Чтение онлайн

— Отвали, рыцарь. Я говорю с леди.

— Теперь ты говоришь с леди и её капитаном.

Лицо Дирка снова потемнело.

— Что потребуется, чтобы ты и твои люди ушли? — спросила Эйслинн, возвращая его внимание на себя.

Наёмник сладко улыбнулся:

— Гораздо больше, чем ты можешь предложить.

— Назови цифру.

— Все твои запасы, вся казна… — он облизал губу, оглядывая её тело, — …и твоя сладкая киска в моём распоряжении.

— Как ты смеешь?! — взревел капитан Аодан.

Дирк рассмеялся, вызывая у Эйслинн омерзение при мысли о его прикосновениях.

— Нет, — просто сказала она. — Мои условия таковы: уходите сейчас. Уходите, сохранив жизнь, и направляйтесь к границе, пока корона не велела вас всех повесить.

Наёмник лишь фыркнул:

— Не думаю, что мы так сделаем, миледи.

— Предупреждаю: мои силы равны вашим, если не превосходят. И не все они — люди.

Это привлекло их внимание. Ухмылка соскользнула с лица Дирка, а Джеррод вглядывался за её плечо, пытаясь разглядеть иных воинов.

В наступившей тишине она различала яростные крики Хакона, всё ещё рвущегося к ней.

— Видите того орка? Что рвётся сюда? Он мой жених — и мечтает разорвать вас на части. Я, конечно, не позволю. Если мы договоримся.

Джеррод побледнел. Оба мужчины смотрели на неё с отвращением.

— Орочья шлюха, — прошипел Джеррод. — Вы обе.

Эйслинн оскалилась в ответ:

— Лучше, чем дрожащий трус.

— Здесь ещё фэйри и единорог, — громко объявил капитан Аодан, чтобы слышали первые ряды наёмников. — И дракон. Неужели вы готовы сражаться со всем этим ради жалкого лордика, который не смог удержать собственный трон?

Джеррод заёрзал в седле, нервно переводя взгляд между войсками Эйслинн и Дирком. Сам наёмник хмурился, нехотя оглядываясь за спину Аодана.

— Нахуй! — рявкнул он. — Просто убить её прямо здесь!

Сапогом он ударил лошадь капитана в шею, заставив её шарахнуться. Лапищей схватил Эйслинн за предплечье — молниеносно, сжимая как тисками. Рывком выдернул Эйслинн из седла, и ее ноги выскользнули из стремян.

Крики раздались с обеих сторон, в воздухе засвистели стрелы. Лошади заржали, когда стрелы вонзились в землю рядом. Войска бросились вперёд, сотни ног заставили землю дрожать.

Эйслинн царапала руку, сжимавшую её, сердце бешено колотилось, когда Дирк потянулся к ножу на поясе. У неё был свой, но он казался таким недосягаемым — как успеть достать его раньше этого подлеца?

— Эйслинн, ложись!

Рев Хакона прорвался сквозь хаос.

Нужно всего мгновение — выиграй для себя секунду!

Вцепившись в руку Дирка, она резко повисла на ней всем телом.

Наёмник вскрикнул, его лошадь в испуге встала на дыбы. Она столкнулась с конём Джеррода — и все трое рухнули на землю.

36

?

Удар о землю выбил из Эйслинн воздух. Она лежала на боку, пытаясь прогнать зелёные вспышки перед глазами. Голова гудела при малейшем движении, запястье ныло (но, кажется, не было сломано).

Постанывая, она перекатилась на живот.

Мужские стоны заставили её очнуться. Подняв голову, она увидела Дирка и Джеррода — оба лежали, но уже приходили в себя.

Вырвав руку из хватки наёмника, Эйслинн подтянула ноги, встала на четвереньки и поползла прочь.

Лязг оружия оглушал со всех сторон — войска Дундурана и наёмники сошлись в стальной схватке. Голова пульсировала, запястье горело, но она заставляла себя двигаться. Уворачивалась от трёх мечущихся лошадей, ржущих в тесноте сражения.

Эйслинн поползла, откатившись от копыт. Испуганные лошади метались, создавая живую стену между ней и битвой.

Где-то капитан Аодан звал её, приказывая вернуться в седло, но это было невозможно — её конь бил копытами, безуспешно пытаясь пробиться через схватку.

Чья-то рука вцепилась в лодыжку и дёрнула.

Вскрикнув, Эйслинн перекатилась на спину, ладонь потянулась к кинжалу на поясе.

Над ней навис Джеррод — глаза чернее угля. Он снова рванул её за ногу, подтягивая к себе. В другой руке сверкал острый клинок, занесённый для удара.

Эйслинн дрыгалась и извивалась, всем весом пытаясь вырваться. Пальцы скользили по рукояти кинжала — холодные, дрожащие.

Ее нога врезалась в грудь Джеррода. С кряхтением он отлетел.

Эйслинн выхватила кинжал и, пошатываясь, поднялась на ноги.

Крики солдат и ржание лошадей сливались с грохотом битвы, звон стали дезориентировал. Она готова была сжаться в комок, зажав уши, но инстинкт выживания гнал её прочь, вверх.

Чьё-то тело врезалось в неё, сбивая с ног. Кинжал выскользнул из руки — она едва успела выставить ладони, избежав пригоршни земли во рту.

Рефлекторно перекатившись на спину, она вцепилась ногтями в лицо Джеррода. Тот зашипел от боли — на коже остались кровавые полосы. Слепо махнул ножом, рассекая воздух, пока она отбивалась.

Врезав ногой ему под рёбра, в уязвимый бок, она била снова, снова, отталкивая его.

Клинок просвистел в воздухе одновременно с её ударом. Лезвие рассекло ткань и плоть на бедре — Эйслинн вскрикнула.

Из-за боли и хлынувшая кровь ее сознание поплыло, руки дрожали, почти подкашивались.

Джеррод уставился на рану, на струящуюся кровь — в его глазах мелькнул шок. Затем взгляд потух, словно он отрёкся от последних остатков любви к сестре. Оскалившись, он занёс нож для решающего удара.

Крик боли и ярости вырвался из её груди, в то время как Джеррод вопил от торжества.

Не так — я не могу умереть сегодня!

Всё внутри неё рвалось наружу, и она подняла руки, чтобы блокировать падающее лезвие.

Что-то заглушило все остальные звуки — словно обвал горы, раскат грома, треск ледника. Этот рёв прокатился по её венам, ударив по ушам с силой стада.

Боевой клич, звериное обещание — он обрушился на них, на Джеррода и на неё, без малейшей пощады.