Чтение онлайн

Зато сильно повезло немного позже. Она приблизилась к городу, когда солнце уже поднялось в зенит, и около невысокого царапанного телепорта старой модели увидела компанию из трёх рептилоидов. Рефлекторно облизывая губы двойным языком, они что-то горячо обсуждали. Раньше она обходила такие компании стороной, слишком уж выделялись их тёмные толстовки и надвинутые на головы капюшоны на фоне общего позитива. Одетые не по погоде, говорящие вполголоса и замолкающие при виде незнакомцев – они казались настоящими маргиналами. Однако, в данной ситуации, наверное, именно они и могли помочь.

– Привет, – поздоровалась с ними Ева и почувствовала неловкость.

Рептилоиды рассматривали её молча.

– Я ищу Мнемоса.

– Не знаем такого, – ответил один из них, самый высокий, и выудил из кармана самокрутку.

– Мнемос, один из лучших стирателей памяти в Персее, рептилоид… – рассеяно жестикулировала Ева.

– Нет, не знаем, – хмыкнул второй, пока первый зажигал самокрутку.

Ева тупо посмотрела ему в глаза. Потом оглянулась – вокруг не было никого из тех, кто мог бы ещё помочь. Раздосадованная, она уже собиралась развернуться и уйти, но вдруг выпалила:

– Я знаю Нейбора.

Рептилоиды по-прежнему молчали.

– Нейбора… продавца травки, что… что чалится сейчас в государственной тюрьме. Я его братуха, типа, – внезапно соврала она.

– Не знаем такого, – вновь заговорил высокий, выдыхая дым в сторону и улыбаясь.

Ева почувствовала негодование.

– Где тогда берёшь свою? – нахмурилась она, решив идти ва-банк.

– Чё? – опешил высокий.

– Ты правда думаешь, что похоже, что ты лечишь астму? – Ева подошла к рептилоиду, и, сама удивляясь своей смелости, двумя пальцами вытащила самокрутку из рта ящера.

Затем она, сощурившись, затянулась, и выдохнув дым, заговорила:

– Обычный, просушенный канабис. С щепоткой ванили? Ну и извращенец. От него же несёт за километр, – она затянулась ещё раз, – не слишком забористый, наверное, не дали дозреть. Впрочем, сойдёт.

Ева вернула самокрутку.

– Если купить медицинские фильтры – они совсем недорогие, и, закручивая, вставить их в конец получившейся сигареты, то трава не будет оставаться на губах после втягивания.

Высокий посмотрел на самокрутку и, затянувшись, взглянул на своих друзей. Те пожали плечами.

– Нейбора братан, говоришь? По тебе же видно, что ты из этих, – рептилоид кинул взгляд вверх, – из элиты. Эта хрень на башке ничего не меняет. И что же Нейбор сам не сказал тебе, где обитает Мнемос?

Ева замялась, посмотрела на свои ноги. Поток мыслей ворохом пронесся в голове, но ничего путного из него выцепить не получилось.

– Вы знаете про Эда, человеческого мужчину? – начала она и рептилоиды кивнули ей, – Мнемос стирал ему память. А ещё Мнемос стирал память коренному персеянину, который убил мать Эда. Потом в этом обвинили мужчину. Получается, правда известна одному ему.

– И че? А ты типа за справедливость? – высокий сощурился.

– Ну, мне нужно поговорить с Мнемосом. Если он не даст показаний – пострадает невиновный, – пожала плечами девушка.

– Да, да, – засмеялся один из рептилоидов, – просто тяночке захотелось кунца, вот ты и…

Но тут высокий обернулся и грозно посмотрел на друга. Тот замолчал, не договорив.

– Мнемос тебе не поможет, – покачал головой собеседник Евы, – он столько дел провернул, не совсем законных, что ему светиться будет неохота.

– Я бы хотела поговорить с ним всё равно.

– А ты чего какая грязная? Типа в бегах? – высокий сощурился.

– Нет, – замотала головой Ева.

Рептилоид глухо рассмеялся, стянул с себя толстовку, под которой оказалась плотно облегающая мускулистое тело майка, и протянул Еве.

– На, одень, авось поможет. Видишь – он развернулся спиной и тыкнул чешуйчатым пальцем в одно из высоких зданий вдалеке, – вон, высотка. Поищи в подвале.

– Спасибо, – девушка кивнула и устремилась в указанном направлении, на ходу надевая толстовку.

– Стой. А Нейбор то чё? – окликнули её.

– Выйдет через пару недель, – ответила она им и накинула капюшон.

От толстовки приятно пахло парфюмом. Ева засунула руки в карманы и быстро зашагала, смотря прямо перед собой. Мыслями она возвращалась то к выручившему её рептилоиду, то к Джеймсу, который каким-то способом получил-таки письмо Анны и отдал ей – покорить что ли хотел? – то к Нане. Наверное, она со всеми будет ждать её на исходе ночи около трассы. Но, подруга ведь будет не одна? Разберутся, не маленькие.

Краем глаза девушка заметила, как от неё отворачиваются прохожие, как её обходят стороной – также, как она раньше обходила прочих маргиналов. Ева передёрнула плечами и ускорила шаг. Наконец перед ней возникла указанная высотка.

Девушка обошла её пару раз, прежде чем заметила серый подвальный вход. Она подошла и дёрнула за ручку. Дверь была заперта. Ева постучалась, но ответом ей была тишина. Девушка постучалась сильнее. Затем поднесла ухо к двери, прислушиваясь.

За дверью тоже было тихо. Девушка осмотрелась и увидела над дверью крошечную камеру, направленную прямо на неё.

– Эй, там есть кто-нибудь? – сказала она, вглядываясь в блестящую линзу и отмечая про себя, что линза – явный fish-eye.

– Мне нужен Мнемос, у меня к нему дело, – она замолчала на пару секунд и решила добавить знакомое имя, – я от Нейбора.

Дверь пикнула и Ева потянула ручку – та поддалась. Девушка шагнула вперёд и увидела старую бетонную лестницу, ведущую ниже. Зажглась неоновая подсветка.

Ева спустилась вниз и перед ней распахнулись ещё одни двери. Она увидела небольшой кабинет, дорого, но безвкусно обставленный. Особенно ужасно здесь смотрелось огромное зеркало в раме и огромный стол. В конце комнаты был ещё один выход с погасшей табличкой «не входить». В кресле сидел рептилоид. Конечно, назвать маргиналом его было нельзя – белый халат с закатанными рукавами, серьёзная книга о нейрофизике в руках. Однако, шрамы на косточках пальцев и отсутствие чешуек на шее выдавали в нём болезненное бойцовское прошлое. Он молчал, рассматривая девушку.

– Нейбор не настолько мне знакомец, чтобы светить его именем. Однако, возможно у тебя какое-то дело ко мне?

– Вы Мнемос? Это вы стираете память?

– Нет, что ты, я не занимаюсь таким, это же противозаконно.

Ева нахмурилась.

– Если вы действительно Мнемос, то вы должны знать моих друзей. Вы стирали память Эду – мужчине, которого обвиняют в убийстве матери. И вы стирали память Пи.

– Всех не упомнить, – рептилоид облизнул губы.

– Дело в том, что… вы стирали воспоминания об убийстве у Пи. А у Эда ничего такого не было, верно?