Чтение онлайн

В США после испытания советской бомбы, как и следовало ожидать, была развернута мощная антисоветская кампания, результатом которой стало заявление президента Г. Трумэна 31 января 1950 года, сделанное им по рекомендации Совета национальной безопасности: «Как главнокомандующий вооруженными силами, я несу ответственность за то, чтобы наша страна была способна защитить себя от любого возможного агрессора. В соответствии с этим я дал указание Комиссии по атомной энергии продолжать работу над всеми видами атомного оружия, включая так называемую водородную и сверхбомбу» [677] .

Ответным шагом советской стороны стали решения, принятые на совещании Спецкомитета 4 февраля 1950 года. Берия на нем доложил выработанные Курчатовым и его командой мероприятия по обеспечению разработки РДС-6. Совещание обязало «т.т. Ванникова (созыв), Курчатова, Завенягина, Славского, Харитона, Мещерякова, Павлова и Зернова в 5-дневный срок представить в Специальный комитет отчет о ходе работ по разработке РДС-6 и проект решения Правительства, предусматривающий план работ по созданию РДС-6 и мероприятия, обеспечивающие выполнение этого плана» [678] .

Через четыре дня, 9 февраля, в соответствии с данным решением в Спецкомитет были представлены отчеты А. Д. Сахарова «Водородная бомба с использованием дейтерия, лития, урана-238 (многослойный заряд)» и Я. Б. Зельдовича «Водородная дейтериевая бомба» [679] . В них освещался ход работ по двум принципиально различным направлениям. На следующий день, 10 февраля 1950 года, в адрес Берии поступило письмо Курчатова, Ванникова, Завенягина, Харитона и Павлова о работах по РДС-6 [680] . В нем кратко объяснялись суть водородной бомбы и ее принципиальное отличие от атомной (плутониевой). Отмечалось, что расчеты, проводившиеся с 1946 года «сначала т.т. Зельдовичем, Гуревичем, Померанчуком и Харитоном, а затем Таммом, Сахаровым, Гинзбургом и Беленьким, а также Зельдовичем и Дьяковым», позволяют сделать заключение «о возможности создания водородной атомной бомбы». Но окончательное подтверждение этому «может быть получено только после выполнения уточненных расчетов, поручаемых академику Ландау». Большие надежды авторы письма возлагали на А. Д. Сахарова. «Кандидат физико-математических наук т. Сахаров, — писали они, — предложил оригинальную схему конструкции водородной бомбы с многослойным зарядом… взрыв (которого) может в 100–1000 раз превосходить по мощности взрыв плутониевой бомбы».

Важнейшим вопросом в решении проблемы водородной бомбы Курчатов считал организацию производства трития и строительство для этой цели специального атомного реактора. «Разработка и постройка такого агрегата, — указывали авторы письма, — потребует проведения большого объема научно-исследовательских и расчетно-конструкторских работ и займет не менее 2 лет». В развитие этого письма 17 февраля они представили Берии докладную записку более расширенного содержания [681] . Эти два документа легли в основу проектов двух постановлений Совмина СССР, одно из которых ставило задачи по конструированию водородной бомбы, второе — по производству для нее ядерного горючего (трития). 26 февраля 1950 года оба проекта с сопроводительным письмом Берии поступили на утверждение Сталину [682] . В сопроводительном письме к проекту шла речь об обстановке, в которой проходило принятие решения о создании советской водородной бомбы, указаны фамилии видных советских ученых, занятых проблемой, и трудности ее решения:

«Товарищу Сталину И. В.

<…> В настоящее время в США и других зарубежных странах поднята большая сенсация вокруг водородной сверхбомбы. Наши ученые физики и конструкторы, которых я собирал (тт. Курчатов, Харитон, Щелкин, Мещеряков, Тамм, Сахаров, Зельдович и др.), на основании предварительных данных исследований, начатых… по заданию Специального комитета, считают, что:

1. Теоретически возможно для получения атомного взрыва использовать кроме плутония и урана-235 также тяжелый водород (дейтерий)… который не существует в природе и может быть получен лишь в атомных котлах.

2. Практическое осуществление конструкции водородной бомбы связано с большими трудностями, а именно:

а) Ввиду того, что имеющиеся у нас научные сведения в данной области совершенно недостаточны, необходимо провести предварительные весьма сложные научно-теоретические расчетные и экспериментальные исследования… Для проведения этой работы, по мнению наших ученых, потребуется около 1,5–2 лет.

б) Придется решить новую чрезвычайно сложную технически и дорогую по затратам проблему производства трития.

Получение трития в количествах нескольких сот граммов в год возможно при условии сооружения специального атомного котла, для которого необходимо, в свою очередь, построить новый атомный обогатительный завод и произвести 5–6 тонн урана-235… Разработка и постройка такого котла потребуют проведения большого объема работ. Капитальные затраты, связанные с организацией производства трития, ориентировочно определяются в 6 млрд. рублей. Однако, учитывая, что в руках наших врагов может оказаться новое весьма эффективное оружие, мы считаем необходимым и возможным, несмотря на указанные трудности, организовать научные и практические работы по созданию конструкции водородной бомбы и производству нужных для этого материалов (трития, дейтерия, лития-6).

Представляю на Ваше утверждение разработанные Специальным комитетом совместно с нашими физиками и конструкторами (тт. Курчатовым, Харитоном, Щелкиным, Зельдовичем, Таммом, Сахаровым) проекты постановлений „О работах по созданию водородной бомбы“ и „Об организации производства трития“.Указанными проектами предусматривается:

1. Организовать работы по созданию водородной бомбы в 2-х вариантах. <…> 2. Провести в 1950–1951 гг. необходимые исследовательские и проектные работы и параллельно в течение 1950–1952 гг. строительство необходимых атомных предприятий по производству трития на мощность 1,5 кг трития в год.

Прошу Вас рассмотреть и утвердить эти проекты. 26.II.50 г. Л. Берия» [683] .

Сталин выполнил просьбу Берии, подписав проекты в тот же день, 26 февраля 1950 года. Постановление № 827–303сс/оп «О работах по созданию РДС-6» [684] обязывало ПГУ при Совмине, Лабораторию № 2 и КБ-11 произвести расчетно-теоретические, экспериментальные и конструкторские работы по созданию бомбы в двух вариантах — РДС-6с и РДС-6т. В первую очередь предписывалось заняться изделием РДС-6с с добавкой трития и изготовить первый экземпляр его в 1954 году мощностью 1 миллион тонн тротилового эквивалента и весом бомбы до пяти тонн. Как видно из постановления, ранее введенный для обозначения водородной бомбы индекс РДС-6 теперь стал использоваться в двух вариантах: РДС-6с — «слойка» (принцип, предложенный А. Д. Сахаровым) и РДС-6т — «труба», где за основу принимались сведения К. Фукса.

Научным руководителем работ по обоим вариантам бомбы был назначен Ю. Б. Харитон, его первым заместителем — К. И. Щелкин, заместителем по изготовлению РДС-6с — И. Е. Тамм, заместителем по РДС-6т — Я. Б. Зельдович. В отношении РДС-6т предписывалось организовать расчетно-теоретические, экспериментальные и конструкторские работы с целью выяснить возможность детонации. Работы разворачивались в Арзамасе-16.

С расширением задач по представлению Курчатова НТС КБ-11 был пополнен учеными-специалистами по РДС-6. До принятия рассматриваемого постановления Совмина в его состав входили: И. В. Курчатов — председатель, Ю. Б. Харитон — заместитель председателя, А. С. Александров, В. И. Алферов, А. А. Бочвар, Н. Л. Духов, Я. Б. Зельдович, П. М. Зернов, К. И. Щелкин. Дополнительно были включены Л. Д. Ландау, М. Г. Мещеряков, Н. И. Павлов, А. Д. Сахаров, И. Е. Тамм, Г. Н. Флеров [685] . Был увеличен на семь человек и штат расчетно-теоретической группы Ландау в Институте физических проблем [686] .

Хотя распоряжением Совмина СССР № 8299-рс от 6 июня 1950 года КБ-11 из Лаборатории № 2 передавалось в непосредственное ведение ПГУ, руководящая роль Курчатова сохранилась в полной мере. 18 июня 1950 года Научно-технический совет КБ-11 под председательством Курчатова рассмотрел ход работ по РДС-6с и РДС-6т. На нем обсуждался еще и третий, альтернативный вариант создания атомной бомбы мощностью в несколько сотен тысяч тонн тротила — на основе техники взрывной химической имплозии. По предложению, возникшему в КБ-11 в начале 1950 года, были обсуждены результаты расчетов, показывающих, что этим путем можно сравнительно быстро создать бомбу в 50–100 раз мощнее, чем РДС-1. Несмотря на повышенный расход активных делящихся материалов, такая бомба представлялась вполне конкурентоспособной с РДС-6с. Получившая индекс РДС-7, эта бомба разрабатывалась до первой половины 1953 года. В отличие от США, доведших подобную разработку до полигонного испытания, РДС-7 испытана не была. Совет отметил, что разработка мощной атомной бомбы не может заменить разработку водородных РДС-6с и РДС-6т, потому что эти разработки, помимо получения большой мощности, должны ответить на вопрос: возможно ли использовать в бомбах ядерную энергию легких элементов и получить в перспективах «изделия» почти неограниченной мощности? Это решение вместе с ранее принятым постановлением Совета министров СССР от 26 февраля 1950 года № 827–303сс/оп окончательно открыло дорогу РДС-6с («слойке») в килотонном диапазоне мощности, что обеспечило создание в будущем значительно более эффективной термоядерной бомбы двухступенчатой конструкции и позволило выиграть время в соревновании с США [687] .