама дала в честь деда. Это вообще ничего не значит. А отец? Да фиг знает кто мой отец. Она пила постоянно, она сама и не знала наверно. К нам домой постоянно мужики приходили…

— Даша…

— Все хватит, — я чувствовала, как волна истерики начинает потихоньку меня захлестывать. — Я больше не хочу ничего слушать. Господи, да я никто. Всегда была. В меня пальцем тыкали и за версту обходили. А вы будущий мер. Это все просто не может быть правдой. Пожалуйста уходите.

— Дашенька…

— Прошу вас, уходите.

Мужчина послушно пошел к двери. Он больше ничего не говорил.

Когда дверь захлопнулась, я наконец смогла выдохнуть. Забежала в ванну. Включила холодную воду и плеснула себе в лицо. Ещё раз и ещё. Я никак не могла прийти в себя.

В словах мужчины всё-таки была логика. Ну а мне то что? Даже если и так. Какая разница? Я знать его не знаю, а он меня.

Мне нужно с кем-то поговорить. И я знаю с кем. Единственный человек, который может прояснить ситуацию — Тетя Лида.

Видимо пора съездить туда…

* * *

Сегодня я не могла заснуть. Вроде бы засыпала и тут же просыпалась. Все прокручивала в голове слова Зверева и отказывалась в это верить. Еле дождалась, когда на часах будет семь утра. Оделась, вызвала такси и поехала туда, где я не была уже много лет.

А район преобразился. Отремонтировали фасад зданий. Построили новые магазины. Школа сильно изменилась, я помню её совсем другой.

А вот и мой старый дом. Те самые окна на втором этаже, выходят во двор. Я пошла к подъезду и набрала 108 на домофоне. Ответили не сразу.

— Кто это?

— Теть Лид, это Даша. Мальцева.

Домофон сразу противно запищал, и я вошла в подъезд. В подъезде тоже был сделан ремонт. Никаких надписей на стенах, как было в моем детство. На секунду я остановилась около двери в нашу с мамой квартиру. Дверь поменяли. Интересно, кто там живет? Хоть бы это была счастливая семья. Буду думать так.

Я уже подходила к нужной двери, когда она распахнулась. На пороге стояла тетя Лида. А она изменилась. Седина в волосах. Но та же добрая улыбка.

— Здравствуйте Теть Лид.

— Дашка. Это правда ты? Вот же вымахала. Деваха, такая красивая.

— Давно не виделись.

— Давно. Проходи, что в дверях стоишь. Пойдем чаю попьем.

— А я торт купила.

— Проходи, проходи, у меня тут ничего не изменилось.

Я оглядела квартиру. И правда, все так же, как и тогда. Я частенько пряталась у теть Лиды, когда мама была «не в духе». Ночевала постоянно. Тут мне было спокойно и безопасно.

— Как вы живете? Все хорошо?

— Хорошо, Дашка. Хорошо. Ты то как? Столько лет ни слуха не духа, а сейчас приехала. Случилось что?

— А что вы знаете о моем отце?

— Так и знала, что ко мне приедешь. Этот, как в город заявился, я сразу о тебе и подумала.

— Это правда?

— Сейчас. Я тебе что-то покажу.

Женщина вышла в другую комнату. Через пару минут вернулась и протянула мне фотографии, аккуратно завернутые в старую газету.

Я развернула и посмотрела на фото. На первом я сидела на коленях у мамы. Она такая красива. И правда, я на неё сильно похожа, даже очень. Мне на фото года три примерно. Мы улыбаемся. Следующее фото было, наверное, с детского сада. Там я в костюме, то ли принцессы, то ли снежинки. А рядом мама. Выглядела она отлично. Я её такой не помню, совсем.

Ну о вот следующее фото все подтвердило. На нем мама сидит на коленях у Зверева. Он молод, но это точно он. Рядом с ним ещё какой-то мужчина и женщина. Мне не знакомые.

— Он мой отец?

— Да. Мамка твоя пузатая сюда вернулась. Родители её померли уже к тому времени. Она не всегда пила Дашка. Но что-то в ней сломалось потом. Ты на неё зла не держи.

— Легко вам говорить. Вы же сами видели, как я росла.

— Видела. Но что старое вспоминать. А он что, нашел тебя?

— Ага. На работу ко мне заявился и говорит, что сразу понял. А я ему не поверила.