Чтение онлайн

16. Планирующий разум, таким образом, не допускает изменений. Постигнутое в прошлом становится фундаментом для будущих целей. А прошлый опыт направляет его выбор в том, что должно случиться. Разум не видит, что здесь и сейчас есть всё необходимое для будущего не похожего на прошлое, без надобности продолжать старые идеи и болезненные убеждения. Предчувствиям не отводится никакой роли, ибо нынешняя уверенность направляет путь.

17. Защитные установки суть планы, замышляемые против истины. Их цель — отобрать тобой одобренное, отбросив всё несовместимое с твоими представлениями о твоей реальности. Однако всё, что остается, поистине бессмысленно. Ибо твоя реальность и есть "угроза", на которую все виды твоей защиты изготовились напасть и затенить, распять ее и разодрать на части.

18. Чего бы ты не принял, когда б узнал, что все происходящие события, всё прошлое, и настоящее, и будущее по–доброму спланированы Тем, Чья цель единственная — твое же благо? Возможно ты неверно понял Его план, ибо Он никогда не предлагал тебе страданий. Однако механизмы твоей защиты не позволяли видеть в каждом твоем шаге Его благословляющей любви. Покуда ты строил планы смерти, Он мягко вел тебя дорогой жизни вечной.

19. Твое нынешнее доверие Ему — это защита, обещающая спокойное и без следа печали будущее, где постоянно увеличивается ничем нарушаемая радость, как только эта жизнь становится святым мгновением, помещенным во время, но обращенным лишь к бессмертию. Не позволяй любой другой защите, кроме твоего нынешнего доверия, направлять твое будущее, и эта жизнь станет осмысленною встречей с истиной, которую только твоя защита может скрыть.

20. Оставив всякую защиту, ты обращаешься в луч света, который Небеса благодарно признают своим. Свет поведет тебя путями счастья, определенными тебе старинным планом, начавшимся с рождением времени. Твои последователи присоединят свой свет к твоему, и станет он разрастаться, покуда радость не осияет мир. И радостно оставят наши братья всякую нелепую защиту, им ничего не давшую, вселявшую в них ужас.

21. Сегодня мы предвидим это время с доверием, ибо оно есть часть того, что запланировано нам. И мы не сомневаемся, что нам дано всё, необходимое для достижения этого сегодня. Мы не планируем, как этого достичь, но понимаем: наша незащищенность — вот всё, что нужно, чтоб истина определенно сошла сегодня в каждый разум.

22. Два раза в день, по четверть часа, мы отдыхаем от бессмысленных планов, от каждой мысли, преграждавшей истине доступ в разум. Сегодня мы будем получать, а не планировать, чтоб отдавать, а не организовывать. И будет нам воистину дано, когда мы скажем:

23. Только и всего. Если возникнет необходимость в планах, тебя уведомят об этом. Может быть, эти планы окажутся совсем не теми, которые тебе казались нужными, и вовсе не разрешат проблем, перед лицом которых, казалось, ты стоял. Но они отвечают на вопрос иного рода, что остается нерешенным, но требует ответа прежде, чем к тебе явится, наконец, Ответ.

24. Любой защитный механизм имеет целью не допустить получения того, что ты получишь сегодня. Но в радости и свете явного доверия ты удивишься: отчего ты полагал, будто тебе необходима защита от освобождения? Царство Небесное не просит ничего. Именно ад испрашивает непомерной жертвы. Ты не отказываешься ни от чего в эти периоды сегодня, когда незащищенный предстаешь перед Творцом — такой, какой ты есть на самом деле.

25. Он помнил о тебе. Сегодня мы вспомним о Нем. Ведь это — время Пасхи в твоем спасении. И ты восстанешь снова из того, что представлялось безнадежностью и смертью. И ныне свет надежды возрожден в тебе, ибо приходишь ты незащищенным, чтобы познать, какая роль в Господнем плане тебе отведена. Разве ничтожные планы и магические верования всё еще сохраняют ценность, когда ты получаешь свою функцию от Голоса, глашатая Самого Бога?

26. Старайся не выстраивать свой день так, как считаешь наиболее полезным. Ты и представить себе не можешь, какое счастье придет к тебе, отвергнувшему собственные планы. Постигни это сегодня. И целый мир с тобою вместе сделает гигантский шаг и станет праздновать с тобою время Пасхи. В течение дня, когда какая–то нелепица начнет склонять тебя к защите и побуждать к хитросплетению планов, напоминай себе, что этот день в твоем познании — особый день и подтверди сие словами:

1. Никто не в состоянии исцелять, покуда не поймет, какую цель преследует болезнь. Ибо тогда приходит и понимание бессмысленности подобной цели. Не имея причины и какой–либо разумной цели, болезнь вообще немыслима. Как только это увидено, исцеление наступает само собой. Оно рассеивает эту бессмысленную иллюзию тем же подходом, который приводит все иллюзии к истине и просто оставляет там до их исчезновения.

2. Болезнь — не случайность. Как всякая защита, она — безумный инструмент самообмана. И цель ее, как и любой другой защиты — сокрыть реальность, на нее напасть, перекроить и обратить в абсурд, и извратить или же низвести до жалкой кучки разрозненных частей. Вот цель любой защиты: не допустить, чтоб истина осталась целокупной. Любая часть ее воспринимается так, будто она и есть всё целое.

3. Защитные установки преднамеренны, они не создаются безотчетно. Все они — тайные волшебные палочки, которыми ты взмахиваешь, когда почудится, будто угроза истины нависла над твоими убеждениями. Выбор их кажется неосознанным лишь из–за быстроты, с которою он сделан. В секунду (или даже меньше) принятия решения, ты полностью осознаёшь, что будешь делать, и далее считаешь это сделанным.

4. Кто, как не ты, оценивает угрозу, решает, что побег необходим, и устанавливает ряд защитных механизмов для уменьшения опасности, воспринятой как реальность? бессознательно этого всего не сделать. А после этого, планом предусмотрено забыть, что ты — его создатель, и он предстает внешним по отношению к твоим намерениям, событием, не зависимым от твоего умонастроения, итогом, реально задевающим тебя, а вовсе не вызванным тобою.

5. Именно моментальное забвение той роли, какую ты играешь в создании своей "реальности", и придает любой защите видимость неподвластности твоему контролю. Но всё забытое возможно вспомнить, если ты пожелаешь изменить решенье, дважды сокрытое забвением. Твоя забывчивость — свидетельство того, что выбор этот всё еще остается в силе, как подтверждение твоих желаний. Не ошибись, приняв это за факт. Идея любой защиты — изменять факты до неузнаваемости. На это она нацелена; это она и выполняет.

6. Всякая защита собирает фрагменты целого и компонует их, не принимая в расчет их истинных взаимоотношений, тем самым, создавая иллюзию целого, которого, в действительности, нет. Именно этот процесс и навязывает угрозу, а вовсе не его конечный результат. Когда части вырваны из целого и увидены раздельными и целостными в самих себе, они становятся символами, весьма результативными в своих последствиях, атакой на целое, которое уже никогда не увидеть целым снова. Но ты забыл при этом, что это символы твоего решения заместить всё, поистине реальное, тем, что, по–твоему, должно быть таковым.

7. Болезнь — это решение. Она не нечто, случайно происшедшее с тобою, свалившееся на тебя нечаянно, нежданно, лишающее тебя силы и приносящее страданья. Болезнь — это твой выбор; план, возникающий в твоем смятенном разуме, едва в нем на мгновенье забрезжит истина, и вдруг покажется, что пошатнулся весь твой мир, готовый вот–вот упасть. Теперь ты болен, а истина спокойно может удалиться, не угрожая больше занятым тобою рубежам.

8. Каким же образом, по–твоему, болезнь успешно оградит тебя от истины? А просто доказав, что тело твое неотделимо от тебя, а, стало быть, ты отделен от истины. Ты корчишься от боли вместе с телом, и в этой боли ты и оно — одно. И таким образом твое "подлинное" тождество сохранено, и странная, навязчивая мысль о том, что ты есть нечто большее, нежели жалкая кучка праха, стихая, замирает. Ибо теперь ты видишь, что прах способен причинить тебе страдание, выкрутить члены, остановить биение сердца, повелеть умереть, уйти в небытие.