Чтение онлайн

В голове разгорается пожар. Он поглощает меня. Ощущаю, как языки пламени сжигают мой разум, спокойствие, сдержанность. Они пеплом оседают внутри черепной коробки.

Моргаю.

В следующее мгновение обнаруживаю себя стоящей на коленях на её дубовом столе. Когда успела смести с него все бумажки, с помощью которых она изображала бурную деятельность, понятия не имею.

Пальцы впились в её липкие, залаченные волосы.

Вижу напротив напуганные, ошалелые, изумлённые глаза матери бывшей одноклассницы.

Усталость и страх так давили на меня, что я едва ли была способна адекватно обрабатывать информацию. И, стоило понять, что с помощью этой мымры я рискую потерять Аню, мозг закоротило.

С моих губ сыпались угрозы. Бесполезные. Бестолковые.

Ну что я могу ей сделать? Как запугать, чтобы она не звонила в службу опеки? Я не смогу жить, зная, что Аня где-то далеко и ей плохо.

Моргаю.

Я всё так же сижу на своём месте. Опускаю взгляд на сжатые на коленях кулаки. Смотрю прическу директрисы, что в полном порядке.

По-прежнему улыбается, чуть наклонив голову вбок. Наблюдает за моей реакцией.

Как бы мне хотелось действительно вцепиться в её рожу. Выколоть эти глазки, как пуговки, и стереть ехидную улыбку.

Но я всё же чуточку соображала. В кабинете установлены камеры. А мне не хватало только ещё одной повестки на допрос.

В случае с её дочкой я знала, что та не посмеет на меня жаловаться. Ну разве что мамочке. Наши общие знакомые не простили бы ей стукачество ментам.

А мамашка использует любую возможность, чтобы меня закопать. И я не хотела давать ей лишний повод.

Не удивилась бы появлению на моём пороге главы их семейства. Того самого, что заработал на должность жене и цацки дочке. Удачливый гопник, оказавшийся в нужное время в нужном месте. Видела я его в школе. Чесал яйца прямо на линейке.

Воображение рисует, как он вызывает меня на разговор. Объясняя, как чёткий мужик, чтобы не трогала его баб. Ещё и брательников своих позовёт. Для пущей убедительности.

Я молчала. Чуяла, что она исполнит сказанное в любом случае. Значит, всё впустую. Могла бы попробовать поунижаться. Наверняка она рассчитывала, что я примусь ползать у неё в ногах. Но разве это помогло бы удержать её от звонка в опеку? Только ей удовольствие бы доставила.

Хлопнув дверью, я покинула её кабинет и наткнулась на стоявшую, прислонившись к стене, Аню.

Опускаюсь на колени и обнимаю её что есть мочи. Розовый пуховик сдувается от моего натиска, а девочка пищит, но не дёргается. Я не хочу её терять. Она всё, что у меня есть. Мой самый близкий человек. Губы кривятся от подступающих слёз, и я не разжимаю объятий, чтобы она не видела их.

— Спичка, я сейчас задохнусь, — сдавленно произносит, имитируя нехватку воздуха.

— Прости, Пирожочек.

Я быстро поднимаюсь на ноги и отворачиваюсь. Украдкой вытирая уголки глаз.

— Спичка, всё так плохо? Что случилось? Что ведьма тебе сказала?

— Ерунда, Нют, ничего такого, с чем бы я не смогла справиться.

Тёплые пальчики касаются моей ладони, и я сжимаю их, вливая в неё крупицы уверенности, которых у меня так ничтожно мало.

Не Сабуровым единым. Но я обязательно что-нибудь придумаю.

После тренировки я долго вертела в руках визитку. Ту самую. Золотую. Как намёк на золотые горы, которые обещает женщина позвонившей ей дурочке.

В моём запасе нет иных активов кроме красоты. Мой ум без диплома и опыта никому не нужен. Мои спортивные достижения пока не олимпийского масштаба, чтобы находились доброхоты с тугими кошельками.

Прежде чем совершить ещё один шаг, я продумывала разные варианты. Бросить спорт, устроиться на работу. Уничтожить свою мечту. Только кем бы я устроилась? Баристой в кафе? Посудомойкой на кухне? Официанткой в ресторане?

Угробить долгие годы адского труда ради весьма сомнительной перспективы работы за небольшие деньги.

Набрала номер. Гудки тянулись долго. Так долго, что хотелось положить трубку. Будто в ад звоню заключать сделку с дьяволом.

— Я вас слушаю, — ответил резкий и в то же время приятный женский голос.

Во рту пересохло.

— Ваш телефон мне дала Анжела Селивёрстова, — быстро тараторю, проглатывая буквы, — она сказала, что вы можете помочь.

Ничего подобного она, конечно, не говорила.

— Ты тоже гимнастка?

— Да.

Позднее выяснилось, что именно мои спортивные достижения способствовали нашей встрече. Простые девочки её не интересовали. Какими бы красивыми они ни были.

С Айлой всё завертелось так стремительно, что у меня едва не закружилась голова.

И вот спустя пару дней я стою в коротких шортах, открывающих вид на складку ягодиц и длинные ноги. Топе, сквозь который можно рассмотреть напряжённые соски. Не от возбуждения. Просто мне холодно.

На дворе ноябрь, а московская элита приглашена на вечеринку у бассейна.

Айла сказала, что моему личику следует как можно чаще светиться на вечеринках. И она с лёгкостью устроила пропуск на них.

Мне по-прежнему о ней известно не более того, что было написано на той золотой визитке. Ни фамилии. Ни настоящего имени.

— Ты очень красивая девочка, — по-матерински нежно погладила по щеке Айла и заправила прядь волос за ухо, — не будем искажать твою красоту косметикой.

Меня это расстроило. Без косметики я выглядела совсем юной. Боялась, что это может лишь отпугнуть. А ещё косметика защищала. За тональным кремом, ресницами и тенями не видно, как стыдно мне торговать собой. Своим телом. Своим достоинством.

Повсюду, куда ни плюнь, богачи. Не только мужчины, но и женщины.

Здесь я впервые ощутила на себе заинтересованные взгляды обеспеченных дам. Это отозвалось во мне странным и малоприятным чувством. Так хотелось сбежать отсюда. Скрыться от раздевающих глаз и вымыться в хлоргексидине.

– Мы быстро найдём тебе спонсора, если всё сделаешь правильно, — вкрадчиво объясняла она хрипловатым от постоянного курения голосом.

Спонсоры — так она называла мужчин, готовых платить за секс. Он может быть один постоянный. Или множество разных. В зависимости от моих потребностей и финансовых возможностей мужчины, которому я приглянусь.