Чтение онлайн

— Отойдите, — прошептал я, и мои спутники, почувствовав напряжение в воздухе, отступили на шаг.

Я поднял руку, и золотистый свет начал струиться из моих пальцев, мягко обволакивая Нику. Моя энергия встретилась с синим сиянием, которое удерживало её кровь. Это была холодная, почти ледяная сила, чуждая и враждебная. Но я знал, как с ней справиться.

— Подавить эмоции, — прошептал я себе. Это была моя сила — способность отключать всё, что мешает, всё, что отвлекает. Страх, сомнения, даже жалость — всё это растворилось, оставив только чистую концентрацию.

Золотая энергия начала вытеснять синюю, медленно, но неотвратимо. Я чувствовал, как невидимый сосуд, созданный чужой силой, начинает трещать по швам. Кровь, зависшая в воздухе, дрогнула, а затем начала медленно возвращаться в рану на шее Ники.

— Держись, Ника, — подумал я, чувствуя, как моя энергия сливается с её телом, помогая ей восстановиться.

Синий свет сопротивлялся, пытаясь удержать контроль, но моя золотая энергия была сильнее. Она была как солнце, пробивающееся сквозь густой туман. Постепенно синее свечение начало тускнеть, а затем исчезло совсем.

Кровь вернулась в Нику. Её тело дрогнуло, и она слабо вздохнула. Её глаза, всё ещё пустые, начали медленно оживать.

— Она… она жива, — прошептал Джин, его голос дрожал от облегчения.

— Да, — сказал я, чувствуя, как золотая энергия медленно угасает внутри меня. — Но это ещё не конец. Тот, кто сделал это с ней, всё ещё опасен для всех нас.

Детектив Цуда кивнул, его глаза сузились.

— Тогда мы найдём его. И он ответит за всё.

Я посмотрел на Нику, которая начала приходить в себя. Её глаза медленно фокусировались, и в них появился слабый проблеск жизни.

В зал начали прибывать генералы и капитаны. Когда вошла Мика, то сразу бросилась к Нике.

— Господи, Ника, что с тобой? — спросила она, недовольно посмотрев на нас.

— Мика, не переживай, — слабым голосом сказала Ника. — Ренджи спас меня. Со мной все будет хорошо.

— Ника, тебе нужен отдых, — сказал Джин. Он уже хотел отправить несколько сильных лейтенантов проводить Нику к ней домой и охранять ее, как Ника возразила:

— Джин, я тоже капитан. Я должна присутствовать на собрании.

— Но, Ника, ты должна.

— Джин, — перебил я его. — Спорить с женщиной, все равно что в шахматы с котом играть.

Раньше я пытался. У Ники есть привычка оставлять открытым печенье, которое всегда лежит в переговорной. А оно высыхает.

— Слушай, — начинаю я, стараясь звучать максимально логично, — я просто хочу сказать, что если бы ты не забывала закрывать печенье, оно бы не черствело. Это же элементарно!

Она смотрит на меня. Не просто смотрит, а смотрит. Её взгляд — это смесь недоумения, лёгкой жалости и того самого «ты серьёзно сейчас?». Я чувствую, как моя уверенность начинает таять, как мороженое на солнце.

— Ты хочешь сказать, что это я забываю закрывать печенье? — её голос звучит так, будто я только что предложил ей доказать, что Земля держится на трёх слонах.

— Ну, технически… да, — отвечаю я, уже чувствуя, что где-то допустил ошибку.

— А ты не думал, что это ты его открываешь, когда решаешь перекусить в три часа ночи, как будто ты медведь перед зимней спячкой? — её вопрос звучит как риторический, но я понимаю, что это ловушка.

— Эээ… — начинаю я, но тут она поднимает руку, и я замолкаю. Это её суперспособность — останавливать меня одним жестом.

— И кстати, — продолжает она, — если бы ты не забывал класть новое печенье, мы бы не спорили об этом вообще. Потому что я бы ела свежее печенье и была бы в хорошем настроении.

Я открываю рот, чтобы возразить, но понимаю, что это бесполезно. Она уже выстроила логическую цепочку, в которой я виноват во всём: от черствого печенья до того, что её кот снова устроил баррикаду из дохлых мышей перед входом в переговорную. И самое обидное — это звучит так убедительно, что я начинаю сомневаться в себе.

— Ладно, — сдаюсь я, — ты права. Я принесу новое печенье. И закрою старое. И, может быть, даже научу твоего кота не складывать мышей где попало.

Она улыбается. Это улыбка победителя, который знает, что война уже выиграна. А я, как всегда, остаюсь с чувством, что только что проиграл шахматную партию коту. Коту, который даже не знает правил, но всё равно выигрывает.

Наконец, все пришли и собрание началось.

Я, как глава, начал. Ввел всех в курс дела и внес первое предложение.

Никто не должен оставаться поодиночке, пока мы не поймаем преступника.

— Давайте будем формировать большие группы из простых людей нашего района + к каждой группе одного сильного, хорошо владеющего энергией, чтобы он мог их спасти. — предложил Джин.

— Я не могу с вами согласиться, генерал Кимура, — сказал детектив.

Все повернулись к детективу и он продолжил:

Проанализировав все известные мне 44 случая, я пришел к следующим выводам.

Вы правы в том, что нужно формировать группы из людей. Но со слабыми либо не должно быть сильных, либо они должны быть не по одному. Причина проста: слабые люди могут помочь друг другу сами, а сильному они не помогут при всем желании.

Исходя из имеющихся данных, на людей со слабой энергией преступник нападает также слабой энергией. Поэтому стоит их несильно тряхнуть и энергия от них отключается. По этой причине он нападает только на людей, которые находятся в одиночестве.

Когда он нападает на сильных, его энергия намного мощнее, поэтому их не привести в себя просто тряхнув. Но если заметить его нападение сразу, то для человека с сильной энергией не составит труда помочь своему собрату.

— Решено, — объявил я. — надо всем передать, что должны находится вместе, минимум по четверо. И когда будут ложиться спасть, чтобы спали по очереди. Все капитаны: займитесь этим.

Генералы, вы наиболее вероятная цель. Поэтому держитесь вместе. А я отправлюсь в замок Судзуки.

Ренджи, — окликнул меня Джин по имени.- ты не должен идти один! Это опасно. Я пойду с тобой.

***

Летели мы недолго, не больше получаса. Джин, как и я, в последнее время очень сильно прокачался. Наши тренировки не прошли даром. Приблизившись к замку Судзуки, мы увидели, что он поглощен такой же прозрачной, практически невидимой энергией, как у преступника.

Однако, если начать сильно концентрироваться, то видно, что эта энергия синяя. Обычно для того, чтобы увидеть энергию концентрироваться не приходилось, это было совсем не сложно. В некоторых случаях ее было сложно не увидеть. Например, когда Мика злилась.