Чтение онлайн

У самого входа в небоскрёб стоял швейцар и бдительно-подозрительно на меня косился, спрятав руки в карманах широкого и длинного похожего на сюртук пиджака и укрыв голову под кепкой-безкозыркой, время от времени он откашливался, прочищая горло, переступал с ноги на ногу, скорбным взглядом обводя практически пустую стоянку, на которой под многочисленными навесами стояла жалкая парочка автомобилей.

Не обращая на него внимания я ещё раз окинул взглядом узоры лепнины над входом и на двух колоннах, обрамлявших его, и понял, что они меня одновременно и притягивают, и отталкивают — мастерское сочетание разных стилей поражало и восхищало, однако некоторые несуразицы всё же портили общее впечатление. Я посмотрел вверх, прикинул примерную высоту, на которую мне предстояло подняться, скорбно вздохнул, по моему лицу побежали ручейки слёз неба, и быстрым шагом направился к дверям. Швейцар засуетился и занервничал, я его прекрасно понимал — "Эмпайр Тауэр" во все времена был и оставался весьма респектабельной и дорогой конурой, гранд-отелем для нуворишей и "золотых кошельков", в котором не было места для всякого не обеспеченного золотом сброда, поэтому всем служащим наверняка были даны указания на километр не подпускать неопрятно одетых, неряшливо выглядящих прохожих, даже если среди них окажется переодетый президент США, а сразу же отправлять их к конкурентам для поднятия у тех боевого духа. Я его очень хорошо понимал и будь моя воля, я бы, возможно, развернулся и ушёл, или нашёл какой другой способ попасть внутрь, но… уйти нельзя — пять тысяч кредитов на деревьях не растут, а я так хотел подарить Шеле бриллиантовое колье; а искать обходные пути мне было лень.

— Простите, сэр, — начал было швейцар предупредительно-вежливым тоном, бросаясь ко мне наперерез, однако я легонько ткнул указательным пальцем в особую точку на его шее и едва успел подхватить обмякшее тело, мешком свалившееся мне на руки.

Пропыхтев что-то непонятное себе под нос, я обнял швейцара за талию и прижал к себе, поддерживая его в таком положении, тихий храп прозвучал возле самого уха — прекрасно, пара часов глубокого здорового сна ему не повредит, хоть бы спасибо сказал потом благодетелю своему, так ведь и не скажет…

— Но пасаран! — пробормотал я и, застонав как тяжеловес, привалил непослушное и страшно тяжёлое тело старика к стене.

— Помогите, человеку плохо! — крикнул я в микрофон видеофона, вмонтированного в стену возле гигантских роскошно отделанных дверей. — Помогите! Вызовите скорую!

Всё это было жутко глупо и абсолютно непрофессионально, вдобавок я сильно рисковал, наверняка у них повсюду были расставлены видеокамеры наружного наблюдения с прямым выходом на ближайшее полицейское отделение, однако в кои-то веки хотелось подурачиться и расслабиться, благо времени у меня было хоть отбавляй — старый динозавр оказался прав: канал темпоральной связи был хорошо защищён, и за мной не последовал десяток вооружённых до зубов убийц, что заставило меня ещё раз подумать о словах Грэя и ещё больше засомневаться в них.

— Ну помогите же! — закричал я ещё более жалостливее. — У человека сердечный приступ! Откройте двери! Помогите!

Двери были закрыты, наверняка их открывал лично швейцар, после того как его и посетителей осматривали в видеофон, сейчас я чувствовал на себе чужие взгляды, они ощупывали меня, моё лицо, осматривали тело швейцара, которого я держал так чтобы было хорошо видно — ну когда-то же они должны поверить!

В момент, когда я уже засомневался в любви отдельных человекообразных к ближним своим и приготовился выносить двери могучим пинком, те вдруг отворились, и из них выскочило двое крепких парней в элегантных костюмах. Они бросились к нам, один подхватил похрапывающего швейцара, вежливо отодвинув меня в сторону, второй выхватил из кармана радиотелефон и начал судорожно давить на кнопки, наверное набирал номер местной службы спасения. И в этот момент я откинул полу плаща и нажал на сенсорный символ на лицевой панели активатора — мысленные приказы в этом темпоральном пласте почему-то не работали, в этом я уже успел убедиться, когда решил с ветерком прокатиться на местной полицейской машине под вой сирен целой процессии сопровождающих.

По руке пронеслась еле ощутимая вибрация, кожу слегка прихватило и стянуло, и время вокруг меня замерло, повинуясь силе Маховика, направляемой через канал активатора из главного здания фирмы, повисли в воздухе капли дождя, замерли люди в нелепых позах, застыло платье одной прекрасной леди, чуть ли не до трусиков задранное шаловливым порывом ветра, остановилась слетевшая шляпка ещё одной представительницы прекрасного пола, я полюбовался неземным выражением её лица и торопливо шагнул внутрь здания.

— Вот так вот рождаются легенды о полтергейстах, — весело произнёс я, проходя через приоткрытые двери мимо застывшего за регистрационной стойкой портье и замершего как статуя ещё одного швейцара, пересёк огромный богато отделанный и украшенный вестибюль и оказался перед лифтом.

Сменив музыку в плеере на более ритмичную, я убавил громкость в наушниках и, потерев руки, сбросил плащ, брезгливо содрогнувшись при этом, — похоже, бомж, его носивший, последний раз мылся ещё во времена Великой Депрессии — отряхнул и любовно огладил рубашку, поправил воротничок (перед старыми уважаемыми клиентами и личными друзьями Капитошкина следует выглядеть на все сто, авось на радостях премию даст) и нажал на кнопку вызова лифта, после чего прикоснулся пальцем к сенсорной панели активатора. Время содрогнулось и возобновило свой ход; довершая начатые движения, столь неожиданно приостановленные, многие из тех, кого я видел, чуть не упали. Весьма симпатичная горничная, рядом с которой я встал, очнувшись и увидев меня, взвизгнула и отпрянула, опрокинув тележку с кастрюльками и тарелочками, в которых, судя по запахам, было что-то очень вкусное. Кастрюльки и тарелочки с грохотом разлетелись по паркету, пачкая и уродуя содержимым ковры и мебель, портье, увидев меня, по его мнению появившегося буквально из ниоткуда, от неожиданности чуть не опрокинул монитор компьютера, стоящий на подставке, и дёрнулся, как ужаленный в одно место, швейцар как стоял, так и застыл в нелепой позе, удивлённо таращась на меня… Все замерли, глядя на меня выпученными глазами, я польщённо выпятил грудь и надулся от осознания того, что вновь как и в старые времена нахожусь в центре внимания, и тут пискнул звонок, и двери лифта открылись. Я, улыбаясь, повернулся, готовясь войти, и замер на мгновение…

Потому что в живот мне уткнулось дуло огромного чёрного пистолета, чьи-то холодные глаза из-за чёрных очков неспешно изучили моё лицо.

Тело отреагировало молниеносно, рукой я резко отбил в сторону нацеленный в меня пистолет, разворот, и моя нога нанесла сокрушительный удар в грудь, субъект в чёрном костюме рухнул на стенку кабины лифта, сполз по ней и затих, пистолет вывалился из его руки…

А я уже гигантскими прыжками нёсся прочь от лифта, ища двери, ведущие в служебную часть гостиницы, под аккомпанемент людских воплей и паникёрского истеричного визга, лихорадочно соображая: лифты вполне возможно перекрыты, а значит лестница — мой единственный шанс добраться до места, хотя и на ней меня уже наверняка ждут. Нет, ну откуда они появились, эти чёрные тараканы?! Ведь линия связи защищена — Капитошкин сам мне это говорил!

Да где же эти чёртовы двери?! Я в отчаяньи мазнул взглядом вокруг себя, нырнул куда-то в закуток с пальмами в кадках, осмотрелся… Ага, вроде бы похоже на то, что мне нужно! Не раздумывая я бросился к укрытой за пальмами двери и, по опыту зная, что, как правило, они редко закрываются, прыгнул, сгруппировавшись. Замок хрустнул — закрыта всё-таки — и дверь распахнулась, чувство опасности заверещало как паровозная сирена, и я мгновенно нырнул в сторону, раздался лёгкий хлопок, и пуля рванула дверной косяк в паре сантиметров от моей головы. Я резко ушёл влево — ещё одна пуля ударила правее — и прыгнул вперёд, вытягиваясь в струну. Ударив очередного в чёрном костюме своим телом, я рухнул на него, перекатился по нему и с силой ударил локтями, пятками и головой — приём называется "Морской ёж", он не оставляет в организме человека ни единой целой косточки за исключением разве что черепных. Послышался всхлип, и я торопливо вскочил на ноги, перепрыгнул через рухнувшего в обморок молодого парня-уборщика и тут вдруг завяз, не в силах сделать ни шагу. Я дёрнулся раз, другой, затем стал вырываться изо всех сил, однако попытки были бесплодны, с каждым разом я увязал всё крепче в темпоральной ловушке и через полторы-две секунды уже не мог даже пальцем пошевелить. "Чтоб тебе в Космосе раствориться!" — зашипел я разъярённо, попытавшись отдать мысленную команду активатору на расшифровку алгоритма ловушки и вспомнив не к месту, что пси-кристалл в этом времени не работает. Проклиная изобретателей этих подлых штучек, я покрутил головой, надеясь найти любую возможность, чтобы вырваться, и тут вдруг мои руки пощекотала лёгкая вибрация, я скосил глаза — панель активатора вспыхнула россыпью символов, компьютер прилежно отчитывался, что дела плохи — какая новость, блин! — и тут вдруг мигнул и пропал один-единственный символ, который я совсем не ожидал увидеть здесь и сейчас, затем мигнул ещё раз, привлекая моё внимание, и я задышал чаще, стараясь не выдать своей радости.

Обе двери — впереди и позади меня — открылись, и вошли двое в чёрных костюмах с чёрными очками на бледных лицах и замерли не шевелясь и даже, похоже, не дыша. Прошла минута, другая, они молчали и пялились на меня, не спеша освобождать из оков темпоральной ловушки, а я в свою очередь раздумывал — здесь их двое, там в лифте был ещё один, когда я спасал Побережного, их также было несколько… Кто они? И почему все друг на друга так похожи, что невозможно отличить? Я всей своей фигурой постарался изобразить невысказанный вопрос. Ага, есть контакт! Один из них, тот, что стоял передо мной, протянул руку и показал мне три пальца, затем его рука нырнула за пазуху, я сразу напрягся, инстинктивно пытаясь защититься, и… вдруг вытащила оттуда небольшую фотографию. Секунду он рассматривал её, после чего повернул ко мне, и я с огромным удивлением увидел самого себя…

Активатор пискнул, значит алгоритм темпоральной ловушки расшифрован, и я встряхнулся, отбросив в сторону ненужные мысли, не понимал я смысла ситуации, в которой оказался, не понимал, зачем они показывают мне мою собственную фотографию — после разберёмся. Действуем!!!

По-видимому "чёрные" всё поняли, их руки нырнули к рукоятям пистолетов. Я прыгнул к стоящему впереди, три шажка, пируэт "бабочка", сложный захват, его руки оказались в замке моих, я резко дёрнул на себя и вниз, одновременно приседая и разворачиваясь, он перелетел через меня мёртвым грузом, сломав, судя по хрусту, шейные позвонки. Я резко встал, разворачиваясь на пятках, и тут на меня обрушился второй, я принял на руки и локти град ударов, отскочил, моя нога упёрлась в тумбочку, стоящую у стены, я развернулся, оттолкнулся от неё, упёрся руками в стены, повиснув над полом, и сильно ударил ногой, метя в голову. "Чёрный" закрылся плечом, там что-то ощутимо хрустнуло, и он, зашипев от боли, отшатнулся, я спрыгнул на пол и нанёс два молниеносных удара руками в шею, усиливая их за счёт разворота корпуса. "Чёрный" отступил и уклонился, ребро его ладони будто играючи коснулось нервного узла под локтём, и мою правую руку парализовало, я отскочил назад, спружинил ногами и резко скакнул вперёд, метя ботинком ему в грудь. "Чёрный" молниеносно развернулся, схватил мою ногу в замок и дёрнул на себя, я потерял равновесие и, нелепо взмахнув парализованной рукой, ударился о стену. "Вот это да, — мелькнуло в мыслях. — Шустрый малый…". "Чёрный" отскочил и развернулся, я отклеился от стены и, шипя сквозь зубы от боли, двинулся на него. "Один, два, три!" — вспыхнуло в голове. Мы атаковали одновременно: он точным ударом в горло, выходя из полупируэта и замерев в нижнем декстере, я жестоким и точным пинком в коленную чашечку. Я сделал вольт, от его удара чуть не проглотив собственный кадык, моя рука описала небольшую дугу, локоть, метящий аккурат в висок, "чёрный" заметил в самый последний момент. И ведь почти ушёл, гад… Не будь у него раздроблена коленная чашечка, сейчас бы перехватил и ушёл в верхний синистр, а из этой позиции очень много вариантов для контратаки, любой из которых закончился бы для меня плачевно. Мой локоть врезался ему в глаз — "чёрный" всё-таки успел дёрнуть головой — кость мягко хрустнула, глаз лопнул и вытек; завершая начатое движение, я развернулся, схватил его за волосы и подбородок и резко повернул его голову в сторону, ломая шею… "Чёрный" дёрнулся и затих, замерев в позе сломанной куклы. Я хрипло отдышался и, сжав зубы, чтобы не заорать, принялся разминать парализованную руку. Разгоняя кровь, я уважительно присвистнул — на мастера нарвался, не иначе, так метко угодить в горячке драки в локтевой узел да ещё и так грамотно выполнять переходы, пируэты и контратаки может только истинный специалист рукопашного боя.

Я покрутил головой, разминая мышцы шеи, покрутил плечами, повращал предплечьями и кистями рук — следовало размяться получше, с появлением "чёрных" дело сильно осложнилось… Великий Космос, откуда они вообще взялись?! Ведь темпоральный канал защищён от постороннего проникновения. Значит, ждали здесь. Блин, опять что ли шпионские игры продолжаются?! Достали уже! Грэй, кажется, ещё что-то говорил про то, что меня могут убрать, если стану совать нос не туда, куда нужно. Но я же не сую никуда свой вечно любопытный нос! К чему всё это?! Капитошкин… Грэй… Кто из вас прав, кто виноват?! Почему всегда именно я?!