Чтение онлайн

Первым соперником Джема стал здоровенный парень придурковатого вида, работавший на конюшне. Его выставил лорд Ледбери, оплатив участие. Джему было очень жаль гонять мальчишку кулаками по рингу, и он шептал противнику:

— Просто упади и не поднимайся.

В конце концов дурачок внял совету, но лицо его к этому времени уже было все в ссадинах.

Джентльмены проводили бедолагу с ринга свистом и бранью. Следующим вышел другой слуга, высокий лакей, не то подбадриваемый, не то понукаемый веселыми джентльменами и дамами. У него получилось лучше: он даже разок ударил Джема в живот, но потом тот просто прыгал вокруг соперника, словно боксируя с тенью, и время от времени поглядывал на меня, пожимая плечами и словно спрашивая: «И что мы здесь делаем?»

Когда лакей оказался на помосте и благоразумно предпочел не подниматься, толпа громким ревом приветствовала тощего паренька в рабочей рубашке и штанах, который полез через канаты. Ему было не больше двенадцати, и Джем, увидев его, похоже, немного вышел из себя. Он принялся бегать по рингу и выкрикивать в толпу:

— А как же вы, джентльмены? Может, кто-нибудь из вас попробует? Я не собираюсь бить ваших подневольных, а тем более детей… — Он схватил мальчишку в охапку и выставил с ринга, но тут к нему с криком подбежал Пэдди:

— Нет, Джем! Ты что? Ты должен принимать любой вызов и драться с любым противником!

Разумеется, ирландцу было все равно, кого дубасит Джем, пока сам он получал за это свои пять шиллингов.

Потом над толпой поднялся громкий рев, и на ринг вылез голый по пояс человек с длинными темно-рыжими волосами. Этот был из благородных, и зрители приветствовали его криками:

— Давай, Джордж! Давай! Научи босяка, как нужно драться!

Накачавшийся вином до полного безумия невысокий толстяк, почти раздетый, если не считать нижнего белья и цилиндра, орал:

— Он же безмозглая деревенщина, Джордж! Покажи этому невеже, почему такие, как он, всегда будут в подчинении у благородных!

Сопровождаемый криками, шутками и хохотом, противник принялся расхаживать по рингу, словно там и родился, воздевая руки и принимая воинственные позы, срывавшие аплодисменты толпы. Вокруг талии у него был золотой пояс, и для дворянчика претендент выглядел неплохо. Впрочем, он был слишком увлечен самолюбованием и поначалу лишь пытался разозлить Джема, манерно посылая ему воздушные поцелуи и сопровождая их подмигиванием и улыбочками.

Толпа улюлюкала и радостно хлопала, а я видела, что Джему хочется оторвать наглецу голову. Этот противник немного умел двигаться и начал приплясывать, пытаясь найти возможность для атаки. Он сделал несколько выпадов, но Джем все видел и отвел душу, встретив его парой резких прямых ударов и коварным боковым в голову.

Когда выступила кровь, рыжий взревел, вытер рот и размазал кровь по телу. Понятия не имею, зачем он это сделал, — чистое безумие посреди боя, — но зрители были вне себя от восторга. Они вопили: «Дикарь! Дикарь!», «Первая кровь!» и «Вы благородный варвар, сэр!».

Джем дал противнику еще немного покрасоваться перед друзьями, а потом уложил одним ударом прямо под подбородок: голова запрокинулась назад, и рыжий вырубился.

Раздались крики и насмешки, а потом еще несколько молодых приятелей лорда Ледбери отважились бросить вызов, и каждый из них выглядел жеманнее и женственнее предыдущего. Уложив на помост еще троих. Джем подошел ко мне и сказал:

— Да я этих богатеев могу хоть целый день колотить, Энни.

Тут зазвенели фанфары, толпа расступилась, и появился лорд Ледбери в костюме римского императора со складчатым пурпурным плащом и золотым лавровым венком. Он поднял руки и направился к рингу, выкрикивая: «Ессо inimicus vulgo!» [21] , и толпа подхватила этот клич, хлопая в такт.

Оказавшись на ринге, его светлость сбросил плащ и остался совершенно обнаженным, если не считать куска кожи, обернутого вокруг бедер, и кожаных ремней на ладонях, запястьях и лодыжках. Толпа приветствовала его дружным ревом и выкриками «Inimicus vulgo!», и я пожалела, что не занималась с сестрами Уоррен латынью.

Сэр Персиваль начал бой с того, что пошел в клинч, едва прозвенел звонок. Он был почти на голову ниже Джема, и какое-то время они толкались туда-сюда. Я видела, что мой жених не знает, что делать, поскольку противник просто висел на нем где-то в районе пояса. Джем попытался несколько раз ударить его светлость по почкам, а потом просто приподнял его, оторвав ноги от земли, и в развороте отшвырнул на канаты. Толпа взревела, раздались выкрики: «Фол!», и Пэдди вмешался, вынеся Джему предупреждение, как в настоящем поединке.

Задира кивнул, и тут его светлость, вынырнув из-за спины Такера, со всей силы ударил Джема в челюсть, а потом отскочил, помахав руками толпе. Я видела, что Джему сильно досталось, но он удержал себя в руках и отступил, принимая стойку и позволяя противнику самому идти в атаку. Они ходили кругами, внимательно следя друг за другом, и толпа начала затихать, ожидая, когда кто-нибудь из бойцов решится действовать. Наконец его светлость с ревом бросился вперед и открылся, выбросив вперед правую руку. Джем легко мог его уложить — я бы так и сделала. Но мой жених спокойно уклонился и нанес несколько коротких ударов. Потом он начал медленно обходить соперника, делая прямые жалящие выпады, и над толпой разносились звучные шлепки при каждом попадании в цель.

Некоторые снова начали скандировать «Inimicus vulgo!» и «Давай, Перси!».

С моего места было прекрасно видно, в чем проблема: его светлость был уже наполовину готов — он не мог сфокусировать взгляд и пошатывался после каждого тычка. Джем тоже это заметил и крикнул Пэдди:

— А нам заплатят, если я его уложу?

Лорд Ледбери услышал и расхохотался:

— Да я засыплю тебя деньгами, мой прекрасный зверь!

— Что он задумал, Пэдди? — спросил Джем, сближаясь и снова нанося точный и чистый удар, вспоровший сопернику щеку.

— Еще, еще, Адонис! Это просто прелестно! — воскликнул его светлость, опустил руки и двинулся прямо на противника.

— Эй, подними руки, парень! — крикнул ему Джем. — Я не стану бить того, кто не защищается!

Я молилась, чтобы Джем просто вырубил его и покончил с этим.

Толпа снова начала шуметь. Одни кричали, чтобы Джем добил соперника, другие призывали Перси атаковать изо всех сил.

Пока лорд Ледбери обернулся к толпе и поклонился, подняв руки, чтобы показать кровь, льющуюся из ссадин, Пэдди подскочил и прошептал что-то Джему на ухо.

Между тем Перси, как и предыдущий боец, провел ладонью по липу и груди, размазывая кровь, а потом сплюнул на траву и крикнул:

— Я покоряюсь гиганту и предлагаю себя ему! Я стану его Патроклом!

Среди собравшейся знати послышались радостные крики и гиканье. Кто-то протянул его светлости бутылку шампанского, и тот сделал несколько жадных глотков, а потом провозгласил:

— Венок герою!

Лорду протянули золотой венок, и он, пошатываясь, направился к Джему и Пэдди. Вытащив соперника в центр ринга, Перси возложил венок ему на голову и поднял его руку с криком: «Vulgo grandinem!» [22] , и толпа зашлась в крике.