Чтение онлайн

– Слушаюсь, сир.
– Фарор Хенд вдруг подумалось, что Калат Хастейн и его жена Торса Редоне могли бы послужить примером ей с Кагемендрой. Похоже, они мало знают друг друга и тем довольны. Похоже, Калат не знает, во что верит жена и что она намерена делать с легионом. Ей это показалось жалким и, потенциально, очень опасным.

– Еще одно. Вы объедете Харкенас. Пересечете реку гораздо ниже по течению, избегая контактов с гарнизонами и отрядами Легиона.

Она заново обдумала недавние слова командира.
– Сир, я могла бы отыскать нареченного в городе, но лишь после возвращения из лагеря Хастов.

– Могли бы, но не станете. Харкенас превращается в паучью сеть. С равнодушной хозяйкой в центре. Предвижу схождение... самцов, жаждущих попасть в ее объятия.

– Сир, ваша аналогия наталкивает на мысль: кто бы ни победил, будет пожран... Матерью Тьмой. Какая странная "победа".

Калат хмыкнул: - Да, верно. Вполне верно.

Некоторое время они молчали. Фарор Хенд ужа начала думать, что ей позволено уйти.

Тут Калат заговорил: - Вы были недовольны, когда ян-трясы взяли на себя ответственность за Азатенаю. Воображаю, как они теперь корят себя.

Она вспомнила спесивого на вид Кепло Дрима, громоздкое присутствие ведуна Реша.
– Было бы приятно думать, сир. Но ведь по воле Азатенаи воскрешен речной бог.

– Именно. Еще один укор их амбициям. Хранительница, я готов спорить, что вас не раз успели проклясть.

– Сир, вы приписываете братьям и сестрам культа некий цинизм.

– Считаете меня пессимистом по натуре, хранительница? Возможно, вы правы. Пока капитан Финарра Стоун будет оживленно беседовать с матерью Шекканто, оценивайте трясов. Я приму к сведению ваши догадки об их намерениях.

– Сир, я уже сейчас считаю: Легион Урусадера пожалеет, что разъярил трясов.

– Если они надеялись на нейтралитет Хранителей... точно пожалеют.

Фарор Хенд содрогнулась, кивнула: - Мы доставили Т'рисс к монахам, сир. Верно. Точнее, я доставила - и должна нести ответственность.

– Едва ли. Азатеная искала встречи с Матерью Тьмой. Рано или поздно она этого добилась бы, даже в одиночку.

– Воскресила бы она речного бога, не встретившись с трясами?

Он пожал плечами: - Никогда нам не узнать. Обманываем себя, веря, будто хоть в малой степени контролируем путь по жизни, а надо бы лучше искать смирения. Будь иначе, осуществляйся исторические события мановением наших рук - мы давно утратили бы право хвастаться заслугами. Каждый триумф стал бы лишь выравниванием весов, исправлением прошлых преступлений.
– Он махнул рукой, будто отгоняя не только свои слова, но всю историю, полчище горьких истин.

– Сир, когда я уеду из монастыря, Спиннок Дюрав останется с капитаном?

– Спиннок Дюрав поедет со мной к морю Витр, хранительница.

– О. Понимаю.

Он всмотрелся в нее.
– Хорошенько обдумайте возможность моего неудачного вмешательства, Фарор Хенд, представьте, что преступная потеря контроля повредит не только вам, но и многим другим.

Она похолодела, не в силах ответить.

Калат Хастейн отвел взгляд.
– Свободны.

Фарор Хенд вышла в зал, объятая сумятицей. Увидела капитана, сидящую подле Спиннока Дюрава. Ее затошнило от одной мысли подойти к ним. "Работа Финарры. Льет ложь в уши Калата. Спинноку не мамка нужна, капитан. От такой старухи ему нет прока". Гнев боролся в ней со стыдом. "Теперь мне придется ехать с тобой, покорно держаться рядом. Я не девочка, чтобы мной помыкать - однажды ты поймешь..."

Финарра подняла глаза и заметила Фарор. Встала и приблизилась.
– Скакунов уже готовят, хранительница.

– Отлично, сир. Пойду уложу вещи.

– Ты какая-то бледная. Нездорова?

Фарор потрясла головой: - Нет, сир.

Капитан слабо улыбнулась.
– Страшно подумать, что румянец с твоего лица изгнала суть послания к Легиону Хастов.

– Нет, сир, хотя готова согласиться - нас словно понесло течением...

– И впереди одни скалы, верно. Приказы получены, хранительница, они будут руководить нами.

Фарор кивнула.
– Так точно, сир. Мне нужно собрать вещи.

– Не задерживайся. Встречу тебя у ворот.

Финарра Стоун проследила за уходящей и с неким удивлением отметила, как старательно женщина избегает кузена. Увидела, что Спиннок следит за ней взглядом и встает, словно намерен идти следом. Капитан поспешила подойти.

Возможно, Калат предостерег Фарор насчет кузена. Женщина вышла со встречи потрясенная, словно призрака увидела. Если эти подозрения оправданы, предстоящая поездка будет напряженной.

– Спиннок.

Юный хранитель обернулся.
– Сир. Похоже, кузина моя чем-то огорчена.

– Не огорчена. Отвлечена. Нам нужно немедленно уехать, и она собирается.

– Ага, понял.

– Жаждешь вернуться к Витру, хранитель?

Он пожал плечами.
– В списке неотложных хотений такого пункта нет, капитан. Как жаль, что я не буду под вашей командой.

– Впереди трудные времена, хранитель. Возможно, не скоро всё успокоится и мы вернемся к прежней рутине. А пока в отряде командира ты под присмотром сержанта Береда.

– Да, сир.

– Особо не волнуйся. Он ветеран Манящий Судьбы, знакомый с берегами Витра.

Спиннок кивнул, вздохнул.
– Мне будет вас не хватать, капитан.

Она ощутила, как что-то поднимается в душе в ответ на его слова, на миг почувствовав себя невесомой. И отвела взгляд.
– Будем надеяться, хранитель, что сержант окажется устойчивее к твоим чарам.

Спиннок подошел ближе.
– Простите, сир. Когда я вез вас назад, больную... меня совсем не тяготил ваш вес.

– Еще одна причина, - пробормотала она, - сожалеть о той лихорадке. Спиннок, будь осторожнее.

Однако он покачал головой.
– Знаю, я молод. Может быть, слишком молод на ваш вкус. Но мы...

– Довольно, хранитель. Нет времени.

– Только время у нас и есть, Финарра.

Проходившие мимо казались размытыми призраками, полчищем, связанным заданиями в ином мире. Она не смела встретиться со Спинноком взглядом, хотя понимала: лишь его глаза помогут излечить овладевшее ею головокружение.
– Нужно ждать. Прошу, отступи. Нужно соблюдать приличия.

Он так и сделал, криво улыбнувшись.
– Не сожалею об импульсе, капитан. Вы хотя бы поняли мои чувства.

"А я - то думала соблазнить Фарор, найти для Спиннока другую" . Смущение охватило ее, сделав почти пьяной.
– Храни себя, хранитель, и однажды мы продолжим этот разговор.

– Наедине, надеюсь.

– Это, - согласилась она, - было бы лучше всего.

Во дворе она помедлила, глубоко и размеренно дыша. О той ночной поездке, когда Спиннок вернул ее в форт, Финарра помнила мало. Он говорил с ней? Призывал, не давая ускользнуть? Она была привязана к нему кожаными ремнями. Финарра вспомнила тепло тела и пот. Кажется, он ощущал ее всю, грудь и живот, даже руки были обернуты вокруг пояса.