Чтение онлайн

Не учли людской психологии, ребята! Дать человеку власть, статус, деньги, чтобы тот ежедневно возмещал вам проценты за подарок судьбы.

Безумие!

Первое, что происходит с человеком, осыпанным благодатью – мучительная память об этом. Тягостное ощущение видеть каждый день лица, напоминающие, что ты никто! И это ты, который ходит в парче, спит на шелковых простынях и ест из золотых блюдец.

Особенно опасно, если у этого человека появляется возможность избавиться от источника обязательств.

Он им непременно воспользуется!

Первые два «назначения на трон» не дали возможности убедиться в непогрешимости этого правила. Екатерина правила мало и из запоя выходила редко, а Петр был ещё юн и только входил во вкус царствования.

Сполна глотнули "хейта" придворные интриганы со следующей императрицей.

Анна Иоанновна – годы жизни 1693 – 1740; годы правления 1730 – 1740.

Историческая справка: у Петра Великого был старший сводный брат – Иоанн. Причем Петр был от второго брака Алексея Михайловича, а Иоанн от первого. И его прав на трон, в этом смысле, было больше. Иоанн, хотя особой способности к управлению государством не проявил, но, как пытаются иногда его представить, слабоумным тоже не был. Он имел пассивный характер, больше занимался семьей. Его три дочери, кстати, не страдали никакими психическими заболеваниями.

А одна из них, Анна Иоанновна, даже царствовала 10 лет.

Анна Иоанновна с 1712 года проживала в Курляндии в г. Митава (Елгава, Латвия) после неудачного замужества в 1710 году. Неудачного, потому, что в самом начале семейной жизни с мужем случилась чудовищно несуразная история.

Дело в том, что через два с половиной месяца после свадьбы, сыгранной в Петербурге, при возвращении мужа-герцога Фридриха-Вильгельма домой в Курляндию, последний скончался по пути. Как считается, на свадьбе, которая длилась больше месяца, молодой немец пытался не отстать в питие от императора Петра.

Не рассчитал силы.

Что русскому "хлопнуть по рюмашке", то немцу… Продолжение знает каждый русский!

Так семнадцатилетняя вдова оказалась у разбитого корыта личной жизни.

В Митаве Анна просуществовала до 1730 года, предаваясь на скудное содержание питию, чревоугодничеству и постельным утехам. Последним перед воцарением на русский престол в её постели оказался Эрнст Иоганн Бирен (в последствии, Бирон), которого императрица сделала фаворитом, а потом и регентом при малолетнем Иоанне VI.

После смерти Петра II в Лефортовском дворце и неудачной попытки Долгоруких подписать завещание в пользу дочери Катерины, члены Верховного тайного совета собрались для назначения нового императора.

Теперь главных их было четверо:

– канцлер граф Гавриил Иванович Головкин,

– князь Дмитрий Михайлович Голицын

– князь Алексей Григорьевич Долгоруков

– князь Василий Лукич Долгоруков.

Кроме того, на совещание были приглашены князь Михаил Владимирович Долгоруков, князь Василий Владимирович Долгоруков и князь Михаил Михайлович Голицын.

По количественному соотношению фамилий читатель легко сделает вывод, кто играл первую скрипку.

Сразу предложена была вдовствующая герцогиня курляндская Анна. Эта кандидатура устраивала всех в Совете.

Но в отличие от двух предыдущих "назначений" верховники пошли дальше. Решено было не просто опекать будущую императрицу, а связать её письменным соглашением "Кондициями".

Только князь Василий Лукич Долгоруков осторожно поинтересовался:

– А удержим ли власть?!

Не послушали.

Василий Лукич не напрасно переживал. В том же году он окажется в Соловецком монастыре. В яме, где проведёт несколько лет на хлебе и воде, в темноте и холоде. А в 1739 году вообще будет обезглавлен.

Но, пока, утром в Кремле члены Совета объявили собравшимся про избрание Анны. Про "Кондиции" предусмотрительно умолчали. Ведь они ещё не были подписаны у Анны.

Переворот выглядел как спецоперация "по зачистке" недружелюбных сел на Северном Кавказе. Москву закрыли. Обложили кордонами. Всех впускали, никого не выпускали. Даже весть о смерти императора в города не направили. Такую секретность обеспечили.

Анна была изолирована в Митаве. В ночь на 20 января делегация в составе князя Василия Лукича Долгорукова, князя Михаила Михайловича Голицына младшего и Михаила Ивановича Леонтьева выехала в Митаву. Эта делегация должна была, как снег на голову, обрушить на курляндскую герцогиню новость и подсунуть бумажки.

План прост. Анна подписывает "Кондиции", якобы предъявленные обществом, а потом обществу предъявляют "Кондиции", добровольно подписанные Анной.

По существу, Долгоруковы и Голицыны задумала олигархический переворот, в результате которого вся власть должна была сосредоточиться в их руках.

28 января 1730 года Анна подписала "Кондиции".

Что же было в них?

А вот что.

Без одобрения Совета Анна не могла:

1. Объявлять войну или заключать мир.

2. Вводить новые подати и налоги.

3. Расходовать казну по своему усмотрению.

4. Производить в чины выше полковника.

5. Жаловать вотчины.

6. Без суда лишать дворянина жизни и имущества.

7. Вступать в брак.

8. Назначать наследника престола.

Внимательный читатель, а других у нас нет, спросит, где же вездесущий Остерман?

Хороший вопрос!

Остерман уклонился и от участия в создании "Кондиций" и от прямого противоборства с Советом. Он сказался больным, как делал во всех острых моментах истории.

Анна Иоанновна под присмотром, читай, под арестом, Василия Лукича катилась по зимним российским дорогам в обозе на Москву. Общаться в пути ей не позволяли.

А в это время в Москве было неспокойно.

Скрыть деяния Совета оказалось химерой. В Москве начались волнения среди высоких дворянских кругов.

Развязка наступила в период с 25 февраля по 01 марта 1730 года. При поддержке дворянских кругов и гвардии (императрица сама себя назначила полковником Преображенского полка) "Кондиции" были разорваны, а самодержавная власть восстановлена в полном объёме. Возвращению единоличной власти Анне способствовал "серый кардинал" вице-канцлер Остерман, который появился в нужный момент.

Таким образом, после непродолжительной борьбы за власть, как водится, между «нашими» и «немцами» победила группировка немцев во главе с Остерманом.