Чтение онлайн

— О чем только думает генерал, — ворчал Летир, таща в одной руке меч, а другой поддерживая с левой стороны юношу. — Поверить не могу, почему ты это позволил…

— Потом поговорим об этом, — холодно отозвался Наиль, из-за чего секретарь вздрогнул и умолк.

Старший лейтенант совершенно запутался в происходящем, так что решил просто помочь отвести раненного туда, куда он хочет. Раз уж здесь младший секретарь, который явно потворствует желаниям этого странного десятника, то все было не так просто. Командиру захотелось выяснить, что происходит, вот только, когда они подошли к одному довольно приметному шатру возле здания штаба…

— Это же шатер Фантома, — опешил Фарис.

— Ага, помоги его внутрь затащить, — отозвался Летир, откидывая в сторону полог на входе.

— Что…

— Давай быстрее, еще увидит кто! — рявкнул секретарь.

— Не увидит, я на нас иллюзию накинул…

Старший лейтенант был выше по рангу, но, как оказалось, не по статусу. Статус помощника темной руки был гораздо выше, так что оставалось только послушаться.

Вскоре Наиля затащили внутрь, где уложили на живот. Летир быстро достал из ближайшего ящика несколько склянок, после чего вылил содержимое одной из них прямо на окровавленную спину пострадавшего. Жидкость, попав в раны, начала сильно пениться, выталкивая все загрязнения.

— Ты что, Фантом? — высказал, наконец, вопрос лейтенант. Внутри у него все заледенело от неприятного предчувствия. Он только что отхлестал плетью героя войны и мастера смерти!

— Не переживайте, эр старший лейтенант, я не псих какой-то, чтобы вам мстить. В данном случае вы были просто орудием в чужих руках, — тихо произнес Наиль. Ментальный дар разрывал голову болью, но она была несравнима с болью, которая поселилась в спине. Однако страхи офицера чувствовались так отчетливо, что это почти граничило с чтением мыслей и даже немного заглушало боль.

— Но почему генерал вас наказал?

— Уходите, командир. Все это к вам не имеет отношения, — холодно произнес юноша.

Он сам не понимал, почему именно такое наказание. Неужели нарушение устаревшего духовного контракта, в котором на тот момент не было больше смысла, заслуживало такого? Парень искренне старался выполнять все приказы, но каждый раз сталкивался только с выговорами и наказаниями. Юному убийце стало казаться, что он ошибся в выборе.

Старший лейтенант постоял еще пару мгновений, после чего молча покинул шатер. Это была ситуация, в которую он действительно не мог вмешаться.

Летир, обработав раны молодого человека, зачем-то вышел из шатра, оставив Наиля наедине с самим собой. Чем дольше парень лежал и размышлял о произошедшем, тем сильнее в нем росло чувство одиночества.

Зиргрин наблюдал, как его ученик медленно погружается в пучину отчаяния, но не мешал этому. Если всем этим эмоциям не дать выплеснуться сейчас, то в будущем Наиль озлобится и превратится в самого настоящего зверя. В прошлом, бывший убийца и сам дошел до грани. Конечно, его отчаяние было несравнимо глубже того, что сейчас испытывал юноша, но тогда он точно также едва не сошел с ума. Если бы бог Хаоса вовремя не пришел и не остановил нарастающее безумие.

С небольшой вспышкой на полянке внутреннего мира Зиргрина появился Наиль. Юноша лежал на земле в позе эмбриона, с трудом концентрируясь на том, что рядом на землю присел бывший убийца. Он взглянул на своего наставника, и тот сразу почувствовал, что парень пришел к нему сейчас не как к своему мечу, не как к наставнику, а как к богу. Ведь кому еще мог открыть сердце смертный, как не своему богу?

Наиль был сиротой, на глазах которого убили родителей. Его превратили в раба вместе с сестрой, потом он стал убийцей, подвергался бесконечным тренировкам, отказавшись от детства, от всех радостей ребенка и от общения со сверстниками. Позднее он вернулся к людям, но уже находился с ними словно в разных мирах. И вот сейчас, когда ему удалось с кем-то сблизиться, парня вновь сбросили в ледяную прорубь жестокой действительности, напоминая, кто он такой.

— За что…

— Ну же, перестань, — Зиргрин бережно приобнял юношу. Он не очень хорошо умел утешать людей, так что просто положил ладонь на казавшуюся невредимой в этом мире спину ученика.

— Я совсем один…

— Какая глупость, Наиль. А я кто для тебя? Разве я не был всегда рядом с тобой? Кем ты меня считаешь?

— Ты…

— Наиль, ты не одинокий сирота. У тебя есть сестра, у тебя есть я. Ты мне важен, и так будет даже после моего перерождения. Тебе всего пятнадцать лет, еще не поздно изменить свой путь. Твоей сестре больше ничего не угрожает. С ее умениями в алхимии никто не посмеет ее обидеть. Как думаешь, зачем я признал твою клятву исполненной? У тебя есть выбор. Жизнь только начинается, впереди будет много возможностей. Покинь этот одинокий путь убийцы и считай всю мою науку просто основой, которая позволит тебе в будущем защитить свою жизнь.

Зиргрин говорил, бережно окутывая Наиля своей божественной силой, которая успокаивала его и исцеляла начавшую повреждаться из-за отчаяния душу.

— Ты правда готов меня отпустить?

— Я не стану заставлять тебя идти по ненавистной дороге.

— Она не ненавистная, — молодой человек поднялся и вытер выступившие слезы. Он сам не понимал, что на него нашло, просто все сложилось одно на другое, и он сорвался… — Извини, я повел себя как ребенок.

— Но ты и есть ребенок. В твоем возрасте мальчишки еще за мамкину юбку держатся.

— Не смешно.

Наиль ощущал, что накопившееся чувство одиночества потихоньку рассеивается. В самом деле, он не одинок. У него есть сестра, и учитель — целое божество!

— Я не откажусь от выбранного пути, — уже более уверенно заявил парень. — Однажды Дарнак ответит мне за это. Ты ведь пережил вещи и похуже, верно? Это просто плети.

Зиргрин расстегнул куртку, сбросив ее на землю. В этом мире была лишь его проекция, но она полностью соответствовала тому, как он выглядел в прошлой жизни.

Глаза Наиля непроизвольно расширились, когда он увидел на теле своего учителя бесчисленное количество шрамов. Там были шрамы поверх шрамов, а поверх них еще шрамы. Все это находилось под причудливыми узорами рунической формации заклятия подчинения. Зиргирин повернулся спиной, и там ситуация была ничуть не лучше. Но больше всего выделялись следы плетей, которые оказались настолько ужасными, что это не поддавалось описанию.

— Тебя тоже били артефактом?

— Нет, — покачал головой Зиргрин, вновь надев на себя куртку. — Мне было десять. Тогда я попал в плен к врагам моей расы. Там из меня пытались выжать информацию о местонахождении городов моего народа, а когда не вышло, отхлестали плетьми. Плети были вымочены в слизи цветочной жабы, так что позже раны от плетей не только не начали заживать, а стали гноиться и ухудшаться. Я тогда был очень близок к смерти.

— Ну вот, теперь мне стыдно из-за своих жалоб.

— Наиль, тебе не обязательно проходить через то, через что прошел я.

— Ты все время это повторяешь. Но я все решил. Прости за эту слабость, я повел себя недостойно.

— Ты признал меня своим богом, — развел руками Зиргрин. — Так что в минуты слабости позаботиться о тебе — моя обязанность. Да и не считай, что у меня не было таких срывов. В мои моменты отчаяния меня спасал бог Хаоса, которому я присягнул. Сейчас я сделал для тебя то же самое, и в этом нет ничего недостойного.