Чтение онлайн

Жрец немного подождал, пока уляжется гул одобрительных возгласов, и снова заговорил:

– Этот подлец посмел нести хаос и смуту в наши ряды, разобщая братство, пытаясь разрушить то, что долгими годами возводилось милостью Темного Владыки! И мы все, как один, презираем его за это!

Толпа разразилась одобрительными выкриками, так что жрец снова вынужден был сделать паузу. Когда тишина была восстановлена, он продолжил:

– Этот подонок отвратителен, даже по меркам глупых смертных, ибо без колебаний воспользовался тем, что они почитают за высшее благо! Он использовал дружбу, он лгал без зазрения совести и толкал наших братьев, считавших его своим другом, на путь сопротивления Черной Руке! А это значит, он обрекал братьев на верную смерть! И мы все, как один, презираем его за это!

На этот раз толпа зашумела еще сильнее, а Рэндалл, похолодев, слушал, как множество глоток орало: «Смерть предателю! Вырвать его поганый язык! Убить изменника!»

Наконец жрец поднял руку, призывая к тишине, а затем воскликнул:

– Однако, каждый из нас знает, что восстающих против Черной Руки, ожидает справедливое возмездие и суровая кара! И сегодня все мы станем свидетелями торжества воли Владыки над ничтожеством, дерзнувшим бросить ему свой жалкий вызов!

После этих слов жрец подал знак одному из воинов позади связанного Рика. Тот подошел к подставке и взял темно-красную шкатулку, открыл ее и стал рядом со жрецом. В шкатулке лежал уже знакомый Рэндаллу, да и всем остальным братьям, ритуальный кинжал. Жрец, тем временем, указал посохом на Рика, и Рэндалл заметил как ослепительно блеснул черный камень в навершии, очевидно отражая свет факелов. Жрец провозгласил:

– А впрочем… Дарую тебе последнее слово! Говори, ничтожество!

Рик поднял голову, обвел присутствующих взглядом и рассмеялся, однако смех вскоре перешел в хриплый кашель. Откашлявшись, парень воскликнул:

– Вы молитесь тому, кто абсолютно слеп и глух к вашим молитвам! Ему плевать на вас, ему плевать на ваши жалкие жизни… и на ваши жалкие смерти во славу его имени! Это он – ничтожество!

Рэндалл слушал Рика, не веря своим ушам. Он подумал, что это часть какого-то хитрого плана спасения: сейчас Рик подаст знак, и братья пойдут в атаку, а сам Рэндалл приготовился прыгнуть и в одно мгновение пронзить сердце жреца. Однако, Рик продолжал:

– Есть лишь один истинный бог – и это Цирик! А ваша жалкая церковь обречена на уничтожение! Пока вы разобщены – мы будем пожинать плоды вашей глупости, зависти, гордыни, предательства… И пусть мне суждено умереть сегодня… сейчас… Наше дело будет жить, и, в конце концов, ваша церковь будет уничтожена вместе с вашим жалким божком!

Рэндалл почувствовал, как его дыхание перехватило, и кровь прилила к лицу, так что оно теперь горело. Толпа вновь начала заводиться, послышались призывы поскорее прикончить предателя. Жрец снова призвал к тишине и воскликнул:

– Рэндалл, подойди! Покажи этому ничтожеству, сколь могущественна и безгранична воля Темного Владыки! Вырви его лживое сердце!

Рэндалл невольно сделал несколько шагов, протянул руку и крепко сжал ручку кинжала. С пяти лет его учили, что Цирик – это злобное мелкое божество, которое вечно пытается строить козни против Черного Лорда, а все его последователи заслуживают лишь смерти. Рэндалл без колебаний перерезал бы горло любому, кто попытался бы растоптать всё, во что он свято верил. Но Рик был его другом. Он направился к Рику, глядя прямо в его здоровый глаз, колеблясь и пытаясь понять, предал ли его друг, или же все эти богохульства – не более чем часть какой-то замысловатой игры. Через мгновение Рик, с ненавистью глядя Рэндаллу в глаза, зарычал:

– Что, Рэндалл, струсишь так же, как и твой ложный бог?!

– Ты был моим другом…

– Дружба – лишь иллюзия для слабых духом!

– Ты был мне братом, Рик! Я любил тебя!

– Любовь – это обман! Тебя много лет учили быть верным только твоему мерзкому лживому богу, но ты даже этого не смог понять! А еще мечтал стать верховным жрецом… Ты думаешь, твой отец был жалким? Да ты еще более жалок…

Глядя прямо в лицо юноше, Рик рассмеялся, а Рэндалл, покрасневший, с раздувающимися ноздрями и стиснувший до хруста зубы, вонзил кинжал Рику в грудь. Ослепленный яростью, он ударил еще несколько раз. Кровь, хлеставшая из живота и груди Рика, заливала лезвие ножа и руки Рэндалла, брызги попали ему на лицо. Он снова стоял в этом зале, будто парализованный, и смотрел – теперь на пробитую и залитую кровью грудь Рика.

Вдруг Рик захрипел, с усилием поднял голову, и Рэндалл увидел красные пузыри на губах пленника. Их взгляды встретились, но теперь Рик смотрел не с ненавистью. Рэндалл прочитал во взгляде скорее усмешку, а потом – бескрайнюю боль. Юноша отбросил кинжал в сторону, изо всех сил зажмурил глаза и снова открыл их, будто не веря в происходящее. Рик теперь уставился в одну точку, Рэндалл обернулся и проследил за его взглядом. Рик глядел на черный камень в посохе жреца, который опирался о него левой рукой, а правую вскинул вверх и вещал громким голосом:

– Сегодня мы стали свидетелями явления воли нашего Повелителя! Во всей вселенной нет ничего, что могло бы противостоять его силе и его безграничной мудрости. Черная Рука вечен! Славься, Черный Лорд!

Толпа исступленно зашумела, но Рэндалл почти ничего не слышал. Из него будто всё вынули, разбили на мелкие кусочки и засыпали обратно. Мысли путались, руки и ноги не слушались, парень повернулся к Рику, но его голова уже безжизненно склонилась вперед, а тело бессильно повисло на веревках.

Рэндалл практически не помнил окончание суда, он ходил по залу вместе со жрецом и несколькими солдатами, что-то отвечал братьям, которые подходили к нему, жали руку, шутили, а некоторые высказывали слова восхищения и даже поздравления. Уже под утро Рэндалл кое-как доплелся до мастерской, медленно поднялся к себе, рухнул на кровать и забылся тяжелым сном.

Крастер наблюдал за казнью сверху, с небольшого балкона, который был скрыт в полумраке. Отсюда открывался отличный вид на всех собравшихся, а вот капитана никто не мог видеть. Крастер следил за теми братьями, которых Рик собирался использовать для устранения жреца. Конечно, капитан не думал, что кто-либо из них кинется спасать Рика, так как это было бы настоящим самоубийством, но тем не менее, у него все-таки оставались некоторые сомнения насчет Рэндалла – этот может и броситься, когда жрец приступит к делу. Но рядом с владыкой достаточно солдат, которым велено уделить особое внимание поведению Рэндалла и остальных мятежников. Крастер видел, что все заговорщики растеряны, каждый нервно озирается, очевидно разыскивая взглядом своих товарищей, оценивая обстановку и ища поддержки. Но сразу после ареста Рика все они были разделены: кто-то изолирован в убежище, кто-то отпущен под наблюдением. В любом случае никто из них не имел ни малейшей возможности связаться и скоординировать свои дальнейшие действия. Сейчас мятежники были расставлены в разных частях зала и окружены другими братьями. Заговор был подавлен, а со смертью Рика он будет уничтожен окончательно.

Жрец начал свою речь. За годы служения Черной Руке Крастер слышал сотни подобных речей, и все они были практически идентичны – жрец произносил одни и те же слова, незначительно меняя формулировки. Крастер понимал, что такие речи необходимы, чтобы поддерживать святой огонь веры в могущество Темного Лорда в сердцах братьев, однако его до сих пор удивляло, как братья всякий раз восторженно реагировали на подобные разглагольствования, не замечая их однообразия. Много лет назад, когда Крастер был еще неопытным юнцом, он также восторженно внимал речам командиров и жрецов, однако в то время он, как и все окружение, поклонялся совершенно другому божеству. С тех пор слишком много горьких уроков и разочарований было испытано, так что сейчас капитана совершенно не трогали громкие слова. Он не любил болтунов, не умел произносить длинные витиеватые речи, а был человеком дела – его задача состояла в обеспечении безопасности братства и исполнении воли Черной Руки, а нести всякую высокопарную чушь, пусть и порой необходимую, он считал не самым достойным занятием.

Жрец тем временем начал описывать все злодеяния Рика против братства. Толпа одобрительно зашумела, требуя прикончить предателя, а Крастер отметил, как вытянулось и побледнело лицо Рэндалла, да и остальные заговорщики выглядели совершенно потерянными и раздавленными.

«Теперь каждый из вас, идиотов, десять раз подумает, прежде чем замышлять что-либо против верховного круга», – подумал Крастер. Жрец даровал последнее слово Рику. Это несколько удивило Крастера, поскольку обычно владыка такого не делал. Рик начал говорить, и Крастер до боли в пальцах сжал деревянные перила балкона.